Ради блага человечества (Блуждающая Земля. Эпоха сверхновой. Шаровая молния)
– Даже если бы ты не запросил ни цента, планета не может допустить, чтобы двадцать человек совершили самоубийство.
– Это не самоубийство, это исследование, – возразил Шуй. – Может быть, мы даже не сможем улететь дальше пояса астероидов, который прямо перед нами, но, возможно, мы доберемся до Сириуса или дальше. Если не попытаемся, как мы об этом узнаем?
– Но в этой экспедиции есть нечто такое, что отличает ее от исследовательского полета, – в свою очередь возразил Чжуан. – Нет возможности вернуться назад.
– Да, мы не вернемся, – кивнул Шуй. – Некоторым людям достаточно жены, детей и теплой постели, и они никогда не смотрят в ту сторону мира, которая не имеет к ним отношения. Но другие всю жизнь пытаются увидеть то, чего человечество никогда раньше не видело. Я побывал в рядах и тех и других и имею право выбрать ту жизнь, какую мне хочется, – закончил он. – И в нее входит жизнь до конца своих дней на зеркале, которое полетит в пространство на расстояние десяти световых лет от Земли.
– Один последний вопрос, – сказал Чжуан. – Через тысячу лет, когда вы будете мчаться мимо звезд со скоростью десятков или сотен тысяч километров в секунду, пройдут десятки или даже сотни лет, пока человечество получит слабые радиосигналы, посланные вами. Стоит ли приносить такую жертву?
Шуй с улыбкой объявил всей планете:
– Когда Солнце Китая вылетит за пределы Солнечной системы, люди перестанут думать лишь о своих удобствах, они снова поднимут глаза к звездному небу. Мы вспомним нашу мечту о космических путешествиях и возродим стремление исследовать межзвездное пространство.
Цель жизни № 6. Лететь к звездам, снова заставить человечество посмотреть в глубины космоса
Чжуан стоял на крыше башни «Аэроспейс» и смотрел на Солнце Китая, быстро летящее по небу. Его свет отражали небоскребы столицы, они отбрасывали бесчисленные быстро перемещающиеся тени, словно Пекин стал лицом, поднятым вверх, чтобы следить за Солнцем Китая.
Это был последний виток Солнца Китая вокруг Земли. Зеркало уже набрало вторую космическую скорость и вскоре покинет пределы поля гравитации планеты и выйдет на орбиту вокруг Солнца. На борту первого межзвездного пилотируемого космического корабля находилось двадцать человек. Кроме Шуя, остальные были выбраны из более чем миллиона добровольцев. В их число вошли еще три других пахаря зеркала, которые много лет работали вместе с ним. Солнце Китая добился своей цели еще до того, как начал путешествие. Он возродил энтузиазм человечества к исследованию космоса за пределами Солнечной системы.
Мысли Чжуана вернулись на двадцать три года назад, в ту душную летнюю ночь в городе на северо-западе Китая, когда они с крестьянским мальчиком из засушливого сельского района сели в ночной поезд, идущий в Пекин.
На прощание Солнце Китая поочередно направило свой световой луч на каждый из крупных городов, позволив человечеству в последний раз взглянуть на его сияние. Напоследок световое пятно остановилось на северо-западном районе Китая. В центре его лежала деревушка, где родился Шуй.
На обочине дороги на ее окраине стояли родители Шуя вместе с соседями и смотрели, как летит на восток Солнце Китая.
Па закричал в телефон:
– Ва, ты летишь куда-то очень далеко?
– Да, Па, – ответил Шуй из космоса. – Боюсь, я не приеду домой.
– Это очень далеко? – спросила Ма.
– Очень далеко, Ма, – ответил Шуй.
– Дальше, чем Луна? – спросил Па.
Шуй несколько секунд молчал. Потом, гораздо более тихим голосом, чем до этого, ответил:
– Да, Па, немного дальше Луны.
Родители Шуя не особенно огорчились. Их сын совершит великие поступки в том месте, которое дальше Луны! Кроме того, время теперь необычное. Даже из самых отдаленных уголков Земли они могут в любой момент поговорить с ним, могут даже видеть его на своем маленьком экране телевизора. Все равно что говорить с ним лицом к лицу. Им не приходило в голову, что задержки будут становиться все большими, что ответы Шуя на их заботливые расспросы будут приходить все медленнее. Сначала это будет всего несколько секунд, но со временем паузы удлинятся. Через несколько лет пройдет много часов прежде, чем они получат ответ.
