Наруто – Театр Теней (СИ)

— Пфф… — только набравшая в рот чаю, Асани устроила весьма впечатляющую водяную завесу и резко покраснела.
— Ага, значит парень все же определился, — сделал я заключение, отпивая из своей кружки.
— Сатору даже умудрился получить разрешение старейшин и принялся усиленно обхаживать упирающуюся Асани-чан, — радостно заржала Хоши, добавляя к смущению напарницы.
— О?.. А почему упираемся? — вопросительно вздернул бровь, — По моим источникам парень вроде неплохой.
  
Чтобы я, да не озаботился личностью ухажера, что клеится к моим ученицам⁈
— Я слишком мало его знаю и в любом случае не собираюсь раньше восемнадцати заводить семью, — потупившись, тихо ответила ученица, — к тому же придя в клан обычным чунином, окажусь на последних ролях, даже если позднее смогу получить джонина. Это будет уже заслуга клана.
Я понимающе покивал — пусть со мной в качестве сенсея, но не принадлежа к Нара, достигнутое положение в большинстве своем её заслуга и заполучив молодую токубецу джонина, глазастики умыкнут себе талант, а не личность, что будет тратить ресурсы Учиха. Они выиграют, а не она. Совершенно разное отношение будет к куноичи и здесь она полностью права. Прям гордость берёт за способность ученицы думать и взвешивать последствия даже в делах амурных, когда гормоны башню сносят, ведь у них как раз такой возраст.
  
