Можжевеловый Холм (ЛП)

У Дрейка будет счастливая жизнь. Она позаботится об этом.
И после прошлой ночи я тоже.
Теперь не было пути назад. Не после прошлой ночи.
Она подарила мне свои лучшие дни. Я подарю ей свои.
Им обоим.
Я сдвинулся с места и прошел в гостиную, подойдя к спинке кресла.
— Привет, — Мемфис улыбнулась, подняв на меня глаза.
— Привет, — я откинул ее светлые волосы с лица и наклонился вперёд, чтобы поцеловать ее. Затем я стащил Дрейка с её колен. — Доброе утро, босс.
Он пускал слюни и запихивал пухлый кулак в рот.
Я поцеловал его в щеку.
— Ты становишься большим.
В ответ Дрейк высвободил кулак и издал визг, наполнивший весь дом. Шум испугал его, глаза расширились, и тогда он сделал это снова, растягивая звук всё громче и громче.
Мемфис засмеялась.
— Это его новый коронный номер.
— Мне нравится, — я прижал его к своим ребрам и понёс на кухню, открыв дверцу холодильника.
Мемфис последовала за мной, заняв место на табурете у острова.
— Когда он начнет есть твердую пищу? — Я вытащил коробку с яйцами.
— Когда ему будет шесть месяцев.
— Осталось ещё парочка. Тогда ты будешь помогать мне, маленький человечек. Мы не будем делать скучную детскую еду в этом доме, — я взглянул на Мемфис. — Могут ли дети есть… что? Чего ты так на меня смотришь?
Она выглядела так, будто вот-вот заплачет.
— Ты действительно никуда не собираешься, не так ли?
— Нет, — я оставил холодильник и обошел остров, шагнул в её пространство. — Это непривычно. Нам нужно немного времени. Привыкнуть к друг другу. Но я не из тех, кто отказывается от хорошего. А мы чертовски хороши, милая.
Она кивнула и улыбнулась, вытирая глаза.
— Мы хороши.
Я поцеловал её в лоб, затем передал ей Дрейка.
— Что ты хочешь на завтрак?
— Всё, что ты приготовишь.
— Насколько ты проголодалась?
Она пожала плечами.
— Я не умираю с голоду.
— Думаешь, ты сможешь подождать час? Я могу приготовить киш.
— Я подожду.
Я подмигнул.
— Хороший выбор.
— Подожди, — она подняла руку, когда я достал миску для смешивания. — А как же работа?
— Я сегодня не работаю.
— Но… сегодня суббота.
И с того дня, как она переехала, я работал каждую субботу.
— Я написал Роксане вчера вечером и спросил, сможет ли она подменить меня сегодня.
— Написал? Когда?
— После того, как ты уснула, — я хотел провести день с ними. Целый день, без отвлекающих факторов. Просто ещё один обычный день, чтобы показать ей, каким хорошим может быть обычный день. — Есть какие-нибудь планы на сегодня?
— Эм… нет. Я собиралась прибраться в лофте. Постирать.
— Как насчёт того, чтобы остаться здесь?
Улыбка, растянувшаяся на её милом ротике, стоила того, что я потом получил бы от Роксаны.
Никогда в жизни я не отменял работу, чтобы побыть с женщиной. Роксана уже дразнила меня за то, что я бросил подготовительную работу, чтобы охотиться за Мемфис в отеле. Поэтому вчера вечером, когда я сказал ей, что дам ей дополнительный выходной на Рождество, если она будет работать за меня, она прислала несколько смайликов с сердечками и закатывающимися глазами, а также один большой палец вверх.
Я пошёл в кладовую за мукой и солью, чтобы сделать корж для пирога.
Мемфис положила Дрейка на одеяло на полу в гостиной, чтобы он пинался и визжал. Затем она села у острова и наблюдала за моей работой, внимательно следя за каждым моим движением.
— Смотреть, как ты готовишь, лучше, чем смотреть телевизор.
Я хмыкнул и поставил киш в духовку. Затем я вымыл руки и отбросил полотенце в сторону, после чего опустился на табурет рядом с ней, поместив её ноги между своими раздвинутыми коленями. Я провёл рукой по её бедрам, с нетерпением ожидая сна Дрейка, когда я смогу снять с неё эти пижамные штаны.
— Поцелуй меня.
Она наклонилась ко мне, но остановилась, прошептав мне в губы.
— Скажи, пожалуйста.
— А если я не скажу?