И в конце концов их сын исчезнет. Им скажут, что Шуй погрузился в сон и проснется только через сорок лет.
После этого родители Шуя будут продолжать обрабатывать участок когда-то бесплодной, а теперь плодородной земли и доживать остаток своей когда-то полной непосильного труда, а сейчас вполне приятной жизни. Последним их желанием будет, чтобы сын вернулся и увидел свою родину еще более прекрасной.
Когда Солнце Китая покинуло орбиту Земли, оно постепенно тускнело на восточной стороне неба, его голубой ореол сжимался и корабль превратился в точку, а потом растворился в ночи. Потом наступил рассвет, и его полностью поглотило сияние утреннего Солнца.
Утреннее солнце также осветило тропинку, которая вела из деревни. Белые тополя теперь обрамляли эту тропинку, а невдалеке вдоль нее текла маленькая речушка. В тот день двадцать четыре года назад, рано утром, освещенный тем же восходящим солнцем, крестьянский сын из северо-западного сельского района постепенно исчез из виду на этой самой дороге, полный неясных надежд.
Сейчас в Пекине день был в самом разгаре, но Чжуан все стоял на крыше башни «Аэроспейс», глядя в ту точку неба, где исчезло Солнце Китая. Оно пустилось в бесконечное путешествие, откуда нет возврата. Сначала Солнце Китая пересечет орбиту Венеры и подойдет как можно ближе к Солнцу, чтобы воспользоваться возросшим давлением радиации и увеличить до максимального расстояние, на котором оно будет наращивать ускорение. Для этого корабль выполнит ряд сложных маневров перехода на новую орбиту, почти так же, как океанские суда Эры Мореплавания маневрировали против ветра. Через семьдесят дней он минует орбиту Марса. Через сто шестьдесят дней он промчится мимо Юпитера. Через два года вылетит за пределы орбиты Плутона и станет межзвездным космическим кораблем, а его экипаж погрузится в сон. Через сорок лет он пролетит мимо Альфы Центавра, и его экипаж ненадолго разбудят. Через сто лет после начала полета до Земли дойдет информация, полученная во время исследования ими Альфы Центавра. К тому моменту Солнце Китая уже будет мчаться к Сириусу. Благодаря ускорению, которое обеспечат три солнца Альфы Центавра, он будет двигаться со скоростью, равной пятнадцати процентам скорости света. Еще шестьдесят лет спустя после старта с Земли он доберется до Сириуса. Когда он пролетит мимо звездной системы Сириуса А и Сириуса В, его скорость возрастет до двадцати процентов от скорости света, и он устремится еще дальше в ночное небо. Учитывая срок службы бортовых систем криогенного сна, Солнце Китая, возможно, доберется до Эпсилон Эридана или – хотя вероятность этого очень невелика – даже до 79-й Кита. В обеих звездных системах, как полагают, есть планеты.
Никто не знал, как далеко улетит Солнце Китая и какие чужие миры увидят Шуй и его спутники. Возможно, когда-нибудь они отправят на Землю сообщение, но пройдет больше тысячи лет, прежде чем они получат ответ.
Как бы то ни было, Шуй всегда будет помнить страну под названием Китай на своей родной планете. Он будет всегда помнить маленькую деревню на засушливом северо-западе этой страны. Он всегда будет помнить тропинку, которая вела из этой деревни, тропинку, с которой началось его путешествие.
Ради блага человечества
Бизнес – это бизнес, ни более ни менее. Таким принципом руководствовался Гладкоствольный в своей работе, но этот клиент сбил его с толку.
Во-первых, этот клиент нарушил все правила при заключении договора. Он хотел поговорить лично, что было крайне необычно в таком бизнесе. Гладкоствольный помнил неоднократные предостережения своего наставника три десятка лет назад: отношения с клиентами должны быть такими же, как у лба с затылком; они никогда не должны встречаться. Это, конечно, наиболее соответствовало интересам обеих сторон.