Наруто – Театр Теней (СИ)

Хатаке воспринял нападение на собственный клан очень серьёзно, взявшись за вопрос безопасности селения с самого начала вступления в должность, а уж доказанный факт кражи кеккей генкая Шодай Хокаге и появление идеальных диверсантов вообще подпалили седалища всех глав кланов, заставив предпринять беспрецедентные меры несмотря на остававшийся кадровый голод Сейки Бутай. Кроме усиленной охраны всех входов/выходов, включая не известные широкой общественности, Кейму Бутай (военные полицейские силы) значительно увеличили патрулирование ключевых узлов города, а Анбу регулярно обследовали наиболее бедные районы, как предполагаемый источник преступников. С населением в двести тысяч,
  
Для обычных жителей это могло не бросаться в глаза, но среди ниндзя Листа изменения очень даже заметили. Заметили настолько, что был запущен и активно распространялся слух, что Сакумо затягивал гайки в связи с опасением нападения Узумаки — как бы абсурдно это не звучало в отношении непонятно где находившегося малого селения и при наличии Хьюга в круглосуточной охране стен — чтобы отвлечь внимание от истинных причин, но люди далеко не глупы, и профессиональная подозрительность даёт о себе знать — мало кто поверил и жены делились новыми слухами один безумнее другого. Посплетничать и запустить дезинформацию ниндзя тоже любят.
Отдав Джирайе свиток с телами погибших для передачи в главный госпиталь и пообещав накатать завтра краткий отчёт по миссии для Хокаге, точнее, боевой ее части на которую пришлись потери и которую коллега пропустил внутри барьера, я отправился домой, полный намерения хоть немного поспать — учитывая второе явное вмешательство Широзецу, наверняка задача отслеживания или хотя бы обнаружения клонов займет первое место среди запланированных для меня заданий от селения и дальше работы будет только больше. Тренировочный бой с Минато с молчаливого согласия саннина оказался отложен ради более важных дел.
К тому же, вспоминая интенсивную битву, вопросы вызывали не только Зецу, точнее, мотивы твари вполне угадывались, если знать конечную цель творимой хрени, а вот гораздо больше вопросов появилось к нукенинам из Мизу но Куни, остававшихся безымянными вплоть до визуального контакта — что это было и почему бьякуган сразу не выцепил весьма мощных шиноби? Точно какая-то печать. Канпеки нингё не помнит ни о чем таком со стороны сил Третьего Мизукаге, хотя активно отслеживал обстановку, следовательно, джонины раздобыли весьма сложные печати уже после дезертирства, но с каких пор нукенины вообще в состоянии не только купить, вообще найти продавцов весьма зачахшего направления, когда и в лучшие дни при вовсю торгующих Узумаки это было весьма сложно⁈
Я с уверенностью мог сказать, что мои ориентированные на сокрытие печати не могли обмануть додзюцу Хьюга, лишь блокировать взгляд и были по карману только джонинам внутри селения. Даже для Узумаки это довольно серьезный уровень, но аловолосые живчики до сих пор прячутся где-то там в складках пространства и если судить по косвенным признакам, делают только короткие набеги. Сомневаюсь, что они решили бы окучивать рынок нукенинов, когда имеются старые связи. Тогда кто? Похоже, опять придется подключать к расследованию Акиру с его организацией наёмников, чтобы разузнать какие-то крохи информации, потому что источники клана и деревни вообще ничего не знали на этот счет.
Мне было над чем подумать и без грядущей работы, а охота на старика Какузу опять грозила отодвинуться в сроках. Эх…
  