Глава 13
 
Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Основная секретная лаборатория. Орочимару
Змеиный саннин мерял шагами открытое пространство заставленного оборудованием и стеллажами обширного помещения в ожидании важного посетителя. Сегодня здесь наконец должен был появиться Рью Нара и это заставляло его слегка нервничать — не сам факт посещения этой лаборатории коллегой, где не бывали даже бывшие напарники по команде или продолжения совместной работы над многочисленными проектами, а именно запланированное нанесение фуиндзюцу Сейши но Ибуки (Дыхание Юности).
Все приготовления оказались завершены, принцип действия досконально изучен, хотя из-за зашкаливающей сложности комплекса хотя бы самостоятельно повторить нечего и надеяться в ближайшие десятилетия, но шиноби не мог не волноваться ведь изобретение Рью-куна предоставит ему значительно больше времени, чем имевшиеся в разработке собственные идеи и при этом — без значительных негативных последствий. Считать за таковые период адаптации и выхода фуиндзюцу на расчётные мощности Орочимару отказывался, понимая гениальность использованного в нем способа, фактически, копировавшего кеккей генкай.
Это не бессмертие, но о долгожительстве Узумаки ходят легенды и получить хотя бы часть живучести аловолосого клана не откажется никто. По крайней мере, если предварительные расчеты верны, то острота проблемы увеличивающегося возраста отодвинется десятилетий на пять-шесть и можно будет не торопясь искать другие подходы к продлению срока жизни. Сотрудничество с Рью-куном принесло гораздо больше результатов, чем змеиный саннин изначально надеялся даже в самых оптимистичных прогнозах. Не то, чтобы он не собирался достойно отблагодарить юного Нара и в скором времени со своей стороны сравняться по значимости вклада.
— Ку-ку-ку… Рью-куна ожидает большой сюрприз, — усмехнулся джонин и довольно потирая руки на мгновение остановился перед большой колбой в человеческий рост, предусмотрительно прикрытой шторкой.
Еще одно направление исследований о котором раньше и задумываться не имелось возможности. Вообще, спонтанное знакомство и последующая работа с юным коллегой без всяких подковёрных интриг стала для Орочимару словно глоток свежего воздуха не только в профессиональном плане, благодаря чему появилось огромное количество идей и по-новому открылись ирьёдзюцу с фуиндзюцу, но и в личном.
Потеря многочисленных знакомых после двух мировых войн, лицезрение неприглядной изнанки Конохагакуре и лавирование между интересами старых пердунов, финансировавших те исследования, что их интересовали и постоянные отчеты о полученных результатах угнетали Орочимару и постепенно превращали в холодного, почти бесчувственного циника, отдаляя даже от Джирайи с Тсунаде, не говоря про остальных ниндзя. Моральные границы постепенно смывались и саннин сам себе признавался, что от пересечения черты невозврата отделял буквально тоненький волосок. Смерть Данзо, финансовое благополучие, возможность заняться интересной работой и постепенное вливание в общество ирьёнинов Конохи позволили вновь ощутить вкус к жизни и даже третья мировая этого не изменила, давшись ему намного легче и принеся много любопытных трофеев.
Слегка ностальгически и удивленно напомнив себе о том, что в дополнение к перечисленному является еще и почти примерным семьянином, отцом одного маленького чуда и на подходе второе, Орочимару с уверенностью мог возложить вину за это к ногам коллеги. Раньше мысли о потомстве и не думали посещать голову джонина, но работая и общаясь с Рью-куном, нет-нет, да поминавшем семью и собственную дочь, её многочисленные успехи в учёбе вместе с личной ученицей заставляли задуматься о рано ушедших родителях и собственной семье. Затем размышления постепенно переросли в интерес исследователя — а что с помощью природы получится у меня? Возможность лично наблюдать и при необходимости даже кое-где слегка корректировать развитие плода для получения лучшего результата, тоже сыграла свою роль.
Пусть его больше интересовала научная работа и реализация многочисленных планов, но джонин оставался мужчиной во всех смыслах и мог оценить женскую привлекательность не только исключительно с эстетической стороны. В отличие от принцессы Сенджу змеиный саннин не настолько модифицировал собственный организм, чтобы остаться бесплодным — лишь притушил природные позывы очищая голову от ненужных мыслей и вернуть всё обратно было делом получаса работы. Найти подходящую по характеру женщину, что не станет требовать слишком много личного времени и не окажется угрозой с профессиональной точки зрения, оказалось проще простого. Спустя три года общения он мог признать, что даже начал испытывать какие-то теплые чувства к матери своего ребёнка, наслаждаясь этим полузабытым ощущением заботы и тепла из детства.
Вырывая из размышлений, острые чувства саннина позволили различить далекий хлопок двери и почти неразличимые шаги двух человек, что не пытались скрыть собственное присутствие. Повернувшись ко входу в зал, Орочимару через несколько мгновений ожидаемо увидел появившегося из коридора Нара в сопровождении собственного каге буншина, что дежурил в обычной лаборатории и должен был проводить гостя до нового места избегая лишнего внимания и наблюдения со стороны соответствующей службы Конохи. Незаметно покинуть пределы селения не так просто, но некоторые наиболее тайные отнорки Данзо до сих пор не прикрыли, а он парочку зарезервировал для себя, установив дополнительную защиту и прикрытие.
— Приветствую, Рью-кун, — расплывшись в искренней улыбке кивнул он шиноби и слегка театрально развел руками, охватывая окружающую обстановку, — добро пожаловать в моё основное место работы.
— Кто бы сомневался, что у Орочимару-сан окажется далеко не одна лаборатория, — понимающе усмехнулся аловолосый джонин, обменявшись кивками с хозяином и с интересом оглядываясь вокруг на тускло светившиеся на стенах печати, — причём, очень даже качественно сокрытая.
— Что поделаешь — в Конохе имеется слишком много любопытных обладателей додзюцу среди всех прочих и это необходимо учитывать, — пожал плечами саннин, давно привыкший выставлять на обозрение различных наблюдателей только относительно незначительные для него вещи или заказные проекты, убирая остальную работу подальше от жадных и завистливых взглядов.
  
Пусть со слежкой в последнее время стало намного легче, но это не повод терять бдительность — у Хирузена ещё оставались достаточно верных людей в Анбу, не упоминая кланы, да и сам старик стремился регулярно навещать любимого ученика, тратя впустую время и соблазняя финансированием исследований с целью привлечения к участию в политической борьбе. Как будто его заинтересует пара жалких миллионов рё при в разы больших доходах от бывшего бизнеса Анбу Не в дополнение к финансированию от Нара! Вновь вставать на скользкую дорожку чужих интересов Орочимару вовсе не собирался.