Падшая девственница (СИ)
— А ты?
— Я не могу поехать с тобой. Мне нужно уладить дела в Москве. Не огорчайся, вам с Игорем придётся проехать на машине около четырёх тысяч километров, я догоню вас где-то на полпути, — он подошёл ко мне и прижал к своей груди. — Не бойся, всё будет хорошо.
Оставшуюся часть ночи мы просто лежали, обнявшись на кровати. Уснуть так и не получилось.
***
Утром я пожаловалась Виолетте на самоуправство Андрея, бедняжка была так расстроена, будто бы это её на аборт отправляют. Мне стало стыдно, что я не могу рассказать ей правду, ведь когда все узнают, что я сбежала, наверняка обвинят её в пособничестве. Надеюсь, с ней всё будет хорошо и она не пострадает из-за меня. Потом села на автобус до Москвы, с трудом избавившись от подруги, которая так хотела меня проводить. Длинная дорога в неизвестность началась. И уже через несколько часов я поняла, что не справляюсь: от запахов еды других пассажиров мутило, тело затекло, уснуть никак не получалось. Спасали только редкие остановки, во время которых можно было немного прогуляться и размять ноги. Беременный организм не желал приспосабливаться. Дима говорил, что собирается отвести меня за четыре тысячи километров от Москвы — как я выдержу такую дорогу?
На автовокзале в Москве я не вышла — выпала из автобуса, жадно глотая ртом воздух. И тут же меня под руку подхватил незнакомый лысый мужчина с выдающимся пивным пузом.
— Привет. Меня зовут Игорь. Дима велел тебя покормить как следует — в дороге я обычно в проверенных забегаловках обедаю, вряд ли тебе их кухня понравится.
— Не нужно, правда. Я не голодна.
— Зато я голоден. Пошли, — он подхватил мой чемодан и пошёл к выходу из вокзала.
Мы быстро перекусили, сели в такси и приехали… на стоянку дальнобойщиков. Игорь подошёл к огромной красной машине с двойным прицепом, открыл дверь, помог мне залезть в кабину и заявил:
— Устраивайся, через пятнадцать минут стартуем.
— Куда мы едем?
— Ты разве не знаешь? В Красноярск.
Приключение становится всё интереснее, не удивительно, что Дима не стал мне рассказывать подробности. Проехать четыре тысячи километров на фуре с незнакомым мужчиной под звуки шансона… Впрочем, дальнобой Игоря оказался достаточно комфортно оборудован для длительных переездов — на заднем сиденье была обустроена кровать с новым постельным бельём, подушкой и одеялом, в термосе горячее кофе, в небольшом холодильнике бутерброды. Не прошло и получаса, как я крепко уснула, закутавшись в мягкое, тёплое одеяло и проспала до глубокого вечера.
— Просыпайся, соня, — Игорь аккуратно тряс меня за плечо. — Приехали. Дима сказал, что ты в интересном положении и велел организовать тебе нормальную кровать на ночь.
***
В день мы проезжали не более тысячи километров, каждую ночь проводили в придорожных мотелях, завтракали и ужинали там же, на обед останавливались у скромных трактиров с простой, но на удивление вкусной кухней. Впервые за много лет я почувствовала себя свободной — любовалась проносящимися за окнами пейзажами, слушала пение птиц на остановках и с нетерпением ждала встречи с Димой. Он обещал перехватить меня на полпути, мы уже проехали больше трёх тысяч километров, а его всё нет… Игорь оказался не очень разговорчивым товарищем, вытянуть из него подробности не получилось. Впрочем, скорее всего, он и сам не знал, что ждёт меня впереди.
Дима догнал нас, когда мы уже подъезжали к Красноярску на старенькой заржавевшей девятке.
— Извини, эта колымага два раза ломалась в пути, а машины лучше найти не удалось.
— Ничего, я просто рада, что ты приехал, — я смотрела на него и боялась отвести глаза хоть на секунду. Вдруг он опять пропадёт?
Он будто бы прочитал мои мысли:
— Теперь всё готово, больше я тебя никогда не оставлю.
Игорь перетащил мой чемодан и подушку с одеялом в машину Димы, пожелал нам удачной дороги и уехал. А мы ещё долго стояли на трассе и просто смотрели друг на друга.
— Куда мы едем? — я первая прервала молчание.
— Вряд ли тебе там понравится, но, поверь, более безопасного места не найти.
