Космос. Меридиан (СИ)

— Мы не знаем, что делать с правовой системой, — поделился грустный Лу. — Мы отменили ограничения для почти всех категорий прав, но очевидно, что какие-то ограничения нужно вводить, точнее, не «какие-то», а нужно разрабатывать новую систему права.
— Вы имеете в виду опасных разумных?
— Да, но не только их. Нужно закрепить право контролирующего себя разумного жить так, как ему хочется, если он не мешает другим, но что если этот разумный физически сильнее других или имеет специфические способности к гипнозу, например, или одурманиванию с помощью феромонов…
— Да такое сплошь и рядом! — Жером активно закивал головой. — Меня тут обнес один воришка, обчистив карманы, пока я завис из-за его феромонов, хорошо, что я никогда не ношу с собой ничего ценного, кроме коммуникатора.
— Вот-вот! — Лу потер виски. — То есть нужно закрепить в праве особую повышенную ответственность тех, кто имеет преимущественные качества тела перед другими. С них спрос выше.
— То есть если меня обнес простой разумный, без физических преимуществ, с неопасными мутациями, то у него меньше будет наказание?
— Не меньше, а соразмерно проступку, но разумные с преимуществами должны понимать, что они не могут оказывать какое-либо воздействие на других своей формой, с них за это спрос будет выше, но опять же нет никаких критериев, нет даже единой базы всех разумных с мутациями, тогда как прецедентов все больше. Очень мало профессионалов, способных заняться этой работой, а это нужно делать, и как можно быстрее. Опять же есть категории преступлений, в которых специфические мутации не должны являться отягчающим, это будет просто нечестно.
— Это какие же? — Жером с любопытством наблюдал, как Льюис листает свой блокнот и вышвыривает из него ненужные листочки.
— Ну, например, очень много сейчас в некоторых дискритах преступлений, связанных с кражей еды. Обстоятельства такие, что некоторым видам разумных нечего есть, мы, конечно, пытаемся это решить, но это ведь зависит не только от нас, но и от разумных на местах, некоторые нечестные администраторы продолжают искусственно создавать дефицит продовольствия.
— Но зачем?!
— По разным причинам. Кто-то пытается заработать на взятках, а кто-то намеренно саботирует нас как власть, создавая напряжение в дискритах. В любом случае голодный разумный, доведенный до отчаяния, может напасть, чтобы отнять еду, и тут особенности его мутаций не должны являться отягчающим обстоятельством.
— Ох, ни фига себе… так мы даже не знаем, сколько у нас всего мутаций на Земле… — Жером озадаченно почесал затылок.
— Вот именно, но нам нужна для начала хотя бы классификация. Скоро мы запустим перепись населения, надеюсь, это немного поможет разобраться с мутациями.
— Думаете, кто-то добровольно напишет о своих «специфических мутациях»?
Льюис улыбнулся, видя обоснованный скепсис на лице журналиста.
— Думаю нет, но вместе с переписью будет сканирование разумных и бонусы для тех, кто честно расскажет о своих «специфических мутациях».
Жером сначала задумался, а потом неожиданно заливисто рассмеялся. Льюис замер, не понимая причину веселья.
— Извините! Просто мой приятель пукает через ухо, думаю, он будет рад за бонусы рассказать вам об этой своей «специфической мутации».
— Ну вот видишь, нужна еще и классификация «специфических мутаций», — отсмеявшись сказал Лу.
Некоторое время оба молчали, думая каждый о своем.
— То есть вы действительно хотите возродить институт государства?
— Да, но это не единственная цель…
«А какая еще?» — этого Жером спросить не успел, потому что появился хомуис, и Лу засобирался на встречу с ним.
====== Часть 16 ======
«Я не люблю, когда мне врут, но и от правды я тоже устал» В.Цой
Медичи Рувим был странным. Жером как только увидел этого субъекта, сразу усомнился в адекватности этого Рувима и Вуивра одновременно, потому что допускать подобного чудика до чистейшего могло быть опасно, но Льюис, когда увидел его, так искренне заулыбался, что Жером решил отложить панику и присмотреться получше к этому странному разумному.
