Малыш для лучшего друга (СИ)
***
– Ты правда ничего не чувствуешь к Фиме? – спрашивает мама и я чуть не давлюсь кофе, потому что до этого неожиданного вопроса она была поглощена рассказом о том, как папу в саду чуть не укусила змея.
– Так вот к чему эти посиделки мамы с сыном? – фыркаю я, откладывая чашку и строго глядя на нее.
Естественно, это ее не смущает. Хитрюга пригласила меня посидеть в кофейне в мой обеденный перерыв, потому что, видите ли, мы с ней давно не проводили время только вдвоем. Я мог бы догадаться, что она просто так не отпустит тему с беременностью Серафимы, учитывая, что за прошедшие несколько дней мама ни разу не задала мне ни единого вопроса об этом.
– Я просто хочу быть уверена, что никаких шансов действительно нет, Паша.
– Ну какие шансы, мама? Я почти год нахожусь в отношениях с другой женщиной, на которой, между прочим, собираюсь жениться.
– Но ты не сказал, что любишь ее, – со знающим видом улыбается она, словно выиграла в лотерею.
– Это само собой разумеется. Я люблю Ксюшу, а Фима просто моя подруга. Мы все взрослые люди, так что не пытайся, пожалуйста, лезть в это. Уважай наши личные границы.
– Так я не лезу, я просто спрашиваю!
– Значит, вопрос закрыт. Ответы ты получила, больше эту тему не поднимай.
– Какой ты у меня строгий. Ладно, будем считать, что вопрос закрыт. Но я все равно считаю, что не будь у вас с Фимой вообще никаких чувств, выходящих за рамки дружбы, то и ребенка этого не было бы.
– Этого ребенка не было бы, если бы я был в трезвом уме. Потому что мне никогда и в голову не пришло бы прикоснуться к Фиме, если уж ты так хочешь откровенности. Она никогда не привлекала меня, как женщина, ясно? Твоим давним мечтам о ней в качестве невестки не суждено сбыться, так что просто смирись уже с этим.
– Я поняла, не нужно грубить матери, – поджимает она губы, обиженно глядя на меня, но я слишком хорошо ее знаю, чтобы понимать, когда она пытается манипулировать чувством вины. – Тогда расскажи мне, как у вас дела с Ксюшей. Она уже остыла? Я была поражена ее поведением тем вечером, никогда не видела, чтобы она вела себя так.
– Да, все в порядке, – лгу я, не желая углубляться и в эту тему, потому что на самом деле все плохо.
Когда Ксюша вернулась обратно в нашу квартиру, я был безумно рад, я верил, что все у нас наладится со временем, но ее поведение удивляет даже меня, хотя я думал, что хорошо знаю ее. Ксюша стала ревнивой и маниакальной в своей слежке за мной. А еще, она задалась целью как можно скорее забеременеть, хотя мы оба к этому сейчас не готовы и даже не планировали заводить детей в ближайшие годы. Однако, мысль о том, что Фима родит мне сына, не дает ей покоя, она обвиняет меня в том, что я не хочу детей именно от нее, хотя готов принять ребенка Фимы. Не проходит ни одного дня, чтобы мы не поссорились, но я все еще надеюсь, что это временно, что Ксюша придет в себя, потому что мне не хочется ее терять. Я действительно не могу выбирать между ней и своим ребенком, потому что каким-то странным образом, я уже начинаю любить этого маленького человечка, которого видел только на снимках УЗИ и появления которого жду больше, чем когда-либо вообще чего-то настолько ждал.
***
– Тридцать шестая неделя официально наступила! Ура! – объявляю я Варе, когда мы встречаемся за обедом в центре. – Теперь немного осталось ждать.
– Мне уже не терпится, так хочется поскорее затискать этого красавчика! – щурится она, показывая руками, как именно она собирается тискать моего малыша.
Ремонт в ее квартире закончили и Варя от меня съехала, так что видимся мы теперь не так часто из-за ее занятости. В амбициях моя подруга не уступает своему отцу – самому лучшему адвокату в стране, поэтому теперь постоянно пропадает на работе. Проведя вместе час, мы расстаемся и я направляюсь к дому своих родителей на такси, так как перестала водить машину сама в целях безопасности. У меня случаются моменты слабости и головокружения, не хотелось бы в таком состоянии попасть в аварию.
