Можжевеловый Холм (ЛП)

— Давай начнём со столовой. Потом мы сможем переместиться сюда, — она подняла ручку чемодана и понесла его через двери.
Я последовал за ней, оглядываясь по сторонам в надежде найти Мемфис. Но помещение было пустым.
Джинна поставила камеру на стол и, наклонившись, открыла большой чемодан, доставая штатив. Затем появились осветительные приборы, удлинители и зонтики. Она двигалась целенаправленно, расставляя оборудование вокруг квадратного стола. Это был тот самый стол, за которым Лестер сидел во второй вечер в ресторане.
— Как Джейдон? — спросил я.
— Он в порядке, — Джинна достала свой телефон из кармана джинсов и разблокировала его, прежде чем передать мне. — Здесь полно фотографий. Можешь пролистать.
Я остановился на первой, и моё сердце сжалось.
Это был ребенок, которого я любил еще до его рождения. Это был сын, который был у меня всего несколько недель. Мальчик, который вырастет и будет похож на своего настоящего отца.
Волосы Джейдона были на тон светлее, чем у Джинны. Его глаза были зелеными. Они сверкали, когда он зубасто улыбался в камеру. У Джинны не было зелёных глаз. У неё были карие.
Возможно, Джинна заметила это в самом начале. Может быть, поэтому она наконец признала правду. Потому что, глядя на его фотографию, я знал, что правда в конце концов вышла бы наружу.
Джейдон никогда не был моим.
Но Дрейк…
Он тоже не был похож на меня. В нем не было моей крови. Он никогда не разделит мою ДНК. И мне было плевать. Дрейк был моим так, как Джейдон никогда не был.
Я положил телефон на стол.
— Он милый, как всегда. Быстро растёт.
— Слишком быстро, — она посмотрела в сторону главных дверей, на её лице было написано любопытство, но она не спросила ни о Мемфис, ни о Дрейке. — Ресторан прекрасный. Он очень… тебе подходит.
— Это было приключение. Но так приятно быть дома. Быть ближе к семье.
— Это замечательно, — её улыбка не достигла её глаз.
— Зачем ты на самом деле приехала?
Она опустила взгляд, не в силах смотреть на меня, пока говорила.
— Я думаю о тебе. О нас. О том, какими бы мы были, если бы я всё не испортила.
— Почему? Почему ты так долго скрывала от меня правду? — это был вопрос, который я ни разу не задавал ей. Было слишком больно, и я не хотел ее оправданий. Её объяснений.
Глаза Джинны были стеклянными, когда она наконец встретилась со мной взглядом, — я боялась, что ты уйдёшь.
— Я бы не ушёл. Нет, если бы ты сказала мне с самого начала.
— Тогда, возможно, потому что я не хотела отказываться от фантазий. Я хотела притворяться, и чем дольше я притворялась, тем труднее было признать правду.
— Так ты приехала сюда, чтобы… что?
— Чтобы извиниться, — она грустно улыбнулась мне. — Мне жаль. Мне очень, очень жаль.
— Ты сказала мне это перед моим отъездом.
— Это всё ещё актуально, — она пожала плечами. — И я просто подумала, что мы могли бы поговорить. Поужинать вместе. Выпить нашего любимого красного вина. Наверстать упущенное. Когда всплыло твоё имя, я вызвалась на это задание. Я подумала, что это может быть… Неважно, что я думала.
Нет, не было. Второго шанса не будет. А я и не хотел.
— Я подключу удлинитель, — я подхватил конец и потащил его к ближайшей стене, вставив в розетку. Когда я вернулся на площадку, Джинна держала в руках фотоаппарат и щелкала затвором, проверяя свет.
После нескольких настроек она попросила меня сесть за стол, расслабленно и непринужденно расположившись в кресле. Затем она попросила меня встать и держать вилку на указательном пальце. Она сделала несколько снимков, на которых я смотрел в камеру. На некоторых я смотрел на стену.
— Думаю, что здесь достаточно, — сказала она. — Давай отправимся на кухню.
— Хочешь, помогу перенести оборудование? — спросил я.
— Нет, всё в порядке. Я справлюсь.
— Тогда я сейчас вернусь, — я прошёл мимо неё и вышел через двери в вестибюль, осматривая пространство в поисках Мемфис. Но кроме Матео, там никого не было.
