Лицеист (СИ)

Я кивнул, и удовлетворенная женщина переключилась на следующий вопрос:
— Далее, по утверждению аналитиков Ярослава, вас пытались похитить профессионалы экстра-класса. Кто именно, мы пока не знаем, зато понимаем, что если за этим заказом стоит Амару Этэ-Инти, то вы и ваши телохранители спасли не только себя и сотни горожан, оказавшихся не в то время и не в том месте, но и глав сразу нескольких государств. Поэтому завтра в полдень мой сын заглянет к вам в гости и проведет закрытое награждение всех участников сегодняшнего боя в «Белом Яре». Ваша задача — организовать явку, подходящий внешний вид и тэдэ, не сообщая причин общего сбора.
— То есть, в лицей мы не едем… — на всякий случай уточнил я, получил более чем конкретный ответ и невольно вздохнул.
Волконская развела руками, на миг расфокусировала взгляд, собралась с мыслями и… поклонилась. Не в пояс, конечно, но очень глубоко. Что, честно говоря, изрядно шокировало. А потом объяснила поступок, не лезущий ни в какие ворота:
— Лютобор Игоревич, сегодня утром ваш слепок помог мне подняться на четвертую ступень ранга мастер, и это до сих пор сводит с ума. К слову, последняя фраза — не преувеличение: предыдущий шаг в развитии я сделала в девяносто восьмом году, то есть, более полувека тому назад, и последние лет сорок считала, что достигла своего потолка. А теперь мучаюсь, придумывая достойный способ отблагодарить за раздвинутые горизонты. В общем, если у вас есть какая-нибудь нереализованная мечта, скажите, ладно?
— Мечты нет. Есть вопрос. Личный…
— О, как! — развеселилась она, дотронулась до правой серьги с рубином и приняла решение: — Ответить не обещаю, но выслушаю и точно не обижусь!
«Не думаю, что на этот вопрос стоит обижаться…» — отрешенно подумал я и спросил, проходила ли она уже процедуру «очистки».
Мирослава Михайловна отрицательно помотала головой, набрала в грудь воздуха, чтобы сообщить, что ей пока рановато задумываться об этой процедуре, но внезапно сообразила, что я задал этот вопрос не просто так, и подобралась:
— Вы хотите сказать, что можете помочь и с этой проблемой⁈
— Да.
— И уже отработали процесс?
— Да.
— Сколько времени он занимает?
— От силы минут десять… — ответил я, почувствовал, что у Волконской нет этого времени, и торопливо добавил: — Мирослава Михайловна, мне не нравится нынешняя ситуация. Настолько сильно, что проснувшаяся паранойя требует немедленно вложиться в вашу защиту!
— Ну, раз требует… — по инерции пошутила она и приняла решение: — Что ж, поехали к Валентине Алексеевне. Правда, у нее сейчас грязновато, но это мелочи…
В приемной медблока действительно оказалось грязновато. Кроме того, воняло, как в деревенском туалете. Зато «язык», с которым в момент нашего появления работала «прабабка», пел, как соловей. К сожалению, послушать «пение» не получилось — Волконская, равнодушно оглядев благоухающее и зареванное тело, попросила наперсницу отвлечься, поручила телохранителю присмотреть за «клиентами», обошла лужу мочи по самому краю и вошла в операционную. Там включила стационарную «глушилку», развернулась к нам лицом и вопросительно уставилась на меня.
— Валентина Алексеевна, я собираюсь поставить Мирославе Михайловне клише… — сообщил я «прабабке», а она сделала все остальное — уткнула меня лицом в стену, объяснила государыне, что для наложения заклинания мне потребуется доступ к проекции ядра, а ей — вены, помогла раздеться, уложила на операционный стол, накрыла белой тканью и так далее. Откровенно говоря, я был уверен, что Императрица-Мать хотя бы поворчит. Ан нет — терпеливо перенесла процесс подготовки, не стала брать с меня никаких клятв, позволила вжать ладонь в солнечное сплетение, а после того, как я убрал руку и снова отошел к стене, озадаченно хмыкнула:
 
— И это все? В смысле, одно-единственное прикосновение заменяет недельный курс«очистки»⁈
— Ага… — ответила целительница, потребовала направить Силу в какое-либо высокоранговое плетение, убедилась, что заклинание легло, как родное, и добавила: — Можете вставать и одеваться.
