Мара и Морок. Трилогия

– Разве вам это не на руку, ваше величество? – спрашиваю я.
– Что? – снова удивляется моей прямолинейности король.
– У Ласнецовых кровь предателей, уж кому, как не мне, об этом знать. – Я вскидываю голову, упрямо смотря в глаза королю. – Не стоило даже обещать им принцессу. Их слова ничего не стоят, хотя вы сами уже в этом убедились. Вы рассчитывали, что, заключив мир, добьётесь для Николая стабильной позиции на троне. Но с чего вы решили, что брачные узы остановят Северина от внезапного нападения на Аракен? Было бы хуже, если бы свадьба состоялась. У них всегда был бы рычаг давления на Николая в лице Елены.
– Он бы не посмел, – уже не так уверенно возражает Дмитрий.
Я склоняю голову набок, холодно улыбаясь.
– Я тоже так когда-то думала о принце Серата. И теперь посмотрите на меня и вспомните, где и почему я умерла.
– Так всё, что говорят, – правда? И причина… он действительно так поступил?
– Да, я слышала это из уст самой жертвы – моей сестры. Видела, когда… она истекала кровью на моих руках.
– Ужасно, ужасно… – тихо повторяет Дмитрий, потирая бороду.
– Я говорил тебе, отец, что и отравление Николая – их рук дело. Найденных доказательств тебе было недостаточно? Они знают, что я для них не соперник, – встревает Даниил.
– Значит, вы считаете, что Николая отравил Серат?
– Да, Агата. Мы нашли серьёзные зацепки, даже отравителя, который во всём признался, – кивает Даниил.
Устав держать руки перед собой, я расслабляюсь, поправляя юбку.
– Тогда что же вы хотите от меня?
– Помоги вылечить Николая, – отвечает король.
Я хмурюсь, обдумывая его слова.
– Вы просите меня продлить ему жизнь?
– Да.
Я сжимаю губы после того, как у меня непроизвольно вырывается горький смешок. На лицах всех троих появляется замешательство.
– Вы вряд ли сами понимаете, о чём просите, – начинаю объяснять я. – Когда мы увеличиваем срок жизни, то время человека будто замирает с этого момента. Поэтому, если продлевать жизнь старику, он не станет вдруг моложе. Просто его старость растянется, и чары не будут давать ему умереть естественной смертью до определённого срока. Если Николай сейчас в плохом состоянии и я продлю ему жизнь, то он ещё очень долгие годы будет мучиться от отравы в своём организме, не имея возможности умереть. – Я вижу, как с каждым моим словом члены королевской семьи бледнеют. Они явно не знали, как работают эти чары. – В каком он сейчас состоянии?
– Он… без сознания, – тихо отвечает принцесса.
– Тогда так всё и останется. Пока кто-то не решит из милосердия проткнуть ему сердце мечом.
Повисает тяжёлая тишина. Давая им мгновение подумать, я смотрю в огромные окна, пытаясь в темноте рассмотреть очертания сада или других зданий.
– Однако… – прерываю я молчание, когда Даниил уже открывает рот, собираясь что-то сказать, – я могу попробовать укрепить его жизнь. Это позволит принцу Николаю прожить тот срок, что был ему отведён изначально, как будто его никто и не травил. Для этого мне нужно взглянуть на него, чтобы понять, с чем я имею дело и есть ли у него хоть капля надежды.
– Конечно! – соглашается король, воодушевляясь, его вздох облегчения проносится по залу.
– Но что получу я?
Все трое замирают, вероятно позабыв, что меня сюда привели, а не пригласили.
– Свободу, – отвечает Даниил.
Свободу?
Я смеюсь. Весело, как после удачной шутки. Не помню, когда я в последний раз так хохотала. Хоть члены королевской семьи и напрягаются, но прерывать меня не торопятся, дожидаясь, пока мой смех утихнет сам собой.
– И как вы планируете даровать мне свободу, принц Даниил? Свободу в могиле, из которой меня подняли?
– Мы дадим тебе не только свободу, но и жизнь, и месть, а также столько золота, что тебе хватит до конца жизни.
Чем больше Даниил обещает, тем мрачнее становится моё лицо. Меня раздражает, с какой лёгкостью он дарит мне надежду, на самом деле способный обеспечить лишь последний пункт из всего списка. Всё мое веселье испаряется, когда я перевожу мрачный взгляд на короля.
 
