Падшая девственница (СИ)
— А если я откажусь? Мне нравится жить в провинции, и я не хочу… — Андрей перебил меня, не дав договорить:
— Ты не откажешься. Это я тебе гарантирую. Где работает твой отец? На лесопилке? Я каждый месяц с владельцем этой лесопилки в бане парюсь. Уволят твоего папашу, ты даже «нет» не успеешь сказать. А мама где работает? В «Магните» кассиршей? Сколько им там платят? Тысяч пятнадцать? Я сломаю твою жизнь и жизнь твоей семьи, поверь мне и не будь дурой — я тебе полное обеспечение предлагаю, с «большими людьми» познакомлю. Я сейчас бизнес в Москву перевожу и мне нужна… хранительница очага, скажем так. И ты идеально подходишь на эту должность. Да не реви, терпеть не могу плачущих женщин. Тебе же понравилось заниматься со мной любовью, и ты готова к экспериментам. И не просто готова, твоё тело вскоре потребует или уже требует ещё и ещё. Я знаю таких тихонь, в которых дремлет вулкан. Так вот, твой вулкан я уже разбудил и что ты будешь с этим делать — сама решай. Можешь по местным барам мужиков цеплять, а довериться мне. Из таких как ты получаются либо шлюхи, либо идеальные любовницы. Возьми ключи от квартиры и выкинь их, если посчитаешь нужным. Или собери свои вещи и жди меня. Буду… — он посмотрел на часы — около десяти часов вечера. У нас поезд в час ночи. А теперь иди отсюда.
***
Я вышла из офиса в полной прострации. Еще час назад я негодовала и называла изнасилованием секс с девушкой, которой нравится МЖМ и групповуха. Жалела её и радовалась, что моим первым мужчиной стал Андрей Витальевич, а не пара престарелых гопников в сауне. И вот, оказывается, что изнасиловали меня и жалеть меня нужно, а не Алиску. Или не жалеть? В Москве наверняка лучше, чем на диване у бабы Ани.
Около двух часов я гуляла по набережной, пиная мусор, в изобилии валяющийся под ногами. Видимо, в понедельник дворники устроили бойкот и не вышли на работу. Быть тупой содержанкой мне очень не хотелось, но вдруг Андрей действительно начнёт мстить мне? Он сможет. Я не могу подставить свою семью. Да и работа кассиршей меня не сильно привлекает, а если папа останется без работы в любом случае придётся бросить университет и вернуться домой. Родители больше не смогут мне помогать. И моё тело… Оно хочет, жаждет, ждёт приключений. Не с этим мальчиком, который прошёл только что мимо меня и подмигнул как бы невзначай, а с взрослым опытным мужчиной. Я хотела учиться, и я буду учиться, но не унылому дизайну, а искусству любви. Наверное, я уже люблю Андрея…
***
— Анна Сергевна, я только вещи заберу и сразу уйду. Не надо ругаться, пожалуйста, у вас сердце слабое.
— Ох, Леночка, ты вернулась. Да не надо никакие вещи собирать! Живи, сколько хочешь. Где ж я ещё такую хорошую постоялицу найду? Знаешь, какие сейчас девки пошли? Ужас! В наши годы…
— Анна Сергеевна, да найдёте вы себе новую компаньонку. Мне, правда, ехать надо.
Так быстро я не собиралась никогда, хотелось как можно быстрее покинуть квартиру бабы Ани. Жить с чужой пожилой женщиной, да ещё и в одной комнате — кошмар. Я лучше по рукам пойду как Алиса с Катькой, чем ещё хоть час проведу в этой квартире.
Мои скромные пожитки уместились в одну небольшую сумку. «Ну, хоть нести не тяжело» подумала я, вспоминая огромные чемоданы у пассажиров купе в поезде до Санкт-Петербурга. Пару лет назад мы ездили с мамой туда на выходные, в плацкарте. Это была первая и последняя моя поездка на поезде. Надеюсь, Андрей Витальевич раскошелится на купе, два года я мечтала хоть раз на нём прокатиться.
С каждой минутой внезапный переезд в Москву нравился мне больше и больше. Вырвусь наконец-то из этой безысходности и попробую большую жизнь в большом городе: поступлю в МГИМО (я же умная и по истории у меня всегда была твёрдая «пятёрка») познакомлюсь с влиятельными людьми, найду подруг. Андрей сказал, что его жена терпимо относится к изменам и не бросил меня. Когда-нибудь, он женится на мне и у нас будут дети — две девочки-двойняшки. И мы будем очень счастливы вместе.
