Загадка замка Эппл-Гроув
– Книга? – раздался прерывистый хрип, и только человек с недюжинной фантазией узнал бы в этих звуках смех, однако это был именно он, – ты просто очередной наивный дуралей. У меня никогда не было этого гримуара, я просто взял бы твои деньги и всё.
– Ты глупее, чем я думал, – глаза молодого человека полыхнули неистовой зеленью, – ты знаешь, что я могу сотворить с твоим посмертием?
– Если бы я знал, что ты проклятый некромант, я бы никогда и близко к тебе не подошёл, – прохрипел мертвец и попытался плюнуть в сторону поднявшего его, – но не повезло.
– Ты даже не представляешь, насколько не повезло… – зловеще прошептал некромант и сделал сложный пасс правой рукой, отчего сквозь землю, на которой лежало тело, постепенно стала просвечивать зеленоватая дымка.
– Что это? – прохрипел старик, задёргавшись внутри пентаграммы.
– Это ничто, – абсолютно спокойно ответил молодой человек, – это полное и бесконечное ничто. Оттуда нет пути ни на перерождение, никуда. Там нет ни Пятикрылого, безгранично милостивого и прощающего грешников, ни Пятилапого, бесконечно мудрого и столь же бесконечно жестокого. Это пустота…
– Нет, – в хриплом голосе старика послышался страх, хотя, казалось бы, чего мог бояться тот, кто уже мёртв, – только не туда, умоляю тебя…я всё тебе скажу…
– Где книга? – повторил свой вопрос некромант, прислушиваясь к чему-то, слышному только ему, – и поторопись, у меня очень мало времени.
– Она в замке, очень далеко отсюда, я и не собирался её никому продавать, это…это просто способ заработать, – торопливо проговорил мертвец, заискивающе склонив голову.
– Что это за замок? Где он находится? – нетерпеливо повторил молодой человек.
– Это в Истралии, очень далеко отсюда…Замок называется Эппл-Гроув…– старик замер, глядя на некроманта мёртвыми глазами, – гримуар там.
Молодой человек кивнул и одним лаконичным жестом отпустил призванного: тот мягко опустился на землю, став самым обыкновенным стариком, умершим, возможно, от какой-нибудь болезни или просто от возраста. Может быть, однажды его найдут стражники, которых за какую-нибудь провинность отправят патрулировать этот забытый всеми район.
– Значит, Эппл-Гроув… – задумчиво проговорил молодой человек, выходя из полуразрушенного дома и растворяясь в ночной темноте Сантины, столицы Эф-Риссара.
Эф-Риссар, Сантина, Малый императорский дворец
19 мая 1409 года от Последней Битвы (ПБ)
Яркое южное солнце заливало своим безжалостным светом узкие извилистые улочки и белые стены домов расположенного под холмом города, но на террасе императорского дворца было прохладно. Огромные платаны раскинули свои специальным образом подстриженные кроны и надёжно укрывали резное белоснежное чудо от жары.
Император задумчиво смотрел на разложенные перед ним листы бумаги, плотно исчерченные схемами, рисунками и таблицами. Придворный астролог замер у двери и старался не привлекать к себе высочайшего внимания, так как реакции на принесённый расклад предугадать не мог. Очень уж причудливо сплелись нити предсказания, обещая необычную судьбу, полную побед и страшных событий, а конец вообще уходил в неизвестные даже ему тёмные дали. Во всяком случае, расшифровка итоговых цифр, как её ни крути и ни разворачивай, выглядела абсолютной чушью.
– Что скажешь, Альфред? – император поднял на замершего на пороге астролога внимательный взгляд и жестом указал на диванчик напротив себя, – в ногах правды нет, к тому же я давно позволил тебе сидеть в моём присутствии.
– Это самый странный гороскоп, который я когда-либо составлял или даже просто видел, – признался старый астролог, покачивая головой, – асцендент и десцендент противоречат друг другу, но не так, как это бывает обычно, а лорда рождения…
– Альфред, прошу тебя, не утомляй меня этими терминами и непонятными конструкциями, – поморщился император Михаил V, жестом останавливая астролога, готового во всех подробностях объяснить расклад, – просто скажи своими словами, почему ты принёс это мне? И почему именно сейчас? Что изменилось за прошедшие годы в гороскопе моего сына?
