Через год в это же время

– Что здесь? – спросил невысокий, придвигая коробку к Минни.
Высокий нахмурился, взял какой-то планшет с бумагами и начал перелистывать их.
– Я не знаю. Это подарок на мой день рождения.
Минни почувствовала, как скрутило живот. Могла ли Лейла купить ей какие-то таблетки? Конечно же нет!
Мужчины переглянулись. Высокий опять что-то сказал на конкани и постучал пальцем по планшету.
  
– Можно открыть? – спросил невысокий.
– Конечно, – кивнула Минни.
Может, там что-то вроде бомбочки для ванны, а сенсоры сочли ее похожей на настоящую?
Невысокий начал аккуратно разворачивать обертку, и вот появилась длинная пурпурная пластиковая коробка с надписью «Безумный кролик». Сквозь окошко в коробке был виден длинный розовый фаллический жезл. Минни покраснела как свекла. Чертова Лейла… как это унизительно!
– Что это такое? – спросил невысокий таможенник, наклонив голову набок.
– Ох… э-э… это просто шутка, подарок от моей подруги…
Оба мужчины смотрели на нее пустыми глазами. Минни сжала кулаки, чтобы перестать чесаться. Высокий показал на записку, вложенную в коробку. Второй начал читать:
– «Эй, детка, поимей оргазмический день рождения и нехреновый Новый год. Кому нужны мужчины, а?»
Слово «оргазмический» он прочитал как «орр-газ-мисе».
– Что значит «нехреновый»? – спросил высокий.
– Ох, это… это трудно объяснить, это не переводится… – пробормотала Минни, закрывая лицо липкими горячими ладонями.
Ей уже хотелось, чтобы у нее нашли наркотики.
– Это морально порочный предмет, – сурово заявил невысокий. – Вы продаете это в нашей стране?
– Ой, нет, нет, я это не продаю! Зачем бы мне это продавать?
– Продавать морально нечистые предметы в Индии запрещено, – сказал высокий, покачивая головой и постукивая пальцем по планшету.
– Правда? – Минни искренне удивилась. – Я этого не знала, и, как я уже сказала, это просто подарок. Я даже не знала, что он тут лежит.
– Вам придется подождать здесь. Заполните вот эту форму, – сказал невысокий.
– Очень длинная форма, – мрачно кивая, добавил высокий и подал Минни папку, набитую бумагами.
– Но мой рейс, я же опоздаю на самолет! – воскликнула Минни.
Двое мужчин стали о чем-то переговариваться, пока Минни отчаянно чесала руки. Наконец они снова повернулись к ней, и она застыла.
– Если вы оплатите штраф вместо заполнения формы, то можете успеть на самолет.
Минни порылась в своем бумажнике и достала последние пятьдесят рупий.
Мужчины посмотрели на ее жалкую наличность.
– Нет, это дорого, – сказал невысокий. – У вас есть еще?
Минни уныло качнула головой. Невысокий придвинул к ней бумаги и постучал по ним пальцем:
– Сегодня не ваш день, мисс.
Девушки провели ночь на полу в зале аэропорта. Минни отчасти злилась на Лейлу, подсунувшую ей незаконную сексуальную игрушку, а отчасти была благодарна подруге за то, что та осталась с ней, а не улетела в Дели одна. Лейла так хохотала, узнав причину их задержания, что слегка намочила штаны, ей пришлось пойти в туалет и надеть последнюю пару чистых брюк. Минни заявила, что ей понадобится больше времени для того, чтобы увидеть во всем этом смешную сторону.
Они пытались устроиться поудобнее на полу, положив под головы рюкзаки, а вокруг сияли огни вечно бодрствующего аэропорта. В три ночи Лейла толкнула Минни ногой:
– Эй, ты не спишь?
– Нет, – вздохнула Минни.
– Я вчера тебя не спросила… где бы ты хотела очутиться в это же время в следующем году?
Обычный новогодний ритуал Лейлы. Ей нравилось задавать этот вопрос и себе, и тем, кто был с ней: где бы они хотели оказаться в это же время через год?
– Только не на полу аэропорта с кучей блох, – ответила Минни.
– Я серьезно. Куда бы ты хотела попасть? Чего бы ты хотела достичь к двадцать седьмому дню рождения?
Минни снова вздохнула, потакая подруге:
– Наверное, мне хотелось бы больше не грустить из-за того, что Тарек от меня ушел.
– Ох, Минни, стоит ли тратить такое желание на какого-то Тарека? Что еще?
– Хотелось бы иметь работу, которая хотя бы немного мне нравилась. И хотя бы время от времени иметь возможность покупать чай «Теско», а не самый дешевый… Ну ты ведь меня знаешь… я девушка с огромными амбициями, – невесело произнесла Минни.
– Минни, у меня есть отличная идея, – заявила Лейла, передвигаясь по полу и наконец садясь поближе к Минни. – Нам с тобой следует начать свое дело.
– И какое? Контрабандой ввозить в Индию сексуальные игрушки?
– Нет, нам нужно печь пироги для нуждающихся. Ты займешься пирогами, а я найду благотворительные организации для финансирования. – (Минни посмотрела на подругу, проверяя, насколько та серьезна.) – Да, Минни, твои пироги потрясающие! Ты для меня Королева Пирогов! Тебе просто нужен кто-то для команды, чтобы ты приобрела уверенность!
– Королева Пирогов… это напоминает кого-то очень толстого, – сказала Минни, но почувствовала, что ее сердце забилось быстрее.
– Ты будешь их печь, и мы воспользуемся моими связями в социальных службах, чтобы доставлять их тем, кто нуждается… Ну вроде кухни на колесах или чего-то в этом роде. Уверена, я найду деньги. Это же будет новая инициатива в области небольшой благотворительности. Ох, ох… – Лейла взмахнула кулаком, как бы подтверждая свои слова. – И мы сможем нанять людей, которым нужна передышка в жизни… Вот это мысль!
– Ты хочешь, чтобы мы организовали кухню на колесах? – уточнила Минни, глядя на подругу так, словно та предлагала ей создать бизнес по гаражным распродажам термобелья.
– Да ты подумай, это вовсе не безумная идея! Полагаю, ты просто растеряла свою страсть к кулинарии, слишком долго готовя для всяких богатеньких и неблагодарных клиентов. Представь, что ты готовишь то, что тебе нравится, и для людей, которые действительно это оценят? И как будет весело целыми днями работать вместе! Мы просто будем делать хорошее дело, отвозить вкусные вещи людям, которые не могут ходить по магазинам, или тем, кто просто не в силах уже готовить. «Пироги с доставкой», или «Летающие пироги», или «Привет, Вкусный Пирог»?
Минни помолчала немного.
– Ладно.
– Ладно? – повторила Лейла, словно согласие Минни ее удивило.
– Да, давай это сделаем, только не под такими названиями, – сказала Минни. – Я уже придумала идеальный вариант.
  