***
— Ты готова? — Андрей сильно задержался и приехал уже после полуночи.
— Да.
— Тогда хватай вещи и пошли — такси ждёт.
Я взяла свою сумку и последовала за ним. Его перепады настроения стали пугать меня — нежность сменяется грубостью, влюблённость равнодушием… Что будет дальше?
— Наше купе, проходи.
Я молча села на свою полку.
— Расслабься, всё будет хорошо. Ты знала, что поезд идеальное место для секса?
— Нет…
— Тогда раздевайся
Я слышала его частое дыхание и чувствовала возбуждение, нарастающее во мне с каждой секундой. Сопротивляться приказу Андрея Витальевича и собственному желанию у меня не было сил — я начала медленно снимать свою одежду.
Андрей подошёл ко мне, когда я полностью обнажилась.
— Жаль, что здесь нет зеркала в полный рост, и ты не можешь увидеть, насколько ты хороша. Ложись и раздвинь ножки.
Он лёг на меня сверху и начал целовать. Сначала губы, потом шею, грудь, живот и ниже… Мои соски налились кровью, и я с трудом сдерживала стон. Зря. Спустя несколько минут я кричала как кошка во время течки, полностью потеряв контроль над собой. Единственное, что мне было нужно в этот момент — его член. Я просила, умоляла и в этот раз с удовольствием сделала минет, а потом…
— Успокойся, хватит. В соседних купе люди спят и нам пора — сказал Андрей. — Ложись, завтра будет сложный день и для тебя и для меня.
И он был прав. В Москве меня ждал неприятный сюрприз.
Глава VII
Проводница разбудила нас в пять утра. Я несколько раз пробовала заговорить с Андреем, но он явно был не в духе — просто игнорировал мои вопросы. У вокзала мы сели в такси и минут через тридцать оказались у дверей какой-то новостройки, которая выглядела совершенно нежилой.
— Я купил квартиру в Москве. Для тебя. Дом ещё не сдан, поживёшь в отеле, пока рабочие не закончат отделку. Проходи.
Ничего не подозревая, я шагнула в двери лифта. Андрей нажал кнопку с цифрой шестнадцать, и в этот момент я почувствовала себя почти счастливой — всё складывается как нельзя лучше. Несколько часов назад я думала, что мной просто воспользовались и выкинут на помойку, как ненужную вещь. А сейчас я в Москве, мой мужчина купил квартиру для меня, делает в ней ремонт и обещает оплачивать моё содержание. Жалко, конечно, что он женат. Но где сейчас свободных найти? Как говорила Катька, с ровесниками лучше не связываться.
Лифт остановился, и мы оказались в самом начале длинного, тёмного коридора без окон. Андрей безуспешно пощёлкал выключателем:
— Чёрт, опять кто-то все лампочки выкрутил. Иди осторожно, к стенам не прислоняйся — на этаже ремонт делают.
Я молча пошла за ним, и через мгновение увидела свою новую квартиру: большая гостиная, отдельная спальня и ванная комната с огромным джакузи. Ремонт в квартире явно подходил к концу — осталось только положить ламинат на бетонную стяжку. Андрей посмотрел на часы:
— Сейчас я познакомлю тебя с бригадой, которая ремонтами в этом доме занимается.
В ту же секунду дверь открылась, и в квартиру вошли восемь мужчин в рабочей, заляпанной краской, побелкой и ещё не весть чем одежде. Тошнотворный запах немытого несколько недель мужского тела заполнил всё пространство.
— Раздевайся.
Андрей откуда-то достал большой белоснежный ковёр с длинным ворсом.
— Что? — мне показалось, что я ослышалась.
— Раздевайся.
— Это шутка такая?
— Нет. Ребята, помогите ей.
Восемь пар грубых как наждачная бумага мужских рук как по команде стали срывать с меня одежду, я не могла сопротивляться их силе, оставалось только молить о пощаде:
— Андрей, прошу, не надо. Умоляю, прекрати это…
— Заткните ей чем-нибудь рот, вдруг кто-то будет проходить мимо и услышит крики.
В тот же миг один из рабочих запихнул мне в рот грязную тряпку, так глубоко, что я с трудом могла дышать. Всё. Больше я ничего не могу. Остаётся только закрыть глаза и смириться со своей участью. Я не увидела — почувствовала, как меня положили на ковёр, ноги согнули в коленях и раздвинули, руки раскинули в стороны. Сил сопротивляться уже не осталось, напала какая-то жуткая апатия и равнодушие — я не смогу ничего изменить. Ничего. Моя жизнь мне больше не принадлежит.