  
Первое, что бросилось в глаза, это явные признаки старения, у Рувима были лучики морщин вокруг глаз и седина! С нынешними технологиями устранение этих двух неприятностей стоили не дороже посещения массажиста. Отсутствие ухода за собой — тревожный симптом, но чистейший протянул руку для пожатия, незнакомец ответил, и Жером таки споткнулся на ровном месте, чуть не упав, благо хомуис успел его подхватить. Льюис непонимающе обернулся, а дерзкий незнакомец рассмеялся.
— Не обращайте внимания, чистейший, я уже говорил вам, что такой способ приветствия уже давно не практикуется, а главное, прикосновение к чистейшему — особая привилегия, и примерно так и будут реагировать разумные, если увидят, какую вольность я себе позволил.
Льюис устало вздохнул и, не став комментировать произошедшее, сел в одно из строгих белоснежных кресел, его гость разместился в таком же. Вообще морщины и седина были не единственными странностями, главная все же заключалась в одежде и большом количестве браслетов из странных камней на запястьях. Стиль в одежде явно отсутствовал, потому что на разумном был какой-то просто крайне нелепейший костюм со странными цветными разводами, да и тот сидел не по фигуре и был немного великоват, но кажется, это абсолютно не заботило гостя, как и прическа с собранными в неаккуратный хвост давно немытыми волосами.
Жером озадаченно нахмурился. Чтобы допустить, точнее, прежде чем одобрить его анкету, которую он регулярно отправлял с запросом на интервью, требовали результаты данных последнего обследования здоровья, о всех вирусных и прочих болячках, и потом еще дополнительно проверили уже у себя, учитывая, что запросы он слал ежемесячно. То есть данные о здоровья должны были обновляться не реже двух раз в месяц, потому весь последний год Жером регулярно бегал по врачам, и те уже за него болели и держали кулачки, в ожидании, что ему наконец одобрят «аудиенцию». Жером уже почти сдался, но в итоге ему повезло даже больше, чем он рассчитывал — почти день с Льюисом! Это будет сенсация. В любом случае как такого неопрятного разумного допустили к Лу, его как минимум должны были протащить по анализам или он их прошел, как и Жером?
— Что удалось узнать? — Льюис аж заерзал на своем месте от нетерпения. — Их легенда правдива? Они те, за кого себя выдают?
— Скорее всего, да. — Рувим протянул Льюису планшет, и тот принялся листать изображения. — Именно подобный геном был у тех повстанцев.
Некоторое время висела тишина, Льюис просматривал материалы, а Жером с Рувимом прошлись друг по другу изучающими взглядами, причем взгляд Медичи не источал той же теплоты по отношению к Жерому, которую источал по отношению к уткнувшемуся сейчас в планшет чистейшему.
В помещение зашел хомуис с подносом в руках, на котором оказался маленький плоский чайничек из коричневой глины, три крошечные кружечки и нарезанные полосками странные сладости, больше напоминавшие нугу. Рувим разлил пахнущий травами напиток по чашечкам и протянул одну из них Льюису. Лу втянул аромат, блаженно прикрыв глаза, и наконец отвлекся от планшета, вернув его владельцу.
— Я уже который год тут, но так и не могу понять эту систему…
Чистейший напряженно смотрел куда-то за плечо гостя и крутил чашку в тонких пальцах. Причем, к удивлению Жерома, на прекрасных, музыкальных пальцах имелись вполне себе набитые костяшки.
— Я думал, что уже разобрался, но, оказывается, нет… Есть правовые портфели, они делят разумных фактически на касты, но тем не менее у них есть какие-никакие права, гарантированные КС… Но те, кто к нам прилетает, явно по физиологическим показателям, шкале самоконтроля и интеллекта претендуют на плюсов, ну, минимум на высших минусов, тогда почему они бегут, от чего? Почему над ними издеваются?!
Рувим уже хотел что-то сказать, но Льюис продолжал негодовать:
— У них даже идентификационных браслетов с собой нет, и естественно, я не могу идентифицировать их в базе правовой комиссии, чтобы просмотреть все параметры и…