Глава XXXIII
Конечной точкой нашего длинного путешествия оказалась небольшая деревушка с полуразрушенными домами, построенными в позапрошлом веке.
— Не пугайся, переждём здесь пару месяцев и я что-нибудь придумаю, — Дима открыл дверь в заброшенную избушку на окраине деревни.
Воздух в моём новом доме пропитался запахом сырости и плесени, одна большая комната, предбанник с вколоченными в стену гвоздями, вместо шкафа для одежды, две узкие кровати и стол. Немытые годами окна и паутина по углам дополняли картину.
— Нужно просушить дом, — Дима неумело пытался развести огонь в печи, в этот момент в комнату вошёл высокий тощий мужчина с бородой. Невозможно было определить, сколько ему лет — 30, 40, 50… Загорелое лицо, покрытое морщинами, седина в волосах и угольно-чёрные глаза делали его похожим на пожилого цыгана. Моя первая мысль — я в цыганском таборе!?
— Здравствуй, дорогой! Как добрались? — он руку Димы и стал её трясти с удивительной для его телосложения силой. — Ты так до вечера печь не растопишь, дай подсоблю. Я дымоход прочистил к вашему приезду, а вот прибрать не успели. Ну ничего, вы погуляйте пока, женщины коров подоят и всё здесь отмоют. Идите, идите и ранее полудня не возвращайтесь.
— Валер, да мы сами справимся.
— Нет уж. Вы гости, а мы гостей умеем привечать. Не позорь нас перед девушкой. К нам со всего миру паломники ездят, так что в вопросах гостеприимства мы навострились, — Валера вручил Диме льняной мешок и выставил нас из дома.
***
— Дим, мы где? — более странного места я ещё не встречала.
— Это деревня старообрядцев. У многих из них нет паспортов, некоторые находятся в России нелегально, местные власти сюда не суются. Они живут как их предки сотни лет назад — выращивают овощи, ловят рыбу, делают запасы на зиму, с внешним миром почти не контактируют. Здесь Андрей тебя никогда не найдёт.
— А Валера, он…
— Он раньше в Москве жил, мы с ним на одном курсе учились. Талантливый был программист, только пил много. А потом с зарубежными партёрами в эту деревню один раз приехал и не вернулся. Я сюда иногда рыбачить приезжаю.
Дима расстелил на лугу плед, достал из льняного мешка свежевыпеченный хлеб и крынку парного молока. Я расположилась поудобнее, прильнув к его плечу. С одной стороны — лес, тайга, наполненная тайнами, с другой — скромная деревушка с покосившимися домиками и мы. Воздух пропитан безграничной свободой и умиротворением.
— Люди здесь очень хорошие живут, — Дима продолжил свой рассказ. — Я раньше не подозревал, что такие остались. Когда-то местные жители покинули эту деревню, несколько лет она была заброшенной, пока первая семья старообрядцев сюда не переселилась. Тут недалеко есть древние скиты, в которые летом приезжают паломники из разных стран. В основном, из Южной Америки, но и из Европы тоже. Надеюсь, к концу лета с их помощью мы сможем выбраться из России.
Я грустно вздохнула, положив голову ему на колени. Пересечь границу так, чтобы Орден не узнал, у нас точно не получится. Да и в этой деревне Андрей рано или поздно найдёт меня. Наверняка он уже знает, что Дима приезжал ко мне в Сочи, потом летал в Красноярск и через два дня вернулся обратно в Сочи. Вряд ли Костя посмеет скрывать имя единственного человека, который мог мне помочь…
— Этой деревни даже на карте нет, — Дима как будто услышал мои мысли. — И прописки у её жителей тоже нет. Зато у них есть ружья и бескрайняя тайга, в которой на случай проблем с местными властями подготовлены землянки с запасами продовольствия. В город они выезжают всего пару раз в год — купить лекарства, соль и одежду. Не волнуйся, даже если Андрей найдёт тебя, он не сможет забрать тебя отсюда.
***
В полдень мы вернулись в деревню, из каждого двора выходили люди, чтобы поздороваться с нами — мужчины, женщины, дети. Наш дом за прошедшие несколько часов преобразился: окна сияли чистотой, кровати заправлены свежим бельём, в печи стояла большая кастрюля, в которой готовилось овощное рагу, а кладовка наполнилась консервами и разносолами. Валера сидел на неизвестно откуда появившихся стульях.