Глава 35
 
Мизу но Куни. Столица Йонагуни. Дворец Дайме. Четвертый Мизукаге канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя
Обменявшись вежливыми улыбками с очередным придворным аристократом и вежливо раскланявшись на прощание, глава Кагуя поспешил оставить на растерзание кучи напыщенных индюков Киято с Атариру Юки и отойти к столу с множеством угощений для гостей, наложив тарелку каких-то бутербродиков и прихватив у проходившей мимо прислуги бокал прохладительного напитка промочить горло. Если честно, то еда уже не особо лезла внутрь, но это был единственный способ получить небольшую передышку от осаждавшей его толпы важных людей, собравшихся на приёме в еще большем количестве чем в первое посещение нового Мизукаге столицы с визитом вежливости правителю — по местному этикету мешать вкушению пищи считалось неприличным, в отличие от простой выпивки.
Не то чтобы Хисато не ценил собственную популярность, позволившую добиться очень многого не только для селения, но и собственного клана, вот только бесконечные переговоры с напыщенными индюками и необходимость следить за каждым словом в откровенно неуютном окружении сильно выматывали морально. Особенно отсутствие возможности грохнуть кулаком по столу, напоминая присутствующим о том, у кого имеется настоящая власть и обеспечивающая ее сила, как это работало с ниндзя. Оставалось терпеть, изображать из себя общительного человека и воспринимать мероприятие как необходимое зло, хотя внутри канпеки нингё считал минуты до официального завершения приема, когда можно было с чистой совестью и не нарушая приличий свалить из помпезного зала в сопровождении свиты. Свиты из глав кланов и наиболее вменяемых подчиненных, которые весьма сильно помогали переключать внимание окружающих на себя.
Все необходимые вопросы уже были обсуждены ранее с Даймё, точнее с занимавшимися делами советниками, но это был первый раз, когда Четвертый Мизукаге был официально представлен народу и естественно, очень многие хотели составить собственное мнение о новом влиятельном игроке, так быстро сменившем Каратачи на посту и подольститься, перетянуть на свою сторону в каких-то интригах, получить выгодные контракты по сниженным ценам и тому подобное. Это что касалось большей части стремившихся к общению людей, но в малой части он оказался прямо виноват сам — бизнес костяных изделий неожиданно взлетел настолько высоко, что даже сильно переплюнул бизнес снаряжения, продолжая расти в спросе и цене настолько стремительно, что темпы производства не успевали, вынуждая создавать очередь выполнения на несколько месяцев перед! Как можно догадаться, это только подстёгивало спрос.
Нет, Хисато рассчитывал на некоторый ажиотаж с выходом на рынок, даже использовав остававшиеся в памяти приёмы рекламных акций из прошлой жизни и сделав подарки отдельным выгодным клиентам Киригакуре, но вовсе не рассчитывал, что другие богачи стремительно подхватят моду на изделия из уникального материала от жутких Кагуя. Более того, обновлённый вид Киригакуре производил неизгладимое впечатление на многих клиентов и очень скоро клан начал получать заявки на «обновления» поместий и даже постройку новых зданий чисто с помощью кеккей генкая, о чем сам ранее даже не думал, под руководством архитектора и строителей — у богачей имелось достаточно мозгов сообразить, что типичный Кагуя даже читать не всегда умеет хорошо, не говоря уж о способности разобраться в строительстве нормального здания. Подобная популярность неизбежно должна была уменьшиться до приемлемого уровня после насыщения рынка, но пока казна Кагуя наполнялась золотом настолько стремительно, что он не успевал тратить.
У канпеки нингё буквально не хватало свободных рук, потому что не все соклановцы стремились сменить профессию — скорее, с переездом в нормальный город из прошлых владений, не имевших не то что магазинов, а даже простых удобств, у дикарей появилось слишком много требовавших денег искушений, не имевших никакого отношения к пусканию крови и как раз побочный заработок на развернутом «производстве» служил отличным решением проблемы разового наполнения кошелька. Хисато не стремился загнать большую часть пробудивших Шикотсумьяку (Мертвенный Костной Пульс) в ремесленники — просто потому что это бесполезно в принципе из-за царившего среди Кагуя менталитета — а сделал в новом поместье что-то вроде доски миссий для организованного бизнеса с указанием конкретных задач, сроков и цен за их выполнение.