Любовница мафиози (ЛП)

Стоп, что происходит? Разве он не хочет заняться со мной сексом? — Куда ты уходишь?
– В постель. Приятных снов, dolcezza (перев. с итал. дорогая).
– Но....
Я не знала, как попросить об этом. Хуже того, я знала, что не должна. Этот мужчина был для меня плохим. Я должна быть благодарна, что он не пожелал меня трахнуть.
Но я не желала.
Я хотела узнать, каков на ощупь его член, каково это - когда он проникает в меня. Чтобы он заполнил и переполнил меня самым лучшим образом.
Ты в полном дерьме, Франческа.
Да, это очевидно.
Как обычно, Фаусто без трудностей улавливал мои мысли. — Я не собираюсь трахать тебя сегодня. Я хочу, чтобы ты жаждала этого. Чтобы ты так сильно нуждалась в моем члене, чтобы ты умоляла меня об этом. А когда я тебя трахну, ты никогда этого не забудешь. — Он открыл дверь, и меня наполнило нечто сродни нарастающей паники.
– Подожди, - позвала я, когда он начал уходить.
– Да? — Он выглядел очень заинтересованным, но вполне контролируемым. Ничего похожего на неистового обожателя, каким он был несколько минут назад.
– Это было разовое удовольствие. Только в этот вечер..
Края его рта изогнулись. — Если хочешь верить в такую чушь, чтобы заснуть сегодня ночью, то, конечно, лги себе. Но я буду трахать тебя столько, сколько захочу и тогда, когда захочу. И ты будешь наслаждаться каждой секундой, гарантирую.
Он ушел, не сказав больше ни слова. Я осталась лежать на кровати обнаженной, мое тело ныло от двух невероятных оргазмов, и я решила, что обязательно заставлю его забрать эти слова. Я буду сопротивляться ему. Если он думал превратить меня в следующую Катарину, он сильно заблуждался. Я не заинтересована в том, чтобы быть его чертовой игрушкой.
Мне нужно было разработать лучший план выхода из ситуации, чем выскользнуть через заднюю дверь и отправиться на поиски помощи. Нет, я должна была найти правильный способ покинуть поместье и покинуть жизнь Фаусто Раваццани.
Стук в дверь разбудил меня довольно рано.
Последние несколько дней я предпочитала спать, не стремясь никого увидеть за завтраком. А прошлым вечером я не сомкнула глаз после двойного оргазма Фаусто, думая о его обещании. Разве я была настолько слаба, чтобы спать с человеком, который чуть не стал моим свекром? С мужчиной, который не позволил мне вернуться домой?
Нет, я была стойкой. Манчини. Мы не были слабаками и не сдавались. Поэтому, как бы меня ни притягивал Фаусто, я должна была сопротивляться ему.
– Синьорина, вы проснулись? — Это был один из сотрудников Раваццани.
– Да?
– Синьор Раваццани требует вашего прибытия на завтрак.
Какого черта? Он что, думал, что может приказывать мне, потому что заставил меня кончить дважды? — Скажи ему, что я сплю.
Дверь открылась, и горничная заглянула внутрь, ее глаза были полны извинения. — Он сказал, что вы можете так передать, поэтому если вы не спуститесь вниз в течение десяти минут, он сам за вами поднимется.
Самое неприятное было то, что он непременно это сделает, этот stronzo (перев. с итал. мудак).
– Хорошо. — Я все равно была голодна, поскольку пропустила ужин вчера вечером. – Но скажи ему, что мне понадобится пятнадцать минут.
– Он не будет доволен, синьорина.
Я мило улыбнулась, вставая с кровати. — Он это переживет.
Она казалась в ужасе от моего беззастенчивого отношения, но мне было все равно. Фаусто должен был усвоить, что я не нахожусь в его власти только потому, что он впервые отлизал мне. Я не спешила в ванную. Я приняла душ и почистила зубы, после чего нанесла тушь и солнцезащитное средство. Я подобрала пару крошечных шортиков и халтер-топ, который выставлял напоказ мою грудь и нижнюю часть живота.
Я была одета не для того, чтобы соблазнить его. Я одевалась, чтобы показать ему то, чего у него не будет больше никогда. Прошедшая ночь была ошибкой, мгновением слабости с моей стороны, которая не повторится, а Фаусто может поискать кого-нибудь другого, с кем можно оказаться в постели.