– Длинный список наград за попытку разбудить вашего сына.
– Это действительно не всё. Перечисленное ты получишь, если поможешь нам отомстить Серату за покушение на принца. Раз мне не удалось завершить эту войну миром, стоит попробовать закончить её одним ударом.
– Вы хотите использовать меня как наёмника? Никто не смеет предлагать такое служительнице богини Мораны.
– Никто НЕ СМЕЛ такое предлагать, – возражает король. – И разве собственная смерть не сняла с твоих плеч эти обязанности? Разве сама богиня не бросила тебя, оставив в сырой земле, вместо того чтобы забрать к себе?
Справедливо. Но я всё равно сжимаю зубы от раздражения.
И только Даниил задаёт правильный вопрос:
– Разве ты не хочешь отомстить Ласнецовым?
– Хочу, – с неохотой уступаю я.
– Ты не только получишь свою месть, но и, убив Северина, положишь начало миру между странами.
Я молчу, размышляя над предложением, а потом возвращаюсь к первому вопросу, не давая пока им своего согласия, но и не отвергая сразу:
– Как вы планируете подарить мне жизнь?
– Морок.
Когда до меня доходит смысл, я с неподдельным шоком смотрю принцу в глаза, пытаясь разглядеть намёк на шутку на его лице, однако Даниил серьёзен.
– Он никогда на это не согласится, – тихо выдыхаю я.
– Уже согласился.
Я слышала об этом особом даре Морока. За свою жизнь они могут один раз, лишь один, вернуть жизнь мертвецу, полностью оживив его. Но это опасное колдовство. Они отнимают у себя часть собственной жизни и отдают другому. После этого они уже не столь сильны, как раньше. От других Мар я слышала истории, что Морок применял эту способность редко и чаще всего отдавал часть жизни родственнику или любимому человеку. Какой смысл отдавать что-то столь ценное незнакомцу?
– Сколько вы ему заплатили? Или что пообещали?! Просто так подобное не даруют, а уж тем более если речь идет о слуге Тени.
– Это уже не твоя забота, – пренебрежительно взмахивает рукой король, откидываясь на спинку своего трона.
– Значит, вы заставите Морока меня оживить, дадите мне гору золота, отпустите и я смогу уйти, куда захочу?
– Да, – кивает Дмитрий.
– Если, конечно, не пожелаешь остаться, – поспешно добавляет Даниил.
Я провожу ладонью по юбке, разглаживая несуществующие складки, думаю и вновь поднимаю взгляд на короля.
– Тогда завтра я бы хотела познакомиться с его высочеством принцем Николаем.
Уголки губ Даниила растягиваются в довольной улыбке.
 
8
 
Я нервно вышагиваю из одного конца небольшой комнаты в другой, бездумно повторяя движения, когда утыкаюсь в стену. Мы с Анной живём здесь вместе, и наша комната хоть и достаточно скромная, но чистая. Каменные стены, покрытые белой краской, простая лепнина на потолке, две мягкие кровати по разные стороны, два стола и один огромный шкаф. Зимой бывает прохладно, поэтому в комнате есть камин, а перед ним на каменном полу раскинулась шкура волка. По вечерам Анна иногда любит полежать на ней рядом с согревающим пламенем, почитывая какую-нибудь романтическую книгу. У нас в библиотеке мало подобной литературы, но она всегда просит помощниц в храме купить ей пару томов, если они отправляются в одну или другую столицу. Я бросаю взгляд на незаправленную кровать сестры и замечаю у подушки недочитанную книгу.
В этом году я официально стала Марой: завершила свою подготовку и показала сёстрам свои знания, пройдя все тесты. Поэтому через несколько месяцев мне выделят личную комнату.
Но сейчас я здесь и от переживаний покусываю палец, не зная, что ещё сделать. Два часа назад я была безумно зла на Анну за то, что она посмела нарушить правила и не вернуться в храм вовремя, до наступления комендантского часа, – но это было два часа назад. Уже перевалило за полночь, и теперь я волнуюсь.