Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
– Я просто интроверт. – поведала Снежная Королева: – мне достаточно одного Ала рядом. Мой дорогой. – она с чувством поцеловала его в щеку и тот поморщился, потерев щеку.
– Ладно, мавр сделал свое дело, мавр может уходить. – говорю я: – ваши телячьи нежности меня бесят.
– Ты же знаешь, что мы тебя любим, чувак… – протягивает Ал и мы с ним делаем секретное рукопожатие – на раз‑два‑три. Кисти, предплечья, локти.
– Эй. – говорит Ал, когда я уже разворачиваюсь чтобы уйти: – ты куда сейчас?
– На базу, к своим. – говорю я: – у нас сегодня совещание. А у меня новости важные.
– А давай я с тобой. – говорит Ал и смеется.
– Да, конечно. Девочки только рады будут. Они давно тебя не видели. О, кстати, Юки, ты не знаешь, где Сакура живет? Мне ее пристроить куда‑нибудь надо.
* * *
Мы сидим на базе и Читосе уже успела объявить о том, что Малый Междусобойчик команды собран, все присутствуют, посторонних нет и слово предоставляется мне, Синдзи. Я встаю и оглядываю всех наших.
– Друзья. – говорю я: – мне сегодня Линда звонила, передавала вам привет. Да, да, Майко та самая. Нет, я не знаю откуда у нее мой номер и мой адрес, но думаю, что ей‑то труда не доставило узнать и то и другое. Так вот, Минору нас предупреждает о том, что клан Митсуи – вон, Ал знает кто это такие, спросите его потом. Так вот этот самый клан готов клинья к нашей Юки подбивать и вообще вокруг Снежной Королевы нехилые такие интриги идут. Да, если чего заметите – говорите мне, а я уж могу и в Токио позвонить, если сами не справимся. И еще – я и Нанасэ с квартиры съехали, живем пока в отеле. –
Я вздохнул. Вещи мы собрали, Нанасэ забаррикадировала дверь, Сакуру у меня Юки забрала, потому как негоже ей под одной крышей со мной ночевать – а ну как научу чему плохому девчонку. Думал Нанасэ на базу привести, да у нас пока готовых комнат по числу людей в команде. Сперва освобожу какую‑нибудь из комнат, уберусь в ней, кровать поставлю, а там и переселить ее можно.
– А чего в отеле живете? – спрашивает Майко, развалясь на своем надувном кресле.
– Так у меня какие‑то проблемы с предками нарисовались. – развел руками я: – я‑то не переживаю, а сестричка (тут я вспоминаю, что она вовсе не Нанасэ) – сестричка переживает.
– Так ты может наследник великого клана, бастард там какой. – говорит Ал и мы все весело смеемся над его шуткой. Он все‑таки душа компании. Акира хмурится и выходит из комнаты. Она вообще сегодня мрачная.
– Конечно. – говорит Майко: – вдруг ты незаконнорожденный сын Императора, а его сейчас кондрашка схватила. И всех его – сколько там? Тридцать сыновей и пятьдесят дочерей – тоже. И вот беда – страной и управлять некому. И тут‑то и выяснится, что наш Син – на самом деле Император! Надеюсь про меня ты не забудешь? Про нас с Алом? – она трется головой о плечо Ала и тот поглаживает ее по волосам. Всегда ему завидовал – как у него так получается с женщинами?
– Вообще, я конечно, принадлежу Алу, но если ты будешь Императором, то сразу же его брошу. – шутит Майко. Никто и никогда не бросит Ала. Это же Ал.
– Это я принадлежу Алу, дранная ты кошка. – лениво возражает из своего угла Читосе: – а ты самозванка.
В этот момент коротко взвывают сирены и где‑то под потолком включается оранжевые проблески аварийного освещения.
– Внимание! Угроза ядерной бомбардировки! Все входы будут запечатаны через пять, четыре, три, один. Все входы запечатаны! Для выхода или отмены тревоги обратитесь к авторизированному персоналу убежища! – прозвучал металлический голсо из динамиков под потолком.
– Ни хрена себе. – выразила Майко общее мнение: – это, что же творится тут. Акира! – обратилась она к вернувшейся Акире: – ты слышала?
Акира не обратила внимания на вопрос, молча прошла к середине стола и оглядела нас всех.
– Значит так. – сказала она: – это я закрыла убежище. Среди нас – посторонний. Менталист. Никто не выйдет отсюда, пока мы его не найдем.
– Что?!
– Откуда ты знаешь?!
– Бред какой‑то!