Второе января 2020 года
 
Кухня «Ничего трудного» находилась в восточной части Лондона, на неприметной боковой улочке в Далстоне. Это была та часть города, куда еще не добралась идея облагораживания, здесь закусочные красовались рядом с похоронными агентствами и заброшенными магазинами пластинок. На фасаде красовалась надпись «Дворец тандыра», подчеркнутая полосками зеленой краски. Раньше в этом доме был какой-то индийский ресторан, но у Минни с Лейлой пока не было денег даже на то, чтобы по-настоящему изменить вывеску. Но они сочли это чем-то вроде доброго знака: они вернулись из Индии с новыми планами и тут же нашли заброшенный индийский ресторан, предлагавший им шанс получить его в аренду.
– Надеюсь, вам, девочки, повезет здесь больше, чем нам, – уныло сказала миссис Мохан, помогая им освободить все ящики и буфеты. – Но уж лучше вы, чем еще один KFC или «Цыпленок пири-пири».
Четыре года спустя на стальной дверце холодильника по-прежнему висела фотография семьи Мохан. Девушки нашли ее уже после того, как перебрались сюда, и у них не хватило духу выбросить последнее свидетельство тяжелого семейного труда.
По пути на работу Минни купила кофе на всю команду. Вообще-то, она не могла себе этого позволить, но подумала, что все нуждаются в моральной поддержке. Она проснулась в два часа ночи, чувствуя себя пьяноватой и неуверенной, потом отпраздновала оставшуюся часть дня своего рождения, приготовив огромный испанский омлет с весьма подозрительным набором ингредиентов, найденных в холодильнике. Рано утром она слушала музыку и прибиралась, а Лаки с подозрением наблюдал за ней со своего теплого местечка на холодильнике.