— Тогда я не буду тебя целовать.
Я усмехнулся, проводя своим ртом по её губам.
— Уверена в этом?
— Скажи, пожалуйста.
— Пожалуйста.
Она бросилась на меня, слетев с табурета. Её руки обхватили мои плечи, а её язык оказался у меня во рту. К черту завтрак, мне ничего больше не нужно, кроме этой женщины.
 
Дрейк издал вопль, заставив нас с Мемфис замереть. Затем мы оба рассмеялись, когда он продолжил лепетать, проверяя акустику моего дома.
— Я сбегаю в лофт и возьму еще подгузников, — она посмотрела на таймер на духовке. — Может быть, приму быстрый душ.
— Давай. Я присмотрю за Дрейком.
— Ты уверен? Я могу просто взять его с собой.
— Не-а. Он счастлив, — моя рука скользила по изгибу ее задницы. — Принеси всё, что хочешь на сегодняшний день.
Теперь, когда она спала в моей постели, она ни за что не провела бы еще одну ночь в лофте.
— Спасибо, — она поцеловала меня в щеку, затем поспешила к двери, обуваясь и натягивая кардиган.
Когда она оказалась у лестницы в лофт, я растянулся рядом с Дрейком на полу, щипая его за пальцы ног и щекоча животик.
Боль от близости с ним, боль, которую я чувствовал в самом начале, исчезла. Когда я смотрел на него, я не видел Джейдона. Я видел только Дрейка. Моего крошечного босса.
— Нам нужно больше игрушек, — каждый раз, когда я приходил к Гриффу и Уинн, у Хадсона было как минимум три новые игрушки. В их гостиной стояла корзина, переполненная игрушками и пластмассовыми безделушками. — Может быть, когда-нибудь вы с Хадсоном тоже сможете играть вместе. Строить крепости. Гоняться за собаками. Быть друзьями, — двоюродными братьями.
Я перевернулся на спину, уставившись в белый потолок. Мои мысли слишком сильно опережали реальность.
В этом была и моя проблема с Джинной. Я был настолько поглощён планированием будущего, мыслями о собственной шумной и бурной семье, что не замечал признаков того, что она хранит секрет.
Вскоре после того, как она узнала о своей беременности, Джинна смотрела на меня и открывала рот, но ничего не говорила. Бывали случаи, когда я заставал ее уставившейся в стену, с руками, обхватившими живот, и нервно дергающимся коленом. Иной раз, когда я говорил о будущем и о том, что однажды мы все переедем в Монтану, её лицо бледнело.
— Что случилось с твоим отцом? — я перекатился на бок и посмотрел на Дрейка. Он держал ноги в руках, а нижняя губа была покрыта слюной. Я вытер ему рот, а потом вздохнул. — Хочешь рассказать мне об этом, раз твоя мама, кажется, не хочет говорить?
Вытекла еще одна струйка слюны.
Она бы мне рассказала. Мемфис в конце концов объяснит, не так ли?
— Что ещё нам съесть на завтрак? Фрукты? — я подорвался с пола и подхватил Дрейка, взъерошив ему волосы. Затем мы отступили на кухню, где я отключил собственный умственный бред и сосредоточился на еде.
Не было смысла беспокоиться. Мемфис не была Джинной. Она не рассказала мне ни о своём прошлом, ни об отце Дрейка, и я должен был верить, что это неспроста. Что она расскажет мне, когда будет готова. Мы просто ещё не дошли до этого.
Как я и сказал Мемфис сегодня утром. Нам нужно немного времени. Привыкнуть друг к другу.
Я разгребал свою фруктовую миску, вытаскивая пару персиков, когда снаружи послышался хруст шин и гул двигателя.
— Конечно, они приедут в мой выходной, — пробормотал я, уверенный, что это либо родители, либо брат или сестра. Но когда я заглянул в окно над раковиной, незнакомый черный внедорожник остановился на подъездной дорожке.
— Кто-то заблудился, да? — спросил я Дрейка, подойдя, чтобы взять его одеяло и укутать его.
Я как раз натягивал ботинки, когда из-за руля внедорожника вышел мужчина примерно того же возраста, что и мой отец. Он поправил галстук на шее и одернул рукава пиджака.
Но он не направился к моей двери. Его взгляд был устремлён на лофт.
Мемфис стояла на середине лестницы, её рука так крепко обхватила перила, что даже с такого расстояния я мог видеть её белые костяшки пальцев.