Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

— Ну, ты все знаешь, уходим отсюда? — вполголоса шепчет она, пока я сноровисто упаковываю наших пленников. Я задумываюсь. Хорошо, что Иошико закрыла свое лицо и переоделась — иначе пришлось бы принимать кардинальные меры. Убить человека — ничего сложного, даже без сверхспособностей, вон у Чарминга-старшего неплохой нож типа танто имеется. Просто сесть над лежащим на земле Мацудой-сенпаем, немного поднять его за подбородок… нет, не надо пилить глотку, как показывают в фильмах, нож нужно втыкать в ямочку, там, между нижней челюстью и позвоночником, так, чтобы одна сторона лезвия прошла по позвонку как по рельсам. Втыкаешь и вынимаешь лезвие. Не надо рвать плоть вперед, совершать пилящие движения. Все. Уже достаточно. При этом прорезаются обе стороны шеи и две вены, две артерии. Кровь течет рекой. Густая, бордовая венозная смешивается с алой артериальной. Это даже красиво. Поэтому убить человека это просто. Вот только убивать Чарминга неохота. Ни старшего, ни младшего.
Причина первая — вместе с ними тут был один охранник, вон он лежит в общей куче с завязанными глазами, упакован как все. В фургоне, который приехал за мной было трое громил и как минимум еще один шофер. И все они знают мою школу, мою внешность, скорее всего мое имя, а также что я шел вместе с Иошико. Трупы на студии приведут ко мне и к Иошико. Насколько я готов полностью переходить на нелегальное положение? Неохота. Если есть возможность этого избежать — нужно избежать. Убегать от полиции, СКПУ и еще неизвестного фактора, каковым является семья Мацуды, всю жизнь — удовольствие ниже среднего.
Помимо этого, — этическая составляющая. Убить ребенка и его старшего брата. Насчет охраны тут все ясно, профессионал, попал под замес, бывает. Но сам Принц Чарминг просто ребенок же. Да, избалованный и жестокий и ему в свое время недостаточно ремня по жопе надавали, но перерезать ему глотку и спрятать тело только потому, что нас могут опознать — перебор. Старшего брата, тоже, кстати не жалко. Но каждый труп повышает мотивированность людей, которые будут докапываться до истины. А я тут не один. Значит есть только один более-менее приемлемый выход.
— Ты тут телефон не видела? — спрашиваю я у Иошико. Она кивает, указывает где видела аппарат. Я набираю знакомый номер.
Мы с Иошико стоим на улице, я опираюсь на перила, она сидит на них и болтает ногами. Студия братьев Чармингов находится в подвале какого-то паршивого мотеля, кто бы мог подумать. Наверху — легальный бизнес, внизу — оборудованный подвал. И никаких вопросов в духе «а что это тут шарятся какие-то подозрительные личности» или «почему туда разные девушки часто ходят» — не будет. Это ж мотель.
Хотя, судя по всему, какой-то жести тут не происходит, при первичном осмотре места я не обнаружил никаких клеток, помещений, где можно было держать пленников, никаких орудий пыток, да, была пара наручников, но и те декоративные, пластиковые. Разорвать такие можно было просто разведя руки в стороны. Так что все что тут происходило — происходило без применения прямого физического насилия. Конечно, исключать моральное насилие, шантаж, угрозы и подкуп — мы не можем, да и не будем. Психологический профиль братьев (не то, чтобы у меня было время его создать, на наметки уже были, лучше всего человек раскрывается в конфликте) — подразумевал, что по крайней мере младший Чарминг был неврастеником и садистом, не чурающимся бить связанного и не могущего оказать сопротивление или хотя бы защититься человека. Такой вот парень у Снежной Королевы. Интересно, она об этом знает или нет? Может быть всякое вообще. Мы не можем отбрасывать теорию и о том, что на самом деле этим вертепом правит именно она, а по яйцам врезала ему, допустим за то, что он ослушался, или там засветился невовремя. И именно Юки стоит за сетью подпольных студий, управляя железной рукой и эксплуатируя юных девушек. И… да, что-то разыгралась у меня фантазия.
— И когда они приедут? — спросила Иошико. На улице давно стемнело и вокруг нас было необычно тихо, в этом районе и днем траффик был не ахти, а ух ночью тут было как в деревне — редкая машина проедет, взрыкнув мотором, мазнув светом фар по стенам, где-то неподалеку залает собака, ветер качнет деревянные свистульки, качающиеся над дверью в мотель и снова тишина. Мы стоим неподалеку от входа в подвал мотеля, под ближайшим фонарем и какие-то мелкие насекомые порхают вокруг света, бьются о стекло.
