Невеста брата. Будешь моей (СИ)

— Чтобы я, да такой момент пропустил? — показательно осмотрел одетую в белую майку девчонку с головы до ног и обратно. — Ни за что, куколка, — двинулся к ней, ставя по пути пакет с немногочисленными продуктами на обеденный стол.
Да я о нём вообще едва помнил, больше прикованный взглядом к просвечивающим через намокшую ткань тёмным соскам. Явно только из душа, хоть собранные в шишку волосы и были сухими.
— Какой момент? — отозвалась неуверенно девушка, отступая на шаг назад, да так и врезалась спиной в до сих пор не закрытый холодильник.
Улыбнулся и притянул куколку за талию к себе, медленно склоняясь ниже. Уловил её рваный выдох, когда мои губы почти коснулись её. Заметил, как всё чаще и чаще бьётся жилка на хрупкой шее. И улыбнулся ещё шире.
— У тебя очень аппетитная попка, куколка. Особенно, в той позе, в которой я тебя застал, — прошептал, всё-таки захлопывая дверцу холодильника, к которой и тянулся изначально.
Нравилось мне её дразнить.
— А, так тебе со спутника передали, что я тут… в такой позе, угу, — усмехнулась она, заметно расслабившись. — Вот ты и примчался. Всё? Насмотрелся? Я уже разогнулась, — шагнула в сторону, выскальзывая из моих полуобъятий, но тут же остановилась, вцепившись пальцами в край столешницы. — Голова всё ещё кружится иногда, — пробормотала.
— Куколка, куколка, — укоряюще покачал головой и усадил свою драгоценность на стул. — Проголодалась?
— Я пришла сюда за йогуртом, — улыбнулась она.
— Хм… как насчёт фруктового салата с йогуртом тогда? — предложил, выкладывая из пакета на стол купленные продукты.
— Сам сделаешь? Серьёзно?
— Почему нет? В этом нет ничего сложного, — подхватил фрукты и перешёл к мойке, включил кран и принялся их тщательно споласкивать.
— Жанна уехала куда-то. Сказала вернётся вечером, после восьми, — вдруг вспомнила о своей мачехе, задумчиво следя за мной.
Я на это только плечами пожал.
— Наверное, решила морально подготовиться к тому, что скоро станет бабушкой, — припомнил с усмешкой своё последнее заявление.
— Кхм… — подавилась воздухом блондиночка, одарив меня возмущённым взглядом. — А что ещё ты ей сказал? — прищурилась подозрительно. — И она. Тебе, — добавила мрачно.
— Мы с ней решили, что не подружимся, — коротко обрисовал ситуацию. — Ещё она меня уверяла в твоей ветрености. Кажется, я ей сказал, что всё равно не отступлюсь. Да, кажется, как-то так, — кивнул, выключая воду и вытирая руки о висящее рядом на стене полотенце.
— А где часть про становление бабушкой?
— А, это. Она сказала, чтобы я приходил к ней с нравоучениями, когда сам стану "матерью", ну, я и сказал ей, что это случится раньше, чем она думает, — фыркнул насмешливо. — Кажется, её проняло, — окончательно рассмеялся, оборачиваясь к куколке.
— А она, значит, может говорить за меня, как обычно, — скривилась та. — Давай помогу! — тут же перевела тему, поднимаясь со стула.
— Ну, она очень полно расписала то, как она за тобой ухаживала, в школу провожала, уроки делать помогала. Я проникся, честное слово, — состроил тот самый честный вид, берясь за прислонённую к стене доску для нарезки. — Мне нужен…
— Нож? — подхватила куколка, потянувшись к магнитной полосе, где крепилось обозначенное, опередив меня на доли секунды.
— Догадливая куколка, — поддел я её, становясь за спиной.
— Я вообще почти совершенство, — нисколько не смутилась она, лукаво подмигнув в полуобороте.
Рассмеялся.
— Почему же только "почти"? — деланно удивился, обхватив маленькую ладошку своей, а свободной положил на доску грушу.
Так мы и принялись вместе нарезать фрукт.
— Не идеал, потому и «почти». Идеал у нас ты.
— Ну, я бы, конечно, мог поспорить, но… не буду! Зачем спорить с правдой, правда же?
— Да, действительно, — чуть сдвинулась.
Едва сдержал шипение, когда она своими действиями задела мой стояк.
