Невеста брата. Будешь моей (СИ)

Я ведь предлагал ей помощь. Во всём. А она… сперва прогнала, затем девственность свою подарила, а после сбежала, чтобы выйти замуж за другого. За моего брата. Брата, блядь! Имя которого всю дорогу отказывалась называть. Почему? Логично предположить, потому что знала всё-таки о нашем родстве. Но зачем было доводить ситуацию до постели? Да, я был настойчив, но при этом давал ей шанс уйти, прервать то, к чему всё шло между нами. А она согласилась продолжить. Сама. Для чего?! Если уже месяц как крутила шашни с моим братом…
Что. Это. Было?
Вопрос долбил мой разум всю ночь до самого рассвета и после, когда я, одевшись и спустившись в столовую, вновь встретился с зелёными глазами, наполненными лживой тоской.
Врезался в них с размаху, как только переступил порог комнаты с длинным накрытым завтраком столом посередине. Во главе восседал Игнат с планшетом в руках, а слева от него Василиса, что спешно отвела взгляд при моём приближении, сделав вид, что сосредоточена на еде, пока я усаживался напротив, по правую сторону от брата.
— Доброе утро, — поздоровался, берясь первым делом за стакан с водой, опустошая его одним махом, не сводя глаз с сидящей напротив.
Как долбанный мазохист всё смотрел и смотрел на неё, пытаясь уложить нарисованный в голове образ с тем, что она мне наговорила. До сих пор не верилось. Но вот она — правда — передо мной. Вся цветёт и пахнет. Прозрачно-бежевая блузка с высоким горлом обтягивала скрытую нижней майкой упругую грудь. Готов поспорить, на ней нет лифчика. И моё воображение тут же стало рисовать, как было бы охеренно подойти и стащить с неё нелепый наряд, чтобы убедиться в своей правоте, а затем уложить на стол, и…
— Хорошо, что ты ещё не уехал. Хотел обсудить с тобой кое-что, — заметил старший из нас, так и не отрывая взгляда от планшета с финансовой сводкой на экране.
Зато отлично оторвал меня от моих нелепых грёз, напоминая о реальности, где та, кого я мысленно уже почти поимел — невеста моего брата. Брата, блядь! Которого она же сама и выбрала. И не скажешь, что её к чему-то принудили, как убеждала раньше. Иначе бы не улыбалась так нежно вчера ему на их помолвке. Да и сейчас если и чувствовала себя некомфортно, то только по моей вине, из-за моего присутствия.
Интересно, почему призналась в измене, но не назвала Игнату моё имя? Побоялась, что он её бросит после этого? Хотя, раз уж этот брак ей самой выгоден, то, скорее всего, так и есть. Вот только почти уверен, что брат никакой свободы ей не даст. Зря надеется. Раз уж, зная о предательстве, всё ещё хотел на ней жениться.
Да, а девочка хороша. Обоих братьев крепко ухватила за яйца. Почти рад, что узнал обо всём раньше, чем совершил ещё одну ошибку, потащив куколку в ЗАГС.
В памяти всплыли слова Жанны о том, что не такая уж и святая её падчерица. И что надолго её рядом со мной не хватит. Можно ли считать это за намёк? Что она действительно пыталась меня предупредить таким своеобразным образом. Хер знает. Несмотря на логичные выводы, всё это походило на какой-то бред!
— Мне надо, чтобы ты остался в поместье. Пожил тут несколько дней, пока меня не будет, — продолжил Игнат. — Мне надо в Лондон. Хочу заключить новое партнёрство.
Стакан с водой в руке Василисы звякнул, задевая тарелку с нетронутой едой на ней. Та была распилена столовыми приборами, но не более того. Девушка бросила на меня короткий нечитаемый взгляд и вновь продолжила упорно делать вид, что меня не существует. Пока я, как последний псих, следил за тем, как она проводит языком по своим сочным губам, собирая влагу.
Весь остаток объяснений брата пропустил мимо ушей по итогу.
Вот же! Змея!
И стоп! Что он сказал?
— А я здесь зачем нужен?
В спальне что ли его заменить, чтоб будущая жёнушка не скучала?
И тут же мысленно чертыхнулся.
Что я вообще несу?
