Невеста брата. Будешь моей (СИ)

Действительно ушёл обратно на улицу. А я… как стояла с ошалевшим видом, так и осталась пребывать в шоке. Что сказать? Нечего. Ощутила себя героиней какого-нибудь банального рассказа про бестолковую девочку, к которой на улице подкатил незнакомый дядечка, поманил конфеткой, а она и повелась, после чего провела остаток всех своих дней в тёмном-тёмном подвале, на цепях и в кандалах, где потом скончалась — нашли лишь хладный измученный тупик.
Вот теперь стало действительно страшно!
Ненадолго.
Как минимум потому, что никаких цепей и кандалов тут не наблюдалось, захочу сбежать — вот она дверь, никто не держит. Да и мой незнакомец куда-то подевался.
Любопытно, куда!
Вот и пошла искать…
Далеко идти не пришлось. Я едва успела переступить порог, как он вернулся. С колотыми поленьями в руках.
— Сбежать решила? — выгнул брови мужчина, застыв передо мной.
Даже если очень захочется, не обойти.
— Тебя искать пошла, — усмехнулась, отступая назад. — Но и о побеге тоже уже думала, да, — не стала отрицать.
— И как бы сбегала? — шагнул он следом за мной в дом, закрывая дверь.
Прошёл к печи и бросил возле неё дрова.
— Над этим ещё не подумала, — созналась честно и в этот раз, сбрасывая свою верхнюю одежду, оставляя её рядом с мужским пальто.
Зря я это сделала. Холодно.
— А, ну ладно, как придумаешь, расскажи. Глядишь, и в догонялки можно будет сыграть, — деланно серьёзно покивал он, прихватив с одной из полок спички и газету.
Чуть поосматривался, а после подошёл к столу и заглянул за занавеску, откуда с подоконника забрал лампу со стеклянной колбой. Кажется, такие называются масляными. Её он и зажёг. Маленький огонёк весело заиграл на фитиле, осветив большую часть помещения, придав ему одновременно уюта и особого полумрака. Слишком уж жутко плясали тени на стенах.
— М-м… а предварительное связывание тоже будет?
Оглянулась по сторонам. Ничего, что можно было бы приспособить для данных целей, мной не обнаружилось. Даже чуточку обидно стало. Определенно, реальность пасовала перед моей фантазией. Незнакомец тем временем заулыбался шире прежнего, а ещё присел на корточки перед печкой. Только тогда я заметила, что там есть маленькая дверца, которую он открыл.
— Нет, связывание будет после. Когда догоню, — пояснил мне любезно с многообещающей паузой между предложениями, принявшись разжигать огонь с помощью щепок и смятых газетных листов.
— Ты меня так и соблазняешь, ты в курсе? — усмехнулась, обхватив себя обеими руками.
Паршивый способ согреться. Лучше бы обратно пальто надеть. Но это почему-то казалось сомнительной идеей. Ещё подумает, что я реально испугалась и собираюсь сбежать. И всё же мой жест не остался незамеченным.
— Иди сюда, — позвал мужчина негромко, вынимая из-под лавки ещё одну, совсем маленькую и низенькую табуреточку, если быть совсем точной.
Ноги сами понесли, отдельно от разума. В голове не возникло ни одной мысли ослушаться. Вот это реально напугало. Хотя и осмыслила только после того, как оказалась там, где сказано. Незнакомец остался сидеть на корточках за моей спиной, а жар его тела распространялся и на меня, согревая. Спереди грел уже настоящий огонь.
— Вероятно, я тронулась умом, — заключила вслух, глядя на то, как мужские руки уверенно складывают дрова.
Яркое пламя медленно, но верно начинало их пожирать внутри печи.
— Однозначно, — подтвердил мои мысли мой спутник. — Ни одна знакомая мне девушка ни за что не согласилась бы куда-то поехать неизвестно с кем, да ещё и так спокойно соглашаться переночевать с ним у чёрта на рогах. Ты меня удивила. Я до последнего ждал, когда ты начнёшь на меня бросаться с требованием вернуть в город. Пожалуй, за это я, и правда, тебя не трону.
Последнее он произнёс тихо и мне на ухо, с неприкрытым обещанием. И лишь весёлая усмешка говорила, что он снова шутит.
— Сегодня? — уточнила, развернувшись к нему вполоборота.