– Изменилось то, – слегка недовольно из-за того, что ему не дали как следует развить любимую тему, ответил старый астролог, – что этот расклад, который я сделал вчера, абсолютно не совпадает с тем, который я делал двадцать пять лет назад. Словно бы речь идёт о двух совершенно разных людях. Если в гороскопе, составленном сразу после рождения принца Фаруза, большинство планет находилось в правой части, показывая, что основные события будут происходить во второй половине жизни, то во вчерашнем они волшебным образом переместились в центр и влево! Луны в третьем доме вообще не было, а сейчас она именно там…
– Так не бывает, – удивлённо приподнял брови император, – это знают все: судьбу невозможно изменить, на то она и судьба. Однажды начертанный путь неизменен, ибо это высшая воля, и не нам, смертным, противиться ей.
– Смотрите, ваше величество, – старый астролог склонился над листами, выбрал один и протянул императору, – видите, как спокойно и ровно идёт линия жизни? Достойная судьба воина и полководца, звёзды благосклонны к вашему старшему сыну, ваше величество. А теперь посмотрите вот сюда, – в руки императора перекочевал очередной лист, – видите? Линия ломается, сворачивается, скачет, как взбесившаяся лошадь.
– И что, тебя это так сильно беспокоит? – император нахмурился, всматриваясь в схемы и рисунки, – почему ты рискнул прийти ко мне? В конце концов – это всего лишь цифры и рисунки.
– Недавно принц Фаруз посетил меня со странной просьбой, – начал рассказывать старик, – он попросил ещё раз составить его гороскоп и посмотреть будущее, говоря, что ему было видение, хотя ваш сын никогда не был особенно чувствительной натурой и не демонстрировал восприимчивости к силам эфира. Но у меня было свободное время, звёзды стояли в правильной позиции, поэтому я не увидел причин для отказа. Но, сколько я ни подставлял данные Фаруза, сколько ни спрашивал звёзды и карты, – все они твердили, что судьба мальчика сделала крутой вираж и теперь пойдёт развиваться совершенно по иному пути.
– По какому? – невольно заинтересовался император, с любопытством глядя на рисунки, – от меня у тебя нет и не может быть секретов, Альфред.
– Ему предстоит дальний путь, а затем множество испытаний: его судьба в равной степени зависит и от Лунного Змея, и от Алого Ока… Обе эти звезды одновременно стоят у него очень высоко, что, как известно, невозможно в принципе, но оно – есть, я видел это своими глазами, ваше величество. И вы можете это увидеть, – с этими словами старик протянул императору следующий лист бумаги.
– Лунный Змей, – задумчиво проговорил император, глядя на рисунок, – звезда, которая светит лишь злодеям, предателям и убийцам. И Алое Око, ведущее к славе и освещающее путь истинным героям, способным на великую жертву. Как они могут стоять одновременно рядом?
– Я не знаю, ваше величество. В моей практике такое я наблюдаю впервые, – развёл руками старый астролог.
– Хорошо, Альфред, иди, я ещё приглашу тебя, а сейчас мне надо подумать, – император махнул рукой, отпуская верного слугу, который поспешил откланяться.
Император Михаил встал и медленно прошёл по террасе, остановился у резных перил и, не замечая красоты окружающего его пространства, невидящим взглядом смотрел куда-то вдаль. Его не радовали ни удивительные цветы и кустарники, высаженные вокруг любимой террасы, ни искрящиеся в солнечном свете вершины далёких гор, похожие на взметнувшиеся к небу зубцы гигантских сторожевых башен, ни стайка красавиц-фрейлин её величества, яркой бабочкой промелькнувшая на одной из аллей.
Император был уже немолод, но до старости и немощности ему было далеко: тело было по-прежнему сильным и крепким, ум острым и проницательным, а зеркало отражало достаточно привлекательного статного мужчину с густой ухоженной тёмно-русой бородой и серьёзными серыми глазами.
Император правил своей небольшой, но процветающей империей уже около двадцати лет и не собирался уступать трон никому: младшие сыновья были ещё детьми, а дочь, любимица и умница, станет супругой и помощницей, увы, не ему, а будущему королю Истралии, далёкого материкового королевства. Помолвка была заключена ещё десять лет назад, когда принцессе Анне исполнилось шесть, а наследнику истралийской короны Мартину – тринадцать.