Хранитель (СИ)
Тронный зал пришел в движение: а массивные колонны начали извиваться, будто многочисленные шеи Лернейской гидры, потолок над нашими головами раскрылся, словно бутон цветка, разделившись на пять огромных “лепестков”. Я даже не сразу понял, во что они превращаются: в пальцы! Пять гигантских перстов, вооруженных сияющими сферами, нависли над Фобосом, очевидно, целясь прямо в его крошечное тело. А где-то там, высоко над ними, струилось и изгибалось во мраке бесформенное “нечто”. Беру свои слова назад, это даже не аурамит, это гребаные аурамитовые наниты, из которых сделано наше новое оружие, а заодно и все ретрансляторы Системы. Вот только здесь их не жалкие миллиграммы, размазанные по фальшивому кристаллу в виде фигур исходного кода, а сразу несколько тысяч тонн!
Сказать, что я охренел — ничего не сказать. Вся эта комната, весь тронный зал — лишь крохотная часть настоящего тела Асмо. Мы сейчас буквально у него "на ладони” стоим! Фофошка, фу, фу, плохой пес! Да что ж ты творишь?! К ноге! Сидеть! Ты же обещал вести себя нормально!
Аморфная масса нанитов, нависшая над нами на расстоянии доброй сотни метров, приблизилась и приняла вид человеческого лица циклопических размеров. Вернее, его кошмарной металлической имитации. Дормаму, ты ли это? Черт, я Око Агамотто дома забыл. Может, как-нибудь иначе договоримся?
Глава 4. Катастрофа
— Ой, давай только без всего этого, дядя Асмо. — равнодушно отмахнулся Фобос. — Мы оба знаем, что ты слишком ценишь свою репутацию, чтобы позволить одному из своих "дорогих детишек" так просто исчезнуть. Сам понимаешь, после меня ни о каком его возвращении с того света не может быть и речи.
Великан остановился. То ли на него подействовала угроза, то ли все это грандиозное запугивание было лишь какой-то проверкой. В любом случае, на Фобоса оно совершенно не подействовало. Хотя вот меня очень даже проняло! А наш приятель явно видит такое далеко не в первый раз. Может и сам когда-то принимал подобную форму. Наверное, все-таки это был тест на сохранность его памяти и личности.
— Большой вопрос, что нанесет мне больший ущерб: смерть или жизнь этого бестолкового сопляка, — ворчливо заметил Асмодей.
— Ну так давай я его поднатаскаю, — пожал плечами Фобос. — Я ж чего пришел: хочу подсидеть этого старого говнюка, Куар-муар… чего-то-там. Все время забываю эти их идиотские имена! Так это, ты бы замолвил за меня словечко в Элизиуме? А я взамен пацану твоему мозги вправлю. Ну и репутацию, конечно. Мне же не сложно! А там, глядишь, и поставки оружия со временем наладим. Через тебя, конечно же. Все, как в старые-добрые времена! Ну, что скажешь?
Асмодей нахмурился.
— Ты же знаешь, что я не могу просто взять, и отдать тебе, — грозно начал он, но потом запнулся. — А-а, так ты уже сам все сделал…
Перед нами возникла голограмма. В груде обломков, медленно разлетавшихся в разные стороны, было очень сложно узнать Эдельвайс, однако это был он. Черт возьми, да что там вообще произошло?
Я заглянул в сеть и почти сразу наткнулся на свежую видеозапись, мигом занявшую первые полосы всех новостных каналов. Замкнутая “гифка” всего на полторы секунды: в центре станции возникает гигантский черный шар, который поглощает большую часть конструкции и тут же исчезает, оставив после себя лишь разрозненные огрызки-лепестки. В "черную дыру сигануть", значит. Ага. Ладон — тот еще шутник! Было это его хитроумной ловушкой, или Курт с самого начала именно этого искал — остается только гадать. Вполне возможно, старый дракон и сам не знает ответа, потому что выяснить это можно только опытным путем, с билетом в один конец. Что, собственно, и проделал Курт.
— Не так-то много от станции теперь осталось, — подытожил Асмодей.
— Ничего, — пожал плечами Фобос. — У меня есть ее ядро, а остальное — нарастим потихоньку.
