(Не) её мужчина (СИ)
Как только дверь открылась, в квартиру ввалилась тетя Люда и сразу стала оглядываться по сторонам с таким видом, словно рассчитывала найти в квартире труп.
– Разбудила?
– Нет, что вы, – Аня кое-как поборола желание зажмуриться от ярко-красного кимоно соседки, которое та носила вместо домашнего халата.
Буравя Аню недоверчивым взором, тетя Люда протянула ей тарелку с куском серой лепешки, посыпанной кунжутом.
– Я тут новый пирог испекла – вот, принесла тебе на пробу. Ты только понюхай, как вкусно пахнет! – с восторженным видом соседка сунула тарелку прямо Ане под нос. – Тесто творожное и без яиц. Если понравится, я потом напишу тебе рецепт: мне его на одном ведическом форуме посоветовали.
– Спасибо, но я только поужинала, – шарахнувшись в сторону, соврала Аня: от кислого запаха гостинца ее моментально затошнило.
– Ничего. Попозже съешь, – тетя Люда бухнула тарелку на столик в прихожей и ринулась в комнату. – Как настроение? Чем занимаешься?
– Осторожно, – Аня едва успела выхватить родительское фото из-под соседки, не глядя бухнувшейся на диван.
– О! Дай взглянуть, – тетя Люда выдернула у нее снимок. – И где это?
– В Сочи.
Соседка несколько раз перевела взгляд с фото на Аню и обратно.
– Все-таки ты вылитая Анаит. Просто поразительное сходство.
– Да ладно вам! – Аня попыталась забрать у соседки фото, но та увернулась и, соскочив с дивана, отошла к окну.
– А что это за парень рядом с твоей мамой?
– Мой родной отец.
– Серьезно? – тетя Люда с удвоенным интересом вперилась взором в снимок. – Везло твоей маме на красивых мужиков. Что первый муж, что второй – прямо глаз не отвести.
Аня покраснела.
– А что, кстати, с ним случилось? С родным отцом? – тетя Люда наконец оторвалась от снимка и взглянула на Аню. – Анаит вроде говорила, что он умер еще до твоего рождения.
– Он утонул. – Аня забрала у соседки фото и торопливо сунула его в альбом. – В тот же год, когда сделали снимок.
– Да уж… Прямо злой рок какой-то, – соседка вздохнула. – Ну да ладно, не будем сейчас о грустном. Лучше расскажи, как прошла встреча с психологом.
– Нормально прошла, – Аня села на диван рядом с соседкой, плюхнула альбом на колени. – Андрей Денисович прописал мне что-то вроде фототерапии. Велел просмотреть старые снимки и выбрать те из них, от которых теплеет на душе. По его мнению, это должно помочь мне понять свои скрытые потребности.
– Ой, как интересно! – с преувеличенным энтузиазмом воскликнула тетя Люда, на автомате взбивая пальцами коротко остриженные темно-русые волосы. – И что ты уже отобрала?
– Я только начала смотреть альбом. Но мне кажется, что это работает. Вот взять родительское фото из Сочи. Оно напомнило мне, как в детстве я хотела, чтобы мы переехали в местечко потеплей. Я ненавижу уральскую зиму, – Аня поневоле скривилась. – Ненавижу морозы. Ненавижу этот ужасный ветер, дующий во время холодов. От него больно в груди.
– Это потому, что ты себя изнежила! Надо закаляться и заниматься спортом, – мгновенно расцвела тетя Люда, присаживаясь на любимого конька (она работала инструктором по йоге и, как говорила Анина мама, слегка помешалась на здоровом образе жизни). – Бери пример с меня: я каждое утро обливаюсь ледяной водой, и мне наша зима – хоть бы хны.
– А мне кажется, закаливание тут ни при чем. Людям комфортно там, где жили их предки, – упрямо возразила Аня. – К примеру, якуты столетиями обитали на севере, их организм заточен под выживание в холоде. А у меня мама – армянка. Армяне всегда селились там, где тепло. И семья моего отца, кстати, несколько поколений прожила в Сочи. Там почти не бывает морозов. Может, у меня в генах – непереносимость зимы? Уже апрель, а я до сих пор чешусь от холодовой аллергии.
– Папина семья жила в Сочи? – задумчиво переспросила тетя Люда. – Я думала, он, как и Анаит, детдомовский. А твои бабушка с дедушкой еще живы?
