Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

– Вы союзники Мацумото в том, что тут происходит. – отвечает мне Митсуи.
– Мы даже не союзники с ними, вернее – не были. Минору‑доно и мы так же, как и вы – столкнулись лбами вокруг определенных событий. Мы провели переговоры, обозначили границы интересов и достигли мирного соглашения. – отвечаю я. Конечно, немного кривлю душой, потому что «столкнулись лбами» – это неверное описание и явное преувеличение наших способностей. Были схвачены за шкирку Линдой и ткнуты в свою собственную лужу из гордыни – вот более верное описание того, что произошло. Еще и мордами по луже повозили, как щенков. Хорошо, что она пока на нашей стороне, но надолго ли? У Линды свои интересы, и они запросто могут не совпадать с нашими. Мы словно небольшая лодка между океанских круизных лайнеров, нас могут затереть бортами в любой момент. Интересы Мацумото Минору – в сохранении контактов с Юки, в развитии их собственной евгенической программы. Интересы Митсуи – в присоединении к этой программе. Наши интересы – не стать фаршем в мясорубке, пока высокие договаривающиеся стороны делят свои проценты. Как сказал в свое время Минору‑доно – твоя жизнь будет стоить мне дополнительные два процента? Дядя Алан, племянничек Зигфрид, итого четыре процента в плюс. Если мы нанесли личную обиду Хикэру – то она не погнушается взять эти проценты взаимозачетом. Вот, вы у меня двоих родственников убили, кровных родичей, между прочим, а я у вас всю команду положила, но это же наемники. Квиты.
– Поэтому не вижу причин, почему бы и нам с вами не заключить такое соглашение? – продолжаю я.
– Соглашение с тем, кто держит тебя в плену? Такие соглашения ничем хорошим не кончаются. – фыркает Хикэру.
– Тут я могу с вами поспорить, но давайте сперва закончим с вступлением, ладно? Итак, первая атака была проведена с помощью ментальной магии и у нас не было шансов отразить ее. Мы были вынуждены оборонятся. Вы же знаете сами, насколько трудно противостоять… вернее даже не так. Противостоять ментальной магии Алана невозможно. Просто в какой‑то момент мне пришлось убить своего лучшего друга, следуя логике и рационализму, а не эмоциям. Уверю вас, это был нелегкий выбор. Я уж молчу о моральной травме, которую Алан нанес всем членам команды.
– Вы могли бы и просто сказать ему об этом. – проворчала Хикэру, но было видно, что это скорее для проформы, чем искренно. Знала она, какой Алан, сама с ним работала, был и ей он «лучшим другом».
– И с учетом его способностей я уверен, что мы в том числе оказали и вам услугу. – продолжил я и поднял палец, опережая вскинувшуюся было Хикэру: – я понимаю, что он был ваш родственник. Но учитывая, что нападение на нас он осуществил самостоятельно, ни с кем не советуясь, только поставив в известность своего племянника, полагаю, я могу предположить, что он был той еще занозой у вас в боку, Хикэру‑доно.
– Этот чертов Алан‑кун был занозой. – соглашается со мной Хикэру: – но он был нашей занозой. И никто не имеет права распоряжаться его судьбой, кроме меня и Совета Пяти. При всей его импульсивности и даже несносности – он не заслуживал того, чтобы его таскали в ведрах, словно мусор.
– Согласен с вами. – наклоняю голову я: – конечно не заслуживал. Однако он атаковал первым и обороняясь от его магии – мы были в своем праве. Согласно тому же Кодексу.
– Кодекс пока на вас не распространяется. – парирует Хикэру.
– Это пока. – отвечаю я: – но, продолжим…
– Даже если вы каким‑то чудом пройдете все Игры и получите право основать род в Лазурном Дворце – это не означает что вы избежите ответственности. Эдикт о праве основания – не имеет обратной силы. – перебивает меня Хикэру.
– Хикэру‑доно. Пожалуйста не перебивайте меня. Вы обещали меня выслушать и только потом – мучительную смерть. Предсмертные желания надо исполнять, не так ли?
