Можжевеловый Холм (ЛП)

— Дерьмо, — пробормотал я. — Что будет, если эта женщина пойдет в прессу?
— Я буду отрицать это. Оливер будет отрицать это. Но слухи будут бушевать. И его жена, несомненно, заподозрит, что у нас был роман.
— Это её проблема. А что насчёт Дрейка? Какое соглашение вы заключили?
— У меня есть подписанный документ, в котором говорится, что он отказывается от всех родительских прав. Но… он не заверен нотариально. Он не подан. Я рассчитываю на то, что он никогда не передумает. А если передумает…
— Если передумает, он получит ожесточенное сопротивление. Он не получит Дрейка.
— Он не получит Дрейка, — повторила она.
— Что насчёт твоих родителей? Что они собираются делать?
— Понятия не имею, — простонала она. — Я уверена, что эта поездка не была такой, какой планировал папа. Он, вероятно, ожидал, что приедет сюда, найдёт меня бедной и несчастной, и благодарной за возможность вернуться в Нью-Йорк на их частном самолете. Вместо этого я сказала им, чтобы они убирались восвояси.
Когда она высунула язык, я захихикал.
— Ты правильно сделала, что промолчала.
— Надеюсь, — она вздохнула. — Мой отец знает об Оливере и его связях. Он также знает, что любая связь с ними навредит его репутации. Это единственный ребёнок, о котором он действительно заботится. Его драгоценная репутация. В лучшем случае он заплатит женщине, чтобы она молчала. Вероятно, он воспользуется деньгами из моего трастового фонда.
— В худшем случае, все взорвется к чертовой матери.
— Ага, — она приложила ладони к глазам. — Что за чертовщина.
— Как ты думаешь, кто эта женщина? Твой отец сказал тебе?
— Он не знает, — она села, переместившись на край кровати, чтобы посмотреть на Дрейка. — Может быть, это работник. Или другая любовница.
Этот сукин сын наверняка был с другими женщинами, пока был с Мемфис. У него было сокровище, сокровище из чистого золота, и вместо того, чтобы дорожить ею, он использовал её ради собственной жадности.
Его потеря. Моя выгода.
— Как ты думаешь, женщина, которая связалась с твоим отцом, может быть его женой? — спросил я.
— Возможно, — она пожала плечами. — Хотя зачем его жене шантажировать мою семью ради денег? У неё их и так много. Она может просто развестись с задницей Оливера и забрать его деньги.
— Если только у него нет брачного контракта, — я слез с кровати. Или, если мафия настолько безжалостна, как я подозревал, она вовлечет свою семью и унаследует его имущество после его преждевременной кончины.
— Это ещё не всё. Кое-что произошло прямо перед моим отъездом, — сказала она. — Я как раз собирала вещи, загружала «Вольво». Я вышла из своего таунхауса с коробкой, а там меня ждала женщина. Агент ФБР.
У меня свело живот.
— ФБР расследует дело Оливера?
— Я не знаю. Возможно. Она показала мне свой значок и спросила, знаю ли я Оливера Маккея. Я ответила: «Кого?» и извинилась, чтобы проверить Дрейка. Я наблюдала из окна, как она уходила. На следующий день я уже уехала.
Я потер челюсть.
— Агент ФБР не стал бы шантажировать твоих родителей ради денег.
— Нет. Это должен быть кто-то близкий к Оливеру. Кто-то, кого он разозлил. И кто-то, кто знает, что у моей семьи есть деньги, — Мемфис обхватила себя руками за талию. — Почему это не заканчивается? Я просто хочу, чтобы это закончилось.
Я сел рядом с ней, притянув её в свои объятия.
— Это закончится.
— Как?
— Я не знаю, милая.
— Может, мне стоит просто вернуться в Нью-Йорк. Выяснить, кто эта женщина. Заплатить ей…
— Нет. Это не вариант, Мемфис.
Она подняла на меня эти карие глаза, полные извинений.
— Я никогда не хотела втягивать тебя во всё это.
— Ты никуда меня не втягивала. Я пришёл добровольно. Вышел через парадную дверь, поднялся по лестнице и попал в твой лофт, помнишь?
Мемфис грустно улыбнулась мне.
— Нокс, я не могу взвалить это на тебя.