Я спустилась по лестнице и вошла в столовую. Когда я открыла дверь, он положил телефон на стол и неодобрительно посмотрел на меня. Он был одет в белую рубашку без галстука, первые две пуговицы у горла расстегнуты, обнажая толстую шею. Его глаза пробежались по моему наряду, задержались на моих голых ногах, а потом вернулся к моему лицу. Не собираясь уступать, я выбрала место поодаль от него, хотя все остальные места были справа от него.
  
– Нет. — Его голос прозвучал в пещерной комнате. – Ты будешь сидеть рядом со мной.
– Я желаю сидеть здесь.
Он щелкнул пальцами, и две служанки в комнате разбежались, оставив нас с ним наедине. — Ты, кажется, не понимаешь. Когда я приказываю, я ожидаю, что мне будут подчиняться.
– Я не собачка и не твоя игрушка. Я буду делать то, что захочу.
Я видела зловещий вызов в его ледяном взгляде, безжалостное желание. И все же я не отступила.
– Иди сюда.
– Ты меня не слышишь? Ты не можешь отдавать мне приказы.
Он положил локти на стол и сцепил пальцы. – Если ты не подойдешь сюда, я посажу тебя к себе на колени и отшлепаю. Весь персонал и, возможно, Зия услышат. Ты этого добиваешься?
Я посмотрела на него, пытаясь понять, серьезен он или нет.
Черт, он выглядел серьезно.
– Ладно, —проворчала я и переместилась на свободное место справа от него. – Я буду сидеть здесь.
– Нет. — Он немного отодвинулся от стола. – Ты сядешь ко мне на колени.
Моя кровь стала горячей. — Это...
– Ты бы хотела, чтобы тебя отшлёпали, monella (перев. с итал. паршивка)?
Я бросила взгляд в сторону двери, надеясь, что кто-нибудь войдет и спасет меня. Где были Джулио или Зия? Этот мужчина был тираном, и все спускали ему это с рук.
– Я теряю остатки терпения, Франческа.
Я сглотнула, но заставила себя идти вперед. Что в этом такого? Я могу посидеть у него на коленях в течение нескольких минут. Прошлым вечером мы были более близки, так что в этом страшного?
Я сдвинулась в сторону и села на его колени, его бедра были твердыми под моими ногами. Он был горячим и пах дорогим одеколоном или лосьоном после бритья, таким, который может зачаровать человека, если подойти к нему слишком близко. Я всем телом ощущала его прикосновение, словно он был магнитом для меня.
Вместо того чтобы позволить мне сесть сбоку, он быстренько пересадил меня спиной к себе, закинув мои ноги на внешнюю сторону его бедер. В считанные секунды мои ноги были раздвинуты, мое тело прижалось к его телу. Когда он попытался расстегнуть мои шорты, я опустила руки, чтобы остановить его. — Что ты творишь?
– Хватайся за подручники. — Когда я не успела сделать движение достаточно быстро, он слегка шлепнул меня по внутренней стороне бедра. — Сделай это.
От того места, куда он ударил меня, разлилось тепло, но это была не боль. Это был прилив возбуждения, и я опустила руки на подлокотники. Расстегнув шорты, его рука скользнула прямо в мои трусики и потянулась вниз, пока он не коснулся моей киски. Ткань не давала ему большого пространства для свободы действия, но он переместил свои пальцы на мой клитор. Я вздрогнула, искры пробежали по спине. — Остановись, — сказала я. – Кто-нибудь может войти.
– Значит, тебе лучше кончить побыстрее. — Он поцеловал мой затылок, затем вонзил зубы в плоть и сухожилия. Между моих ног потекла влага, облегчая его движения над моим клитором. Он лизнул следы укусов. – Я хочу кусать тебя везде, Франческа. Прокусить эту прекрасную кожу своими зубами.
После этого он начал говорить на непонятном мне итальянском языке, но сексуальные слова, а также негромкое, серьезное произношение наполнили меня жаром, как будто он зажег спичку в моем животе. Вскоре я уже покачивала бедрами, стремясь, желая, преследуя, хватаясь за оргазм, до которого оставалось всего несколько движений, и удовольствие захлестывало меня по мере того, как сжимались мои мышцы. Черт, да. Я так сильно этого хотела.
Неожиданно он перестал, его пальцы скользнули в сторону, не касаясь того места, где я особенно нуждалась в них. Что он делает? Я заерзала, пытаясь заставить его закончить.