Лицеист (СИ)
Самый тонкий момент — явление водителей «народу» — мы отыграли, как по писанному. То есть, первым из машины выбрался я и привлек всеобщее внимание к картине своей встречи с бывшей одноклассницей. Через несколько мгновений из своей «Искорки» выскочила Янка и, сияя, как летнее солнышко, рванула к нам. За ней народ, вне всякого сомнения, наблюдавший за нами через поляризованные стекла здания, увидел Аль Сауда. Ну, а Наоки, Эиру и Лиджуан, потратившие выигранное нами время на «рокировку» с настоящими водителями, «чуть припозднились». Впрочем, до момента знакомства с Викой держались в режиме особ Императорских кровей, так что просто не могли не запомниться.
Ну, а Жданова, не ожидавшая такого сюрприза, тихо дурела. Сначала не верила собственным глазам и смотрела на меня, как на материализовавшуюся фантазию. Потом все-таки вышла из ступора, вспомнила мои рекомендации из сообщения и отыграла порученную роль на твердую девятку. А как только я закончил официальную часть, нервно хихикнула:
— Представляю, что сейчас творится в каналах МДР!
— Ничего особенного! — насмешливо фыркнула Зыбина. — Зато после того, как народ покопается в Сети и выяснит, кто именно тебя навестил, резко поплохеет не только курсантам, но и всему преподавательскому составу вашей богадельни!
Девчонка, родившаяся и выросшая в аристократическом роду, научилась понимать даже куда более завуалированные намеки еще в далеком детстве, так что мгновенно врубилась в настоящую цель нашего приезда, посерьезнела и… поймала щелбан. По кончику носа. От все той же Янки:
— Выдохни, расслабься и веди себя, как ближайшая подруга Люта, а то получишь еще и по заднице!
— А лучше держи гостинцы! — ухмыльнулся я и протянул ей небольшой футляр. — Тут артефактный тычковый нож с дезориентацией второй ступени ранга мастер…
— А здесь серьги с накопителем и защитой от ментальных воздействий… — продолжил Аль Сауд, вытащив из внутреннего кармана куртки и вручив растерявшейся девчонке второй футляр. — Кстати, выбирали всей толпой в одном из лучших магазинов Медины.
— А тут — браслет выживальщика с великолепной линзой-камертоном… — закончила Наоки, вручив третий и последний. — Кстати, имей в виду, что все это уже внесено в список твоих личных вещей, соответственно, можешь смело посылать желающих изъять наши подарки в канцелярию Академии!
— Спасибо, ребят… — вытаращив глаза, чтобы не разреветься, еле слышно выдохнула Земляничка.
— Пользуйся в удовольствие! — мягко улыбнулась Эиру и помогла Вике пережить эмоциональный взрыв требованием «ловить» ее личный контакт.
Примеру «Медовой Змеюки» последовали и все остальные, поэтому следующие полминуты растрогавшейся Ждановой было не до переживаний, а потом ее внимание перетянул на себя я:
— Ладно, красотка, мы полетели, а то опоздаем на первый урок. Не вешай нос и, если что, звони…
— … мы приедем и поставим на уши всех твоих обидчиков! — воинственно добавила Зыбина.
— Не-не-не, с обидчиками сейчас серьезные проблемы! — преувеличенно весело хохотнула Вика, чтобы скрыть настоящие чувства. — После того, что тут устроил личный порученец Ее Императорского Величества Мирославы Михайловны, ко мне относятся предупредительнее некуда…
…Первые несколько минут после выезда с территории Академии имени Шуйского я лениво прислушивался к трепу девчонок и пытался представить, как Ждановой живется и служится на самом деле. Достоверной информации было немного, но она была. От государыни, поручившей присмотр за своей протеже личному порученцу и раз в неделю получавшей развернутый доклад. Увы, не успел я заново перешерстить известные факты, как о себе напомнило настоящее — на комм прилетело уведомление о поступлении на расчетный счет десяти миллионов золотых рублей от Юрия Никифоровича Бестужева.