— Ты никогда не могла ни на кого положиться, не так ли?
Она моргнула, как будто реальность её жизни только что ударила её по лицу.
— Ты была так одинока, что ушла. Потому что у тебя никого не было. Но теперь у тебя есть я. И как я уже говорил тебе той ночью, я никуда не уйду.
 
Может быть, если я буду повторять это достаточно часто, она поверит.
— Обещаешь?
Я подарил ей поцелуй.
— Клянусь.
17. МЕМФИС
Элоиза регистрировала гостей, пока я подходила к стойке регистрации, поэтому я остановилась, ожидая, пока они не получат свои ключ-карты и пройдут мимо меня к лифту. Она опустилась на своё место и заправила прядь волос за ухо, когда я подошла.
— Фух. Сегодня без перерыва.
— Ты не шутила насчет предпраздничного ажиотажа.
За выходные почти все номера в отеле были заняты. Сегодня приехали последние гости. Мы были полностью забронированы на всю неделю гостями, приехавшими в город на День благодарения.
Весь сегодняшний день я приводила в порядок занятые номера, заменяла полотенца и постельное белье, наводила порядок. Коридоры были пропылесосены, лифт вымыт. Я только что закончила мыть полы в комнате отдыха. Всё, что угодно, чтобы занять себя.
Бешеная работа и сумасшедший темп были настоящим подарком. Это позволило мне направить свою нервную энергию в нужное русло и отвлечься от неизвестности.
Мои родители выехали из «Элоизы» на прошлой неделе — по словам Матео, вскоре после нашего разговора. Вероятно, они уехали, пока мы были в «Наклз». С тех пор я ничего о них не слышала.
Месяц за месяцем постоянные звонки моей матери. А теперь только тишина. Может быть, она поняла, как сильно обидела меня. Может быть, папа сказал ей прекратить звонить. Может быть, она сдалась.
Я хотела бы скучать по маме. Хотела бы я сказать, что скучала по регулярным звонкам. Но это было облегчение. Я не понимала, сколько боли приносил каждый её звонок, сколько горечи они привносили в каждый день.
Когда-нибудь моё сердце не будет таким израненным. Когда-нибудь, надеюсь, эти чувства к ней смягчатся. Когда-нибудь, возможно, я возьму трубку и позвоню ей для разнообразия.
Только не сегодня.
— Ты уезжаешь? — спросила Элоиза, взглянув на часы.
— Если только тебе не нужно, чтобы я сделала что-нибудь ещё, — было чуть больше пяти. Дрейка нужно было забрать до шести, но у меня было время, если ей понадобится доставить тапочки или шампанское в номер.
— Нет, на этой неделе ты работала на износ. Я уже говорила тебе, как я тебя ценю? Потому что это так.
— Спасибо, — моя грудь раздулась от гордости. Когда я работала в отелях «Уорд», получить комплимент было редкостью. От моего босса. От моего отца. Отец задавал тон в офисе, и дружелюбие не было приоритетом по сравнению с достижениями.
Но Куинси был гостеприимным местом. Люди улыбались, когда вы проходили мимо них по тротуару и здоровались. Соседи присматривали за соседями.
Незнакомцы угощали незнакомцев чашкой кофе просто из доброты.
— Увидимся завтра, — я помахала Элоизе, а затем поспешила в комнату отдыха, чтобы отметить время ухода. Надев пальто и перекинув сумочку через плечо, я направилась к «Наклз».
Мы с Ноксом не виделись с тех пор, как я ушла на работу этим утром. Мы оба были поглощены наплывом гостей, и сегодня он начал подготовку меню к празднику Дня благодарения, которое он будет подавать в четверг.
Но даже несмотря на то, что мы провели целый день порознь, было утешительно знать, что он всегда рядом. Если он был мне нужен, он был рядом.
Столы в ресторане были накрыты, несколько уже заняты. На кухне было шумно, когда я толкнула распашную дверь. Скип был за разделочным столом и смешивал салат из макарон с кукурузой. Роксана стояла рядом с Ноксом, просматривая меню. Все посмотрели в мою сторону, когда я вошла внутрь.
— Я просто хотела поздороваться, — я помахала рукой в сторону зала. — Я ухожу.
— Одну минуту, — Нокс поднял палец. — Пока не уходи.