Невеста брата. Будешь моей (СИ)

И очень постарался, чтобы мой голос звучал как можно обыденней, хотя шипящих звуков не сдержал под конец, когда хрупкие пальчики скользнули вверх-вниз по моему стояку.
Чтоб эту болезную!
Не Василиса, а кара! Самая настоящая!
— В девять.
— Хорошо, передвину утреннее совещание на попозже. А пока грелку, тёть Лид. А то девчонку уже конкретно трясёт.
— Конечно-конечно, — тут же засуетилась та, поспешив уйти.
Вот когда я выдохнул свободно.
— Ладно, теперь ты, — уставился на куколку. — Просыпайся, — встряхнул её за плечо. — Василиса, — повторил.
Она недовольно наморщила свой симпатичный носик и просыпаться явно не планировала, повела плечом, сбрасывая прикосновение, при этом опять сжимая свою ладонь вокруг моего члена.
— Василиса! — позвал уже куда громче, снова встряхивая её за плечо.
Можно было, конечно, просто переложить её на подушку, о чём думал раньше, но… Нет уж! Не всё мне одному страдать. Пусть ей будет хотя бы немного стыдно за своё поведение. Тем более, что вскоре зелёные глаза действительно распахнулись, девушке понадобилась пара секунду, чтобы осмыслить реальность, а затем в направленном на меня взоре отразилось смятение.
— Что ты?.. — резко уселась, отодвигаясь от меня. — Делаешь, — нахмурилась, выставляя руку сбоку от себя в качестве опоры. — Здесь.
Обернулась по сторонам. Явно искала свою подружку, которая ушла.
— Она ушла. Примерно полчаса назад. Когда я пришёл. Лидия Михайловна принесла поесть. После тебе нужно будет выпить лекарства.
Поднялся на ноги, чтобы уйти, но вынужденно задержался.
— Просто выпью таблетки, не хочу есть, — поморщилась Василиса, потянувшись к тумбочке.
Одеяло окончательно свалилось с неё, открывая мне вид на обтянутые чёрным полупрозрачным кружевом ягодицы.
— Чёрт! — выдохнул, резко отвернувшись. — Прикройся, если не хочешь, чтобы я тебя трахнул прямо здесь и сейчас, а вернувшаяся Лидия Михайловна не стала тому свидетельницей. На вот, — кинул на кровать градусник, который так и продолжал сжимать всё это время в руках, — измерь лучше температуру.
Свой зад девушка тут же примостила обратно и укрылась. Градусник взяла, настороженно покосившись на меня. Явно собиралась мне что-то ответить, но в итоге промолчала, поджимая губы, пока её взгляд медленно скользил от моего лица всё ниже и ниже, вплоть до стояка. Да так и остался там.
— Ещё немного, и я решу, что ты хочешь помочь мне его успокоить, — не выдержал её такого пристального внимания.
— Видимо, у меня очень высокая температура в таком случае, — закатила глаза, со вздохом запихивая градусник себе под руку.
— Видимо так, иначе бы ты вряд ли стала лапать мой член своими пальчиками, правда же? — усмехнулся.
— Если только не перепутала тебя с твоим братом во сне, раз уж могу спутать спальни по твоим же словам, — съехидничала.
Вот здесь я промолчал. Потому что в целом, именно так и могло быть. В бреду и во сне и впрямь могла. И всё же…
— А ты перепутала? — уточнил вопреки всему разумному.
За что тут же отвесил себе ментальный подзатыльник.
Что я творю? Опять…
— Это ты так сказал, не я, — фыркнула блондиночка.
Градусник запиликал. Как-то очень быстро. Взглянув на него, она вздохнула и вновь избавилась от одеяла, поднимаясь на ноги. Не знаю, куда она собралась, но недалеко ушла. Пошатнулась, схватившись за тумбочку.
— Ну и куда тебя опять понесло? — уточнил хмуро, придержав за плечи, как только она выпрямилась.
— Температура сорок. Холодный душ поможет, — скривилась она.
— Совсем больная? — уставился на неё в сомнении. — Или это на тебя так высокая температура влияет, что ты решила окончательно сдохнуть?
Сам спросил, сам же и усадил её обратно на постель.
— Встанешь ещё раз, и я за себя не ручаюсь. Вон, поешь лучше, — кивнул на тумбочку с подносом, после чего развернулся и направился в злосчастную ванную вместо неё.
— Сказала же, не хочу, — заупрямилась снова.