Хорошо, не вслух…
— Я разобрался в наших временных финансовых трудностях. Вычислил всех до единого, кто был к этому причастен. Избавился от проблемы, — пояснил Игнат. — И приставил к Василисе охрану, на случай, если ей вдруг куда-нибудь понадобится выехать из поместья, — тут он замолчал и посмотрел на ту, о ком говорил, продолжив с поправкой: — На случай, если ей действительно будет необходимо куда-нибудь выехать из поместья, — выдержал ещё одну паузу, дальнейшее говоря уже непосредственно мне. — Может быть ответка за случившуюся уборку в крысиных рядах, так что мне будет спокойнее, если ты лично проследишь за тем, чтобы с ней всё было в порядке.
 
Сказал бы я…
И сказал!
— Ладно.
Повторно выругался про себя.
Какого чёрта я только что сотворил? Зачем согласился? Мало мне того, что у меня едва получалось смотреть на неё нормально, так теперь ещё и няньку при ней изображать? Не, я точно мазохист!
— И когда ты вернёшься? — тихо прокомментировала всё это дело Василиса, беря в руки столовые приборы.
Опять принялась пилить содержимое своей тарелки. Явно была не рада тому, что брат уезжал. Не зря же зелёный взор наполнился тоской и отчаяньем в один миг.
— Пока не знаю. Дня через два, может, немного задержусь, как пойдёт, — одарил её долгим взглядом Игнат.
Та сделала вид, что не заметила. А он всё продолжал и продолжал смотреть на неё, вынуждая и меня самого вновь на неё пялиться. Едва нашёл в себе силы переключить внимание на иное.
— И от кого ждать ответки? Ты так и не сказал.
— Костя — начальник охранник, он введёт тебя в курс. Моя будущая жёнушка слишком впечатлительная, чтобы обсуждать при ней такие подробности, — мрачно отозвался Игнат, так и не переставая смотреть на неё.
Столовый нож в руках Василисы проехался вдоль тарелки и соскользнул мимо. Брат на это лишь усмехнулся и вернул своё внимание ко мне.
— Видишь, говорю же, впечатлительная, — хмыкнул.
— Ты что, при ней устроил показательное выступление с наказанием предателей? — уточнил недоверчиво и мрачно, одарив резко побледневшую Василису внимательным взглядом.
Стоило только представить, что она могла лицезреть… самому дурно стало.
Да ну нахер!
— Ей стоило знать, с кем она имеет дело, прежде чем стать частью нашей семьи, — безразлично пожал плечом Игнат. — Не то вдруг сбежала бы потом в армию, как некоторые? — подколол следом. — Я, знаешь ли, детей хочу, а не дожидаться свою благоверную с линии фронта.
— Ну ты и… — не договорил, накрыв лицо ладонью, проведя вверх-вниз несколько раз, после чего бросил на девушку полный жалости взгляд.
Хотя на лице той больше и намёка не было на то, что её как-то задело содеянное женихом. Может и я зря переживаю? А главное, почему я переживаю? Она ведь сама как бы сделала выбор. Сама выбрала самого опасного из нас. И раз уж после этого тоже не сбежала, то и нет смысла беспокоиться. Правда ведь?
— А можно меня снова туда? В армию в смысле? Нормально мне там жилось, оказывается, — протянул я тоскливо, взявшись за графин с водой.
Надо запить всю поступившую информацию.
— Нет, на этот раз ты меня снова не бросишь одного расхлёбывать всю радость семейного наследия, имей совесть, брат, — укорил ответно Игнат.
— Совесть? А что это? — усмехнулся, наполняя стакан желанной жидкостью.
Руки правда дрожали, отчего стеклянное горлышко постоянно со звоном касалось края второй посуды.
— К тому же, раз уж я теперь не один, у меня уже не получится так впахивать, как раньше, к ночи дома появляться надо бы, так что тебе в любом случае придётся делить мои обязанности, — нисколько не проникся Игнат.
— А давай ты тогда просто не будешь жениться? — предложил с энтузиазмом.
Сперва предложил, потом представил… потом опять на себя выругался. И опять же про себя, конечно.
— Я скорее весь бизнес полностью тебе передам, — одарил брат свою невесту многозначительным взглядом.
— Ага, мечтай больше!
— Тогда и ты не ной.
— Да я ещё и не начинал, — фыркнул я, развеселившись. — Ладно, вали в свой Лондон. Так и быть, займу твою невесту подготовкой к Новому году. Ёлка, гирлянды, все дела. Чтоб уж точно не думала никуда выходить из дома. Да, сестрёнка? — подмигнул ей.