Максимальный разгон (СИ)

Но я уже успел преодолеть длинный коридор и всовываю дуло автомата в щель между стеной и дверью. Еле успел, а то пришлось бы стрелять. По ушам бьёт отчаянный крик изнутри и пронзительный писк снизу.
— Тише, — я беру девочку за руку.
Нажимаю плечом на дверь и вваливаюсь внутрь, опрокидывая хозяйку. Жестами и взмахами оружия заставляю женщину подняться. Крутящееся перед носом дуло вынуждает её заткнуться, и, о чудо, вслед за ней замолкает и ребёнок.
Приказываю зайти внутрь и следую за хозяйкой, не отпуская ладошку девочки. Квартира выглядит ухоженной и чистой. В гостиной стоит красный диван, на котором разложены яркие подушки, пледы и мягкие игрушки. Рядом с ним красуется небольшой журнальный столик, а на полу разбросаны раскраски, книги и цветные карандаши.
Девочка вырывается и обхватывает ногу родительницы всеми четырьмя конечностями, повиснув на ней, как маленькая обезьянка. В принципе я могу снять лицо со всех ракурсов вблизи, получить 3д модель и свалить. Я должен это сделать, так будет правильно. Обхожу вокруг женщины дважды, снимая её на инфон. Всё, пора на следующую точку. Сука! Не могу!
Смотрю на девочку, мать которой превратили в биоробота, и не могу просто взять и уйти. Пятнадцать минут. Они у меня есть? Вроде бы да. Должен успеть.
— Предлагаю поговорить на кухне. Займи ребёнка, — я щёлкаю затвором для убедительности.
— Лизочка, нарисуй что-нибудь, мы с дядей…
— Сделаем так, чтобы твоя мама никуда не уходила.
Через три минуты уговоров нам удаётся усадить ребёнка за фломастеры. Я подбираю с журнального столика моток скотча и вывожу мамашу из комнаты.
Кухня выглядит аккуратно и чисто. На столе стоит набор посуды, а на стенах висят яркие постеры с рецептами и фотографиями блюд. В углу стоит большой холодильник, а главное, имеется приличный стол и плита.
Перво-наперво заклеиваю даме рот, потом фиксирую её, уложив туловище на стол, а ноги приматываю к одной из ножек. Советую ей не дёргаться.
Накаливаю нож на огне для дезинфекции, а пока он остывает, раскладываю прихваченные из лаборатории предметы на столе рядом с пациенткой. С женщинами, похоже, обращаются не в пример осторожнее. Мою подопытную, например, не брили. Аккуратно сняли скальп всё той же квадратной формы и потом, очевидно, приклеили обратно. Заживляйка сращивает ткани быстро, но следы я вижу. По ним очень удобно повторить процедуру. Разрезаю кожу, поддеваю уже знакомый мне прямоугольник и откидываю его, как люк на башне танка. В отличие от кожи под заживляйкой, кости так быстро не срастаются.
Я хотел понять, что делает Эйкван с людьми, и сейчас я это узнаю. На всякий случай делаю затяжку разгона и начинаю подключать устройство для перепрошивки. Дело сложное, разъёмов в биочипах нет. На то, чтобы добиться устойчивой связи, уходит почти десять минут. Я быстро читаю документацию и пытаюсь разобраться с принципами перепрошивки. Ну, как быстро — на это уходит ещё десять минут, никакой разгон не поможет понять такую технологию быстрее.
Почему-то, когда я только догадался о сути задумки с биочипами, заключающейся в том, что люди должны слушать начальство аки бога, я думал, что это достигается путём замены мозга на биочип, как это сделали со мной, но я ошибся. Чип ставится на мозг, как заплатка. Знания, навыки — всё остаётся, но накладывается паттерн поведения. Непреодолимое желание выполнить то, что прошито в чипе.
Не слишком глубоко вдаваясь в принцип работы системы, но пользуясь знакомым всем программистам методом — копировать-вставить — задаю набор импульсов, который должен выключить паттерн подчинения командам мэра и его подручных. Запускаю, а после забиваю в голову женщины желание заботиться о своём ребёнке. Я починил. Ну типа починил. Как мог, как сумел.
Заживляйки у меня нет, поэтому приходится заклеивать дырку в голове скотчем — я у мамы инженер! И врач! И программист! Разрезаю удерживающие женщину путы и отношу её на диван.
Пообещав малышке, что когда мама проснётся — всё будет хорошо, поспешно покидаю квартиру. По пути скидываю на инфон моей невольной пациентки тысячу напоминалок сходить к врачу. Надеюсь, когда она очнётся, в городе ещё будут врачи. Надеюсь, в нём хотя бы останутся нечипированные люди.
 