 
— Минут пятнадцать-двадцать. — пожимаю плечами я. Поздний вечер, поздний звонок, срочный вызов. Мы еще не отработали порядок действий в экстренных случаях, нет инструкций, нет четких указаний, есть только «садимся в машину, собираемся в кучу и едем туда, где что-то произошло.» Уровень любителей из мультфильмов для детей младшего дошкольного возраста. Но как говорится — играем с теми картами что выданы.
— А кто приедет? — спрашивает Иошико, болтая ногами как девочка-пятиклассница. Она все еще в спортивном костюме, на шее у нее платок — чтобы иметь возможность натянуть на лицо, скрывая личность.
— Мои друзья. — говорю я.
— Круто. Они у тебя тоже супера? Да? Я так и знала! Вот Брендон обрадуется, когда узнает. — говорит она и улыбается. Чему там обрадуется Брендон, и кто такой этот самый радостный Брендон, я так и не узнал, потому что из-за угла вылетает черный автомобиль Акиры, скрипит тормозами, осветив нас фарами. Из машины вылетает Майко в своем боевом костюме — топике и коротеньких шортиках, тут же отодвигает меня в сторону от Иошико и стреляет в нее подозрительным взглядом. Иошико уже успела натянуть свою маску и спрыгнуть с перил, она подобралась, как кошка перед прыжком.
— С тобой все в порядке? — бросает мне Майко через плечо, фокусируя свой взгляд на Иошико, ее мышцы под кожей начинаю бугриться и свиваться узлы, словно змеи. Зрелище завораживающее, есть в этом какая-то животная, первобытная красота.
— Со мной все в порядке. Это … моя знакомая, она наш союзник.
— Пф. Хорошо. — Майко ни на каплю не расслабляется, Иошико — тоже. Из машины выходит наконец Акира, тоже в своем боевом костюме — офисном. Шпильки на ногах, сережки в ушах, модные очки. Словно на совещание о слиянии компаний собралась. И вот охота ей на шпильках … неудобно же. Хотя кто я такой, чтобы подвергать сомнению логику всего этого? Может у нее особенные шпильки, или может она на языках пламени летать может, как реактивная ракета? Следом за ней вываливается Читосе, вот она у меня в полном боевом как положено — темный, немаркий удобный комбинезон, темные легкие кроссовки на ногах, какие-то ремни с кармашками, на лице — черная полумаска, на бедре — кобура. У Иошико округляются глаза и, кажется даже открывается рот — под платком не сильно видно, но кажется у нее все-таки отвисла челюсть. Потом она справляется со своими чувствами и поворачивается ко мне.
— Ну раз у вас тут все под контролем… — Иошико кивает мне на прощание и вдруг отпрыгивает куда-то вбок, в тень.
— Эй! Стоять! — кричит Майко, но той уже и след простыл. Что вы хотите — куноичи же. Или кто она там.
— Что тут у нас. — спрашивает Акира, не тратя время на приветствия и выяснения все ли со мной в порядке. Молодец. По телефону многое не скажешь, надо определяться с порядком действий, а Синдзи-кун вон стоит и глазки у него масляные опять, значит все с ним в порядке, а остальное можно обсудить, когда будем в безопасности.
— Значит так. — быстро объясняю девушкам что тут произошло и что мы будем со всем этим делать.
— Так-то по хорошему замочить этих гадов, да Зажигалку им в подвал подбросить. — говорит Майко: — но как скажешь. Ты у нас босс. — она кивает, соглашаясь на мой план. Начинается суета. Майко вздувается мышцами и тащит братьев Чарминг из подвала, предварительно несильно пнув каждого по заднице. Закидывает в багажник. Мы с Читосе перетаскиваем вверх охранника и аккуратно кладем его сзади мотеля, в темное место, где не светят фонари. Охранник пыхтит, он пришел в себя и пытается что-то сделать, извиваясь как червяк. Аккуратно укладываем его у стены и даже накрываем лежащим рядом брезентом, предназначенным для прикрытия мусорных пакетов в дождливое время. Так его нескоро найдут — завтра с утра, или вовсе в обед.