Заставил себя промолчать. Знаю я её, ответишь и спор затянется на долгую ночь. Лучше просто сделаю по-своему, как и всегда. С этой упрямицей только так и возможно. Поэтому дальше направился в соседнее помещение.
 
Под столешницей с умывальниками обнаружилось чистое полотенце, его и взял, подставив под кран. Потом чуть подумал и достал небольшой таз из закрытого шкафа, куда набрал холодную воду. В неё же кинул намокшую тряпку. Схватил зелёный пластик с двух сторон для удобства и вернулся в спальню.
В этот момент и Лидия Михайловна вернулась с грелкой.
— Зачем мне грелка, если у меня и так температура под сорок, и мне жарко? — округлила глаза Василиса, покосившись на меня с тазом в руках.
Чтоб тебя!
Зря разбудил. Нормально она, оказывается, спала на моём стояке. Лишнего не болтала. Подумаешь, кончил бы себе в штанишки, всё лучше, чем теперь искать новое оправдание под вопросительным взглядом новопришедшей.
— Тебя знобило во сне, — отозвался сухо. — Вот я и попросил принести тебе грелку.
Девушка мне явно не поверила, но посмотрела на меня, на управляющую, на грелку, потом снова на меня и всё-таки согласилась.
— Больше не знобит, — вздохнула.
— Ага, теперь нам опять жарко, — проворчал, подходя ближе к ней.
— Всё равно оставлю. Вдруг снова холодно станет? — улыбнулась ей Лидия Михайловна, тоже подходя к кровати и пряча грелку под одеяло. — Давай помогу, — отобрала у меня таз. — А ты иди уже переоденься и поешь. А то прийти не успел, и сразу сюда.
Зелёные глаза вновь округлились, на это раз в удивлении.
— Брат просил разузнать, насколько со здоровьем его невесты всё плохо, — проворчал в очередной раз в своё оправдание. — Уже ухожу, — поспешил ретироваться. — Позже загляну. И да, тёть Лид, вы её накормите, а то эта упрямица отказывается меня слушаться.
— И вовсе это не обязательно, — ожидаемо фыркнула Василиса. — Ни то, ни другое.
— Сказал же, — посмотрел выразительно на женщину, прежде чем окончательно покинуть спальню брата.
В душ отправился. Холодный. О котором так мечтала ещё недавно сама Василиса. Не знаю, сколько я там пробыл, но успел замёрзнуть. Пришлось прибавлять температуру для согрева. Только потом, одевшись в домашние штаны и футболку и прихватив телефон, вернулся в спальню к Василисе.
— Ну, как вы тут? — поинтересовался сходу. — Могу сказать брату, что с его драгоценной невестой всё в порядке? Или стоит сразу признаться, что она не выживет?
С виду девушка пребывала во вполне бодром состоянии. По сравнении с ещё недавней слабостью, это был явно прогресс. А ещё на счастье моего измученного сознания она лежала под одеялом, более не светя своим чёртовым кружевом.
— Типун тебе на язык, — сплюнула Лидия Михайловна.
— Так легко вы от меня не избавитесь, — отозвалась и девушка.
— Эх, а я почти поверил, что счастье есть, — вздохнул нарочито грустно. — Поела?
С виду пиала с бульоном была пуста, но кто её знает? С этой оторвы станется перевернуть её на кровать якобы по нечаянности.
— А у меня был выбор? — тоскливо посмотрела на Лидию Михайловну.
Улыбнулся широко и довольно.
— Неа, — сказал, как есть. — Она ж на нас с Игнатом натренирована. Но я, если честно, ждал попыток к сопротивлению, да.
— Теперь понятно, почему у меня не было ни шанса, — хмыкнула девушка, укладываясь на подушках.
Повозилась под одеялом и перевернулась на бок.
— На сказку на ночь тоже можно рассчитывать? — усмехнулась, глядя на нас.
Лидия Михайловна мягко улыбнулась.
— Хочешь сказку? — одарил я её прищуренным взглядом. — Давай. Игнат нам её с тобой вот пусть, кстати, и расскажет.
И пока куколка не опомнилась, упал рядом с ней на кровать.
— Отнесу поднос на кухню. Заодно твой ужин подогрею, а то остыл, пока ты душ принимал.
Я на это только кивнул благодарно, снимая блок с телефона. Лидия Михайловна успела как раз дойти до двери, когда я нажал на кнопку вызова. Правда гудки всё шли и шли, а абонент не принимал вызов.