– Зажигалка ты совсем кукухой поехала!
– Тихо! – рявкнула Акира и все заткнулись. Акира умеет быть страшной. Наступила тишина и она обвела нас взглядом снова.
– Я знаю каждого из вас. – сказала она тихим голосом: – тебя, Майко, очень давно. Ты меня всегда бесила, но ты неожиданно – моя лучшая подруга. Пусть и шебутная. Тебя, Ал – я знаю еще раньше, чем Майко, и ты всегда помогал мне. Выручал по учебе. Занимал денег, когда мне не хватало даже на чашку рамена. Утирал слезы, когда меня бросал очередной мудак. Ты – настоящий друг. Читосе – тебя я знаю совсем недавно, но ты уже успела спасти мне жизнь и многому научить. Ты, Син – с тобой я тоже знакома недавно, но эта встреча изменила мою жизнь так, как я и подумать не могла. Вы все – мои близкие люди. Но среди вас есть кто‑то, кто влез в мою голову. И так как вы все сидите и смотрите на меня как баран на новые ворота – и в ваши головы тоже.
– Погоди. – прервал ее я: – давай без этих вот эмоций. С чего ты вдруг решила, что среди нас кто‑то лишний?
– У нее один из парней бывших менталист был. – сказала Майко: – он ей мозги полоскал будь здоров. С тех пор у нее от их влияния просто крышу сносит. Вон, как в тот раз, когда Читосе выручали – она с катушек поехала.
– Честно говоря, это не показатель. – говорю я: – не обижайся, Акира, но то, что у тебя плохое настроение, еще ничего не значит. Тут все свои. Да ты посмотри на каждого. Ты сама сказала, что давно Майко знаешь, Ала еще дольше. Нас с Читосе пусть и недавно, но тоже знаешь. Делать выводы на основе смутных предчувствий – это уже паранойя.
– Паранойя? – у Акиры дернулся глаз: – паранойя значит… смутные предчувствия?
– Смутные и неясные. Это ваши… «нутром чую» и прочая женская интуиция. – поддержал меня Ал с места.
– Хорошо. Посмотрите. – она обвела руками комнату: – что вы видите?
– Э… стол? – попыталась угадать Читосе.
– Твой портсигар на столе. – сказала Майко.
– Твою классную попу. – сказал Ал и я его мысленно поддержал.
– Четыре стула. – сказала Акира: – большой стол для брифингов и четыре стула. А нас – пятеро.
– Но…
– Четыре комнаты. Убранных комнаты. И четыре спальных места – я бы сказала кровати, но у тебя, Майко, это и кроватью не назовешь. Четыре спальных места. Четыре отсека в холодильнике. В твоем, Майко – опять отрезанные руки.
– Я коллекционер. – буркнула Майко и схватилась за голову: – Ай! Чего‑то … колется.
– Четыре кружки, которыми постоянно пользуемся. В тире – четыре комплекта для чистки. Четыре зубные щетки в ванной комнате. И самое главное. – Акира снова обвела нас взглядом и вздохнула: – я тоже сперва подумала, что паранойя. Помнишь, Ал, как в ту ночь в онсэне?
– Да, подруга, ты тогда здорово психанула. – сказал Ал серьезно.
– Ну вот. Хорошо, что ты меня тогда остановил. Поэтому я сперва сходила в пункт управления убежищем. Проверила. В этих убежищах есть счетчик входящих и выходящих людей. Так вот, за исключением нескольких случаев, когда к нам Воины Сейтеки наведывались в гости – в убежище всегда приходило четыре человека. Среди нас – враг. – закончила Акира и хотела уже сесть, но все места были заняты. Она нахмурилась и осталась стоять.
– Ну хорошо. – сказал Ал: – допустим. Допустим, что среди нас – враг. Как ты собираешься его искать?
– Не знаю. – сказала Акира: – но я закрыла убежище и отсюда никто не выйдет, пока мы его не найдем, или он сам не сознается. Ключ я спрятала.
– Я смотрю на вас всех и с каждым у меня связаны воспоминания. – говорю я: – это значит что враг умеет подделывать наши воспоминания?
– Он менталист. Возможно и это.
– Не, не, не. Если допустить что ты права и среди нас один посторонний, то факт наличия воспоминаний обо всех нас означает что связанные с ним воспоминания – ложные. – говорю я и мой мозг начинает закипать: – а если допустить, что клан Митсуи прислал нам менталиста, чтобы втереться в доверие к Юки, то это можешь быть только ты, Акира!