Две другие цели я проверяю более тщательно. Не хочу больше встречать детей. Нафиг, нафиг! У меня нет времени проводить ещё одну операцию, а оставить… Твою ж налево мать! Лучше бы я пристрелил горе-мамашу. Я не укладываюсь в график. А моё промедление может стоить жизни многим.
Увы и ах, разгон делает меня быстрее, но не делает рациональнее. А жаль. Сейчас мне нужен трезвый ум, как никогда.
Данные для шкурок есть, осталось добраться к Даше с Никки как можно быстрее. Вопрос — как? Теперь граница Верхнего и Нижнего Города по-настоящему под замком. Тоннель, по которому нас везли в коробках — тоже.
Собирая биометрию, я не переставал лелеять надежду, что найду брешь в охране стены или особняка мэра. Но их нет! Теряя драгоценные минуты, я просматриваю камеры и петляю дронами, снова и снова пытаясь найти лазейку, но безуспешно! Но я не вижу ни единого даже самого отчаянного способа добраться до Эйквана без шкурки, и не представляю, как преодолеть стену, чтобы добраться до Тимона и сделать эти самые шкурки.
Тупик. И может, на самом деле ни тот, ни другой вариант не подходят, а нужен третий.
  
Глава 17
 
Я сижу в павильоне какого-то магазинчика одежды и время от времени выглядываю наружу через выбитые витрины. Дроны дронами, а глазам я доверяю больше. Хоть я и действую по указке Тэнъякса, уж кто-кто, а он мне точно не друг.
Если я не могу попасть в логово врага, значит, туда должен пробраться кто-то другой! Внимательно изучаю людей в окрестностях по геолокации инфонов. Удача! На ловца и зверь бежит.
Только до зверя мне три квартала. Запускаю поиск транспорта, и через долю секунды инфон сообщает, что в подсобке валяется аэроборд. Две удачи подряд — боюсь я таких совпадений. Я уже столько раз обжёгся, что ни в какие удачи не верю. Если повезло — жди подставы. Но "зверь" уходит, нельзя терять время.
Взламываю доску, прыгаю на неё. Эх, жаль, моделька средняя, не то что моя. Где же ты, мой родной привычный борд? Кажется, я оставил тебя в "Тихом Омуте". Ну ничего, подожди, скоро всё закончится и я за тобой вернусь.
Как хорошо нестись над домами, рядом с дронами. Никто сейчас не заставит меня летать в четырёх сантиметрах над асфальтом! Я тут царь и бог! Отключаю камеры, разгоняю дроны, отправляю ложные команды бойцам Эйквана.
Нет, нет, нет! Это мы уже проходили! Каждый раз, когда я полагал, что поймал бога за бороду, ну или ИИ за виртуальный хвост — положение дел резко ухудшалось. Лучше буду думать о себе как о маленькой букашечке, противостоящей могущественной стихии. Так больше шансов выжить.
Спускаясь к земле, я притормаживаю и уже на невысокой скорости сбиваю нужного мне человека на асфальт. К счастью, чипированные инстинкта самосохранения не лишены. Они даже слушаются дула автомата больше, чем команд от биочипов в мозгах. А может, они просто запрограммированы подчиняться вооружённым людям до особого приказа? Будь я на месте Эйквана — мои куклы были бы готовы закрыть меня собой от пули.
Жаль, мне некогда полностью декодировать всё, что всаживают в голову несчастным гражданам.
Я грозно лязгаю оружием, хотя сейчас на самом деле мне не нужно совершать никаких дополнительных манипуляций, чтобы произвести выстрел. Достаточно просто нажать на спусковой крючок.
— Вставай, Чиж. Давай прогуляемся. Тебя-то как угораздило?
Мне интересно, что он ответит. Заставляет ли прошивка лгать? Параллельно я взламываю его инфон, чтобы прочитать переписку и послушать звонки.
— Позвонили из полиции, сказали явиться для оказания помощи городу.
Сука! Я разобрался с его инфоном. Вот же дерьмо. Весь мир театр, и люди в нём актёры, а солнце грёбаный фонарь.