Сумма виры соответствовала пятничным договоренностям и нисколько не зацепила. Зато воспоминания о личности отправителя и его покойного сына пробудили ярость, не удовлетворенную столь легким наказанием. Пока воевал с желанием найти возможность и добить этого лживого урода, перед глазами возникло сразу четыре «конвертика», три из которых оказались с вложениями. Открывать их я даже не подумал — мазнул взглядом по аватаркам и сетевым прозвищам отправительниц, перекинул в папку с названием «Голожопые дурынды», созданную специально для хранения такого мусора, и развернул то, которое прислала японочка. А когда увидел вместо текста забавный рисунок классической японской онна-бугэйся, стоящей с мечом в руке на фоне языка раскаленной лавы,
не поверил собственным глазам. Поэтому спешно отправил «однокласснице» вопросик.
Ответ не разочаровал:
«ДА!!!!!!!!!»
Тут настроение резко скакнуло вверх: девчонка, увидевшая защиту двух первостихий только в ночь с пятницы на субботу, продавила Волей две свои и создала новое заклинание. И — что тоже порадовало — сделала это быстрее, чем Эиру и Лиджуан!
«Красотка! Я тобой горжусь…» - на первом же красном светофоре написал я и получил фото улыбающейся японочки «из прошлой жизни». С двумя забавными хвостиками, в серебристой футболке с рисунком в виде сердца во всю грудь и на фоне сердечек помельче.
Фото понравилось. Но как следует рассмотреть его не представлялось возможным из-за плотного трафика и мелкой водяной взвеси, так и висящей в воздухе, поэтому сообщение отправилось в избранное, а я сосредоточился на вождении. Вот и рулил себе спокойно. До въезда в Городок Лицеистов. А там настроение снова ухнуло вниз из-за сообщения Волконской:
«Доброе утро и с приездом, Лютобор Игоревич. Сочла необходимым поделиться кое-какими новостями прямо сейчас, чтобы вы успели остыть и не наломали дров: есть все основания считать, что Мстислав Рогволдович Гаранин решил поухаживать за вашей матушкой. Она в курсе и разберется сама — вы, главное, дайте ей такую возможность, ладно? Кстати, если будет совсем невмоготу, разрешаю сорваться на представителях Великобритании и Франции — послы этих государств вели себя нагловато, и я злобствую. На этом пока все. Хорошего дня…»
Я нашел в себе силы поблагодарить государыню за эту новость только через пару минут. А в гараже, припарковавшись, влез в папку с досье на новых учеников лицея, нашел часть, посвященную этой паре моих законных жертв, и обновил информацию, сохранившуюся в памяти. Да, эта задержка напрягла матушку, но я, выбравшись из машины, успокоил ее взглядом и, оглядев команду, судя по лицам, успевшую настроиться на «веселый день», хищно улыбнулся:
— Нам разрешили порезвиться. Ловите цели. В идеале первый красавчик — для Лиджуан, а второго ломает Наоки. Но обходимся без провокаций — мы обязаны отвечать. Вопросы?
Вопросов не оказалось даже у Дауда, хотя, по логике, должны были. Так что я взмахнул рукой, и толпа, привычно перестраиваясь в «походный ордер», двинулась ко входу в лифтовый холл. А через пару минут, оказавшись под мрачным и ни разу не весенним небом, была «атакована» той самой Лавандой, которая нам понравилась оригинальностью подхода, остроумием и завидной легкостью характера:
— Назвать это утро добрым не поворачивается язык, поэтому всем привет, рада видеть… даже такими загорелыми, и готова прикрыть какой-нибудь из освободившихся флангов от происков мирового зла!
— Галина Николаевна… — начал, было, я, но был перебит:
— Лучше по имени и на «ты»: надувать щеки и задирать нос не в моем стиле, а развлекаться, строя из себя невесть кого — идиотизм.
— Ладно, как скажешь… — покладисто согласился я и начал заново: — Галь, колись, зачем тебе все эти телодвижения?