– Хорошо. Я слушаю. – Хикэру складывает руки на колени, ну чисто примерная школьница. Она – терпеливая. Она может подождать еще двадцать минут перед тем, как заменить мое сознание и вспороть мне живот. Или сперва – выйти отсюда, собрать всех членов команды, заменить сознание и им, захватить объект «Юки» и помахать Мацумото на прощание ручкой. А уж потом, в тишине своего замка не спеша – разделать нас по кусочкам. Я предпринял меры. Комната в которой мы с ней заперты – не открывается изнутри. За нашей беседой следит Майко и она не откроет двери, если меня вдруг заменят. Кроме того, там, за дверью – сидит Джин и усиленно смещает мое изображение в сторону от того места, где я нахожусь на самом деле. Вечно Молодая Луна сейчас глядит не на меня. Она глядит на иллюзию, созданную Джин. Вот, ведь, пригодилась мелкая хикки, невероятно удобная у нее способность. Придется и место в команде предложить и прочими регалиями наделить. Комнату там выделить, чтобы народ не смущала. И надеть на нее в конце концов носки. И тапки.
 
– Так вот, потом на нас напал Зигфрид. Его способность, если вы помните – летальна и от нее нет защиты. Он сознательно атаковал на поражение, бил, чтобы убить. Думаю и в этом случае мы также имели право на самооборону, однако это право за нас было реализовано… третьими лицами.
– Минору‑кун. Старый пердун. – сужает глаза Хикэру: – я знаю.
– Тем самым между нами и вами есть только одно недоразумение, выразившееся в инциденте, случайной смерти вашего родственника, которая произошла в результате его ошибки – он атаковал нас и нарвался на автоматическую систему обороны.
– Автоматическую систему обороны? – хмурится Хикэру.
– Можно назвать и так. Действия по самообороне в случае атаки третьих лиц – сперва совершаются. А уж потом – анализируются.
– Я поняла твою точку зрения. И что дальше? Ты предлагаешь мне просто проглотить это оскорбление? Убийство моего родственника? Атаку и похищение меня и моей внучки? Это тоже агрессивные действия и мои действия в ответ будут также расценены как самооборона. – говорит Хикэру.
– Я еще не закончил. Ведь ваши следующие действия повлекли за собой уход в сонную кому моей единственной родственницы, Нанасэ‑онээсан. Все, что я сделал с этого момента – лишь отчаяние в поисках средства вывести ее из этого состояния. Я прошу вас понять, что этот человек – мой единственный родственник и его потеря это как если бы вы потеряли весь свой клан. Всю семью.
– В кому? Ах, да… Грендель. – говорит Хикэру: – твоя сестра просто оказалась не в том месте, не в то время. У нас не было цели захватить ее.
– Ну так может и отпустите ее, а? И начнем наши отношения с чистого листа? – пытаюсь я.
– Это так легко не делается. Между нами уже кровь, мальчишка. А кровь – это интересная субстанция. Она смывается только кровью. – отвечает мне Вечно Молодая Луна: – ты закончил?
– Нет. Смотрите, вам нужно было гарантированное участие в программе Мацумото. Я предлагаю вам такое участие. На равных. Тридцать процентов. – последний козырь, который я могу выложить на стол.
– Как ты можешь предлагать то, что тебе не принадлежит? – недовольно морщится Хикэру. Она уже устала от разговоров, ей хочется убивать.
– Ключевой объект программы находится в моей команде. Она будет сотрудничать только если мы все будем сотрудничать. Таким образом, указанная программа не будет более программой клана Мацумото, это будет наша общая программа – моей команды, вашего клана и клана Мацумото. Участие на равных, решения принимаются коллегиально с правом вето. – отвечаю я. Хикэру задумывается. Переваривает.
– Знаешь, это было бы интересное предложение, если бы оно было немного раньше. – говорит она: – до того, как ты посмел поднять свою грязную руку на мою внучку. До того, как ты посмел нарушить границы моего дома, пусть и временного.
– Хорошо. – говорю я, поднимая руки: – вам так важно отомстить? Что вам даст то, что мы все будем мертвы? Как вы говорите – мучительной смертью. Вот что вам это даст, кроме как потешить свое самолюбие? Мы ж вам не ровня, нашли на ком срываться. А такая организация исследования – на базе третьей независимой команды – даст вам гарантии участия в гораздо большей степени, чем любые гарантии Мацумото. Вас просто затрут в сторону, вы же сами говорите, что соглашения будут пересматриваться. В данной ситуации единственный ваш союзник – это мы.