— Я не стану на самом деле покрывать тебя и защищать от кого-либо. Все свои проблемы будешь решать сам. Надеюсь это понятно? — сурово заявил великан. — Действовать будешь от имени Векселя и только попробуй наломать…
— Конечно-конечно, дядя Асмо, уверяю, ты не пожалеешь о своем решении! Я уже говорил тебе как я сильно тебя…
— Оставь эту клоунаду при себе, — перебил его Асмодей. — И не думай, будто я забыл о том, что ты сделал. За все свои грехи ты расплатишься. Со временем. Свободен!
Последнее слово прогремело, как гром. Ну а мы вместо тронного зала оказались прямо посреди бархатной черноты космоса, всего в какой-то сотне метров от одного из полуразрушенных лепестков Эдельвайса.
Уфф… Это было быстро! И жутко. Ладно, кажется нам нужно браться за дело прямо сейчас, пока обломки станции не разлетелись слишком далеко под действием собственной инерции.
— А что за грехи, если не секрет? — поинтересовался я у Фобоса напоследок, прикидывая, с чего бы начать спасательную операцию.
— Да почем же мне знать? — равнодушно пожал плечами тот.
А нелегко это — быть Фобосом, оказывается!
* * *Как и предполагал мой новый напарник, Курт нас, фактически, кинул. Две трети станции просто отсутствовали — исчезли в черной дыре или в чем-то подобном. А ведь там, кроме банального “железа” были еще и разумные — обслуживающий персонал, пилоты и множество нефилимов, которые собственно и занимались темными делишками Доминиона — контрабандой, выколачиванием долгов, охотой за головами и прочими сомнительными заказами, на которые богам волей-неволей приходится закрывать глаза.
И похоже, именно с персоналом у нас возникнут проблемы в ближайшее время. Курт забрал с собой большую часть элитных секторов станции, где были расквартированы самые опытные и полезные “кадры”. Нам остались только те, кто в данный момент находился на заданиях, или просто по какой-то причине покинул станцию. А ведь работа у них весьма и весьма опасная! Фобос поступил очень дальновидно, потребовав у Курта системное ядро станции. Именно к нему привязаны души всех нефилимов Эдельвайса. Так что в случае их гибели на задании мы сможем вернуть их к жизни, несмотря ни на что.
А пока нам стоит побеспокоиться о том, чтобы жертв не стало еще больше. С момента “взрыва” на станции прошло всего несколько секунд. Главный реактор исчез вместе с прежним хозяином, системы жизнеобеспечения не работают, многие отсеки потеряли герметичность. Сотни жителей станции просто вышвырнуло в открытый космос, и у нас есть всего минута-две, прежде чем они окончательно погибнут. К тому же, обломки Эдельвайса (массой в добрых полмиллиона тонн) разлетаются от нас со средней скоростью примерно сто метров в секунду.
И я бы рад, конечно, просто взять и за пару секунд затащить их всех в отдельное сновидение, однако на это уйдет довольно много амальгамы. А карманы наши нынче почти пусты. Фобос гол, как сокол, вся амальгама его старшего брата пошла на создание моего супероружия, а Вексель, будь он неладен, все свои карманные деньги спустил на развитие Уотердипа, который по контракту достался Ладону. Курт тоже, понятное дело, перед уходом опустошил все счета Гильдии флибустьеров, да и амальгамы в Ядре станции осталось с гулькин нос. Подстава.
В общем, тратить добрый миллион ОР ради такой ерунды, как экстренное спасение потерпевших “кораблекрушение” жителей — непозволительная роскошь. К счастью, у нас есть неслабо прокачанный архонт, термоядерный реактор и "Ускорение". Обойдемся обычной магией. Ну а что в открытом космосе без скафандра находиться, мягко говоря, неприятно — ничего, потерпят! Речь все равно идет о нескольких секундах. Большинство из них еще толком и не осознало, что происходит.
Я в срочном порядке собрал всех рабочих марионеток, что трудились в исследовательском центре ящеров и хранились на пространственном складе. Отправил по одной кукле к каждому из восемнадцати крупнейших обломков. До катастрофы станция представляла собой некое подобие цветка, поэтому после разрушения центра все его “лепестки” отправились в свободное плавание под действием инерции вращения базы.