У родителей сегодня собрались их друзья, в числе которых и родители Пашки, но я не ожидала, что он и сам будет присутствовать, так что немного напрягаюсь, увидев его сидящим со всеми в гостиной. Поздоровавшись со всеми, я сажусь рядом с ним на диван и осторожно толкаю плечом.
– Ну как ты? Работа отпустила, наконец?
Паша часто мне пишет, спрашивая о самочувствии и задавая вопросы о беременности, но мы не виделись уже пару недель. Он говорит, что очень занят на работе, хотя я вполне допускаю, что дело может быть еще и в том, что Ксюша не хочет нашего общения.
– Я разгрузился, – улыбается Паша. – Хорошо выглядишь, Серафима. Могу я поздороваться с сыном?
– Давай, – киваю я, хотя каждый раз, когда он кладет свою большую, сильную руку на мой живот, во мне просыпаются совсем не невинные желания.
Паша осторожно поглаживает меня поверх свитшота и когда наш малыш с энтузиазмом толкается ножкой в его руку, поднимает взгляд, глядя на меня с широкой, торжествующей улыбкой.
– Он тоже здоровается.
– Ага, – не могу сдержать смех от по-детски восторженного выражения его лица.
– Какая милота! – раздается над нами голос тети Лили и подняв голову, я вижу направленный на нас телефон. – Я классное фото сделала, можно вставить в альбом новорожденного. Ты ведь планируешь сделать альбом, Фима?
– Конечно, тетя Лиль. Там уже есть снимки с УЗИ и скрининга.
– Отлично, потом и мне покажи. Вы тут общайтесь, ребятки, я пойду помогу Асе на кухне. Потом поболтаем.
– Хорошо, тетя Лиль. Если что, зовите, я тоже помогу.
– Ну что ты, детка, сиди, отдыхай. У нас тут помощников хватает. Паша, а ты принеси Фиме что-нибудь попить.
– Слушаюсь, командир! – салютует он ей. – Что ты хочешь, Фим?
– Ничего пока, сиди, Паш, – отмахиваюсь я.
Его мама ушла и мы снова остаемся в своем уголочке почти наедине. Тетя Лиля тут же пересылает мне фотографии, которые сделала, и я смотрю на них с щемящим сердцем, потому что фото и правда милые. Она смогла захватить тот момент благоговения, мелькнувший на лице Паши, когда наш сыночек толкнулся в его ладонь. А также мой счастливый взгляд, устремленный на отца моего ребенка. Взгляд, который выдает намного больше моих чувств, чем я когда-либо захочу показать.
«Вы выглядите такой красивой парой» – делает приписку к фото тетя Лиля, на что я могу только с улыбкой покачать головой. В последнее время она уже совсем не скрывает, что хотела бы, чтобы ее сын женился на мне, а не на Ксюше, но я предпочитаю игнорировать и не замечать ее намеки.
Глава 20
Сидеть с Фимой и просто разговаривать обо всем, как раньше, это просто как глоток свежего воздуха. Напряжение между нами ушло окончательно, она снова может расслабляться в моем присутствии и полагаю то, что ей больше не приходится лгать мне и скрывать мое отцовство, в этом помогает. Мне даже удается не обращать внимания на намеки мамы и долгие взгляды тети Аси. Мать Фимы, в отличие от моей, женщина довольно сдержанная. Она держит свое мнение при себе, но при этом следит за нами, как ястреб, даже с другого конца комнаты, пока общается со своими гостями.
Не знаю даже, зачем я вообще сегодня сюда пришел. Я обычно игнорирую такие сходки, потому что здесь собираются родители и дети, которым не оставляют выбора. Я давно уже слишком взрослый, чтобы меня можно было затащить на такие скучные посиделки, но сегодня что-то захотелось пойти.
В последнее время у меня в жизни все больше напряжения и совсем нет поводов расслабиться. Этим и обусловлено мое желание провести свой единственный выходной на этой неделе здесь, а не дома, с Ксюшей. Она меня убивает уже своими выходками. Никогда бы не принял ее за истеричную женщину, но на поверку именно такой она и оказалась. Мы все время либо ссоримся, потому что она начала маниакально следить за каждым моим шагом, либо перестаем вообще общаться, пока ее не прорывает и длительное обиженное молчание не оканчивается агрессивным сексом. Мои попытки вывести ее на откровенный разговор оканчиваются очередной истерикой и ложью, так что я даже не знаю, что делать.