А то ведь в каждой шутке, как говорится…
— Могу и не только сегодня, — согласился по-своему. — От тебя зависит, куколка, — проговорил уже по-настоящему серьёзно.
 
— Ладно, тогда и завтра обещаю вести себя хорошо, — отвернулась, снова уставившись на огонь, и прижалась к нему спиной плотнее.
Ну, и пусть тронулась. Это же моё обещанное маленькое приключение, верно? Буду наслаждаться. Вспомнить о муках совести всегда успею. Моя собственная реальность зачастую гораздо более жутко выглядит.
— То есть побега не будет? Жаль… — расстроился мужчина.
Не удержалась и подняла ладонь, заведя её назад, за голову, касаясь кончиками пальцев жёсткой щетины.
— От тебя не хочется сбегать. Совсем.
Мою руку перехватили. Непонятного цвета глаза прищурились, глядя на меня с задумчивостью.
— Могу сказать тебе то же самое, куколка. Кстати, именами обмениваться будем? Или так и останешься для меня куколкой? — улыбнулся, почти невесомо поцеловав каждый пальчик.
Как разряды тока пропустили по коже.
— Ну, неспроста же говорят, что в женщине должна быть какая-то загадка… — протянула я с лукавой улыбкой.
Представляться так и не спешила. Не потому, что не хотела. Почему не назвала имя с самого начала? Тогда не рассчитывала на дальнейшее общение. А потом… вовсе позабыла о такой “мелочи”.
Точно крыша поехала!
И не только у меня, по-видимому.
— И то верно, — протянул мой незнакомец. — Ладно, уговорила, обменяемся именами вместе с кольцами сразу в ЗАГСе.
Невольно рассмеялась.
— Нет, всё-таки ты маньяк!
— Это ты виновата! — безбожно обвинили меня в своём безумии. — До тебя я такое вытворял в последний раз ещё до армии, если хочешь знать, — тоже рассмеялся.
— То есть, я у тебя такая не первая? — возмутилась деланно расстроенно, заново разворачиваясь к мужчине.
И про свой вопрос моментально позабыла. Свет огня выхватил цвет глаз моего спутника. Сперва даже решила, что мне показалось. Я за сегодня чего себе только не напредставляла с лихвой. Но нет, стоило чуть отодвинуться, чтобы огонь больше осветил мужское лицо, как уверилась в обратном.
Нереально фиолетовый оттенок…
Можно было бы подумать, что линзы. Но почему-то с ещё большим трудом верилось, что такой, как он, станет делать что-то подобное. Ему это вовсе не нужно.
— Охренеть просто, — выдохнула шумно.
И тут же отвесила себе мысленный подзатыльник.
— Все так говорят, наверное, да? — вздохнула в покаянии.
И так неудобно за собственную несдержанность стало. Неспроста же он эти зеркальные очки обычно носит.
Тот криво ухмыльнулся.
— Ну, не крутишь, не фоткаешь, не крестишься, не проклинаешь, не приказываешь вынуть из глаз линзы… и то ладно, — фыркнул уже веселее.
Не удержалась и обхватила его лицо обеими ладонями, используя табурет как опору для своих коленей.
— Это просто у меня телефон выключен. Я утром сфоткаюсь, когда ты будешь спать, — поведала ему проникновенным тоном, поглаживая колючую щетину большими пальцами.
— Когда я буду спать, цвет глаз не будет видно, — парировал он. — Кстати, об этом, — поднялся на ноги. — Надо бы посмотреть, что у нас с постелью. И ещё поесть сообразить. Ты пока здесь ещё посиди, погрейся, — взял со стола моё пальто и накинул мне на плечи.
В течении ближайших минут был решён вопрос не только с постелью, но и с матрасом и даже с припасами на ужин. Печь хорошо топила, так что и в избушке стало значительно теплее. На этот раз пальто я скинула без всяческих сожалений. А ещё, наконец, решилась задать давно интересующий вопрос:
— Зачем ты делаешь это?
— Что именно? — уточнил мужчина, усаживаясь рядом и ставя мне на колени тарелку, на которой лежали небольшие кусочки вяленого мяса, сыра и какого-то консервированного салата.
Правда, вот вилку не дал. А она и без того была одна. Он её в своих руках вертел.
— Всё это, — обвела я руками пространство.
Ответом мне стало пожатие плеч.
— Почему нет? Мне не сложно, тебе приятно, — ушёл мужчина от прямого ответа.