Судя по шелесту ткани, Волконская воспользовалась разрешением, а через десяток секунд задала вопрос, отвечать на который мне не хотелось:
— Лютобор Игоревич, если не секрет, то на какой минимальной ступени какого ранга можно накладывать это ваше клише?
— Не знаю, государыня… — честно сказал я. — На ученика третьей ступени легло, как родное. А ниже у нас в команде только Дауд. Но у него, увы, нет ментальных блоков, поэтому его я так не усиливал.
— Толковое решение… — одобрительно заявила она, сделала небольшую паузу и обратилась к хозяйке операционной: — А вообще ученики-«троечки» с защитой на внешней подпитке — это кошмар. Или абсолютное оружие против ровесников…
…Как ни странно, за время моего отсутствия из большой трапезной не ушел ни один человек. Поэтому, оказавшись в перекрестии мрачных взглядов и сообразив, что отвлечь Ларса от мыслей о гибели отца так и не удалось, я сел в свое кресло, откинулся на спинку, опустил руки на подлокотники и внес свою лепту в процесс. В смысле, поделился последними «разведданными»:
— Нас заказали швейцарской частной военной компании «Пилатус», по уверениям Мирославы Михайловны, входящей в пятерку лучших ЧВК мира. Заказ был анонимным и чрезвычайно дорогим — заказчики фактически купили весь личный состав сумасшедшим авансом. При этом верностью, стойкостью и презрением к смерти бойцы «Пилатуса», вроде как, прославились чуть ли не в конце прошлого века, однако оба «языка», попавшие в руки Валентины Алексеевны, поют так, что можно заслушаться.
К примеру, сообщили, что прибыли в Великий Новгород позавчера вечером, а уже вчера утром получили доступ к камерам полицейской СКН, благодаря чему вели нас по картинкам…
Рассказал и о химии, которой нас планировалось вырубить, и о коридоре выхода, обещанном пока не установленным местным «союзником», и о группе обеспечения, растворившейся в городе. А когда закончил делиться знаниями, мрачно подвел итоги:
— В общем, взялись за нас серьезно, то есть, с привлечением агентуры чьих-то спецслужб, поэтому придется забыть о выездах за пределы дворцового комплекса. Но скучно не будет — Светлана Романовна, Раиса Александровна и Палыч придумают, чем нас занять. Так что готовьтесь к увеличению нагрузок.
— Нагрузки — это мелочи… — криво усмехнулся Дауд. — Эиру поделилась информацией о возможностях Архимага Крови, и они не радуют от слова «совсем»!
— Рассказывайте… — потребовал я, вслушался в сбивчивый монолог и… был вынужден его прервать, чтобы принять звонок «прабабки».
Целительница ограничилась буквально парой-тройкой предложений и отключилась. А я, вздохнув, поднялся на ноги:
— Привезли Вику. Мне надо ее встретить у парадной лестницы и поднять к Валентине Алексеевне… вместе с тобой, Галь. Валя, ты тоже будешь нужна. А всем остальным настоятельно рекомендую отдохнуть. Хотя бы пару часов…
…С момента приезда Ждановой до половины седьмого вечера я носился, как ужаленный в известное место. Рассказал Земляничке об очередном резком повороте ее судьбы и предложил место в команде; описал условия вступления в «проект» и дал время изучить текст требующейся клятвы Даром; поднял их с Галей к Валентине Алексеевне; поприсутствовал при очередном разговоре последней с главой рода Чеботаревых и на сильно укороченной церемонии принятия в род Волконских-Шаховых; принял две личные клятвы, приложил слепками и выдал линзы-камертоны; заселил в свободные покои; состыковал Вику с Ларсом и так далее. С учетом того, что рядом постоянно находилась Валя, физически устать не смог. Зато морально вымотался неслабо. Поэтому, освободившись, умотал в свои покои, добрался до спальни, лег, закрыл глаза и… снова открыл. Чтобы позвонить Янке и выяснить, кто присматривает за шведом.