– Я не знаю, – задумалась Аня. – По словам мамы, папины родители отказывались с ней знаться: они не хотели, чтобы он женился на сироте. Впрочем, свадьбы так и не случилось, потому что папа утонул. Мама тогда сразу уехала из города и только в Орске узнала, что беременна.
Глаза тети Люды округлились.
– То есть твои бабушка и дедушка, возможно, даже не догадываются о твоем существовании?
– Думаю, да. После смерти папы мама не возвращалась в Сочи. Я много раз уговаривала ее съездить туда и побывать на могиле отца, но она была непреклонна. Говорила, что те места напоминают ей о плохом.
Повисла тягостная пауза.
– А еще какие-нибудь фотографии нашла? – решила сменить тему тетя Люда.
Аня торопливо пролистала альбом и выудила из него снимок, сделанный на линейке в первый год Аниной работы в школе. Стоило ей взглянуть на фото, как на душе потеплело.
– Вот этот снимок мне очень нравится. Я и мой первый «В», – с трепетной осторожностью, будто величайшую реликвию, Аня подала фото соседке. – Снимок сделан первого сентября. Гляжу на него – и сразу столько хорошего вспоминается. Например, как эти малыши обнимали меня по утрам. Или как в парке у школы мы вместе собирали листья для аппликаций, как я помогала девочкам надевать рюкзаки. – Аня вдруг нахмурилась. – Как думаете: а может, мне завязать с продажами? Теперь, когда мамы не стало, я могу снова вернуться на работу в школу.
– Кто же тебя возьмет в конце учебного года? – деловито осадила тетя Люда.
– Может, мне устроиться в детский лагерь? – Аня соскочила с дивана и с альбомом под мышкой заходила по комнате, ее переполнял энтузиазм. – Я слышала, что некоторые детские центры на Черном море работают круглогодично. Одним махом я воплощу две мечты: перееду в теплые края и вернусь к работе с детьми.
– А, по-моему, переезд к морю – это какая-то блажь, – с плохо скрываемым раздражением выдохнула тетя Люда, скрестила руки на груди. – Тебе не о теплых краях думать надо, а о замужестве Детей лучше рожать до тридцати лет, пока молодая и здоровая. А тебе скоро уже двадцать семь стукнет. Я думаю, и мама твоя хотела бы, чтоб ты завела семью, а не слонялась по лагерям.
– Вы так говорите, как будто нет ничего проще, чем выйти замуж, – мгновенно поникла Аня. – Тут уж как судьба распорядится.
– О, великолепная стратегия: в твоем-то возрасте ждать милостей от судьбы.
Аня вздохнула:
– Вот тут вы правы. В моем возрасте уже можно ни на что особо не надеяться. Почти все мои ровесники давно женаты. Без штампа в паспорте разве что совсем неадекватные.
– Ты хотя бы на пару свиданий сходи, прежде чем такие выводы делать.
– Я сужу по тем мужчинам, с которыми сталкиваюсь по работе. Они как раз четко делятся на две категории: женатые и те, на ком пробу ставить негде. – Аня бросила альбом на стол и без сил рухнула на диван. – А где мне еще знакомиться? Шляться по барам? Я так быстрей неприятности найду, чем мужа.
Тетя Люда саркастически усмехнулась:
– Твоя мама не раз жаловалась мне, что ты тот еще валенок. Постоянно ждешь, что все устроится без твоего участия. Я-то думала, она преувеличивает.
– Да что вы говорите? – надулась Аня. – По-вашему, все незамужние женщины просто ленились бегать по свиданиям?
– Именно.
– Но если выйти замуж так легко, что же вы одна кукуете полгода? – само собой вырвалось у Ани.
Тетя Люда побледнела и подскочила с дивана.
– Я, знаешь ли, старовата уже для брачных игр! Мне скоро пятьдесят. Но в свое время я не ждала, пока меня кто-нибудь подберет. Я сама охотилась на достойных мужчин. Да, сейчас я в разводе, но даже после ухода мужа у меня остается семья. Не забывай, у меня двое взрослых сыновей. Скоро внуки пойдут. А ты, если по-прежнему будешь сидеть сложа ручки, состаришься в компании кошек, – тетя Люда несколько раз провела пальцами по коротким волосам, как будто успокаивая саму себя. – Кстати, мне вечером младший обещал по «Скайпу» позвонить, так что некогда мне тут у тебя засиживаться.
Соседка бодро зашагала в прихожую – Аня пошла следом, чтобы запереть дверь и накинуть цепочку.