Да, я снова был в полной боевой готовности, как те же торпеды на подлодке. И это без всяческих стараний с её стороны. Но что поделать, если у меня только от мыслей о ней становилось тесно в штанах? А уж сейчас… когда она в одних трусиках… и достаточно единственного движения, чтобы оказаться внутри неё…
 
Дьявол! И почему она девственница? Да ладно она, почему я такой весь из себя с ней правильный?!
А уж когда она потянулась к бананам…
— Их я сам почищу! — тут же остановил её порыв.
Просто как представил…
Лучше сам, да.
Но стоило помнить, что девушки по сути своей коварные существа. Почистить мне их дали, да. А вот порезать… Сперва она решила попробовать! Нагло стащив прямо из под ножа, да с таким удовольствием обхватив губами верхнюю часть…
— Вкусно, — сообщила, прежде чем повторить.
И я всё-таки выругался. Вцепился пальцами в край столешницы и уткнулся носом ей в макушку, тяжело дыша, стараясь успокоиться и выкинуть из головы образ пухлых губ, так призывно обхвативших этот чёртов банан. Будто не его, а член!
— Я сдохну, — признался едва слышно. — Или точно стану маньяком, — добавил через паузу. — И это будет только на твоей совести.
Меня одарили непонимающим взглядом.
Без слов собрал все бананы и кинул их обратно в мойку. Даже очищенные.
— Нахрен их! — прокомментировал свои действия и взялся за яблоко.
Послышался короткий смешок.
— Смешно тебе, да? — ущипнул хулиганку за ягодицу. — Посмотрим, что ты скажешь, когда я тебе в ротик засуну свой член, — не удержался от ехидства.
Девушка замерла в моих объятиях. Дышать и то перестала. Секунды на две. Шумно сглотнула.
— Ещё скажи, что так глубоко, что заставишь им подавиться… — прошептала совсем тихо.
Не знаю, что случилось, но возбуждение во мне резко спало. Обнял девчонку так крепко, насколько позволяло её тело, чтобы не навредить.
— Нет, заставлять не стану. Никогда. Как и принуждать к чему-либо. Всё только по обоюдному согласию, — произнёс так же тихо в ответ. — Но это не значит, что не представляю ничего подобного, да, — добавил уже веселее, поцеловав куколку в мило алеющую щёчку.
— То есть, скушать ещё один банан всё-таки можно, да? Если очень хочется? — хитро улыбнулась.
— Ладно, вносим поправки к сказанному, — принял наигранно серьёзное выражение лица. — Никакого принуждения в сексе. Всё остальное по моему желанию. И нет, при мне бананы ты есть не будешь — точно. По крайней мере, не сейчас. А то я точно свихнусь. Пожалей меня, красавица моя, а?
— А яблочко? — мило улыбнулась блондинка, тут же подобрав дольку обозначенного, запихнув половинку в рот, придерживая фрукт двумя пальчиками, неотрывно глядя на меня снизу-вверх.
Издевательница…
— Слушай, а ты точно девственница? — осмотрел её с головы до ног недоверчивым взором.
— У меня даже соответствующая справка есть! — слетело, полное озорства с её губ в неосторожности.
Иначе бы не прикусила себе язык, как только ляпнула.
— Справка, значит, — повторил я за ней следом, припоминая поход в клинику и всё сопутствующее ему. — Не трогал, значит, да?
Пробуженная в груди ярость в ошмётки разнесло сознание, стоило только понять, что какой-то хрен касался моей девочки. Трогал её… там.
Точно убью! Сперва того докторишку, а после и Жанну. Понятное же дело, не сама куколка туда попёрлась. Вот только на кой Жанне эта справка?! Нет, то есть понятно, на кой… но вот об этом думать не хотелось совершенно. Впрочем, плевать. Как и сказал, от своей девушки я отказываться не намерен.
— Вообще-то Леонид Витальевич мне только укол поставил. В плечо, — вздохнула куколка. — А про девственность у меня в карте соответствующая графа есть. Ну, знаешь, так положено — заполнять анамнез пациента, прежде чем… — замялась и закусила нижнюю губу, уставившись вниз, словно провинилась.
— Прежде чем — что?
Голос осип и сорвался на шёпот. В этот момент я сам себя не узнавал. Но внутри с каждым её словом пекло всё сильнее. Захотелось что-нибудь сломать. Желательно хребет этого Леонида Витальевича.