— Она побежала к Лайле за кофе, — Матео указал на большие окна, выходящие на улицу.
 
Когда я спросил утром, Мемфис сказала, чтобы я надел свои обычные джинсы и черное термобелье. Сделав один шаг на улицу, я пожалел, что не захватил пальто. Холод, словно взрывная волна, пронизывал меня до глубины души.
К счастью, мне не пришлось далеко идти. Десять шагов в направлении «Кофе у Иденов», и на тротуаре появилась Мемфис. Дрейк был закутан в свою парку, красная объёмная куртка почти того же оттенка, что и кончик его носа.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она. — Где твое пальто?
— Внутри, — я взял её за локоть, и мы пошли в отель. Но вместо того, чтобы вернуться в «Наклз», я потянул её прямо к камину, чтобы согреться.
— Ты закончил? — она посмотрела мимо моего плеча, вероятно, в поисках Джанны.
— Еще нет. Нам нужно сделать несколько снимков на кухне.
— О — она вздохнула. — Так это… она.
— Да.
— Она красивая.
Я кивнул.
— Она не ты.
— Нокс, — её плечи опустились. — Если вам нужно время, чтобы поговорить, я могу просто пойти домой. Остаться сегодня в лофте.
— Мемфис, — я подцепил пальцем её подбородок, убедившись, что она смотрит на меня, когда я повторил своё предложение. — Она не ты.
Она наклонилась ко мне, её лоб врезался в мою грудь.
— Я не знала, может быть, ты всё ещё хочешь…
— Тебя, — я поцеловал ее волосы. — Только тебя.
Мемфис была честна в своих сомнениях. С Дрейком. Со мной. Она сказала мне, как сильно ей не хватает уверенности в себе, но она была там. Она всегда была там. Женщина без стального стержня не переехала бы через всю страну. Она бы не нажала на кнопку перезагрузки своей жизни.
В один прекрасный день она тоже это поймет.
А до тех пор я буду напоминать ей об этом.
Дрейк хныкал и извивался. Ему не нравилась его куртка.
— И ты, босс. И тебя я хочу, — я расстегнул молнию на парке и освободил его. Затем я положил руку на поясницу Мемфис и направил её к «Наклз».
Джинна делала пробные снимки, когда мы вошли на кухню. Её взгляд прошёлся по мне, потом по Дрейку, потом по нашим сцепленным рукам, прежде чем она наконец посмотрела на Мемфис.
— Привет, я Джинна.
— Мемфис, — произнесла она с таким же холодным, как и температура на улице, взглядом. Моя девочка не была фанаткой и не собиралась притворяться.
Я боролся с улыбкой.
Джинна ерзала.
— Мы пойдем в кабинет, — сказала Мемфис.
— Нет, останься, — я обогнул разделочный стол и встал перед светом, который поставила Джинна. — Готова?
— Да. Отодвинься немного влево, — на кухне Джинна сделала в два раза больше снимков, чем в столовой. Она не пыталась завязать бессмысленный разговор или светскую беседу. Единственные слова, которые она произносила, были приказами сменить позицию.
Через двадцать минут она проверила экран камеры.
— Я не в восторге от этого. Кухня слишком…
— Чистая, — ответила за неё Мемфис, сделав глоток кофе.
— Да, — Джинна кивнула. — Здесь нужен беспорядок.
Я улыбнулся Мемфис.
— Как насчет ужина? Макароны с сыром?
— Разве я когда-нибудь отказывалась от твоих макарон с сыром?
Я подмигнул и принялся за работу.
Пока я кипятил воду и таскал ингредиенты из кладовки, Джинна слилась с фоном. Затвор её камеры щелкал непрерывным потоком, пока я готовил моей женщине её любимое блюдо.
— Кажется, у меня есть нужные кадры, — сказала Джинна, когда я подал Мемфис тарелку.
— Хочешь остаться и поесть? — спросил я.
— Нет, я, пожалуй, пойду. Журнал обычно очень хорошо относится к тому, чтобы присылать окончательные варианты снимков перед публикацией. Но если ты захочешь получить что-нибудь для себя, мой имейл всё тот же.
— Отлично. Прежде чем ты уйдёшь, не могла бы ты сделать мне одолжение?
— Конечно.
У неё были свои недостатки, но фотография не была одним из них. У Джинны был талант.