Лицеист (СИ)
и здоровенным знаком вопроса. Я, вроде бы, удержал лицо, но японка почувствовала, что я смутился, и извинилась:
«Прости: хорошее настроение включило фантазию, а она у меня без тормозов…»
Эта девчонка мне нравилась. Как цельностью характера, так и… вообще. Поэтому я мысленно вздохнул и сделал шаг навстречу:
«Развлекайся так, как требует душа. А я потихоньку привыкну…»
«Зря ты это сказал…» — радостно подколола она, получила замечание от преподавателя и затихла до конца урока. Зато после того, как прозвенел звонок, в темпе скопировала классную работу с терминала на комм, встала, скользнула ко мне, обняла за шею и прижалась к спине упругими холмиками:
— Милый, может, поторопимся? Если ваши малые дуэльные арены такого же размера, как наши, то хороших мест на трибунах будет немного…
— На трибунах нам делать нечего… — ответил я, отключая терминал. — Мы сначала заглянем в раздевалку Чжон Мин Сим и поможем подготовиться к бою, а затем переберемся в ее ложу: эта девушка провела достойнейший бой в финале чемпионата Сеула и достойно ответила на незаслуженную придирку, а значит, нуждается в поддержке тех, кто ценит настоящую доблесть!
Говорил, не стесняясь, во весь голос, и княжича Ярослава, конечно же, перекосило. Но конфликтовать со мной ему больше не хотелось, поэтому никакой реакции не последовало: он молча встал, вышел в коридор и пропал из виду. А через несколько секунд по той же трассе прогулялись и мы. Только не до конца — перехватили кореянку перед дверью и поинтересовались, не будет ли глубокоуважаемая Мин Сим возражать против нашей поддержки. К сожалению, в этот момент возле нас нарисовались и Бланкас с Ратором, так что положительный ответ приняли на свой счет и они. Соответственно, сели нам на хвост и еще до лифтового холла успели достать попытками обаять японку с китаянкой.
А там… там ко мне, Наоки и Эиру вдруг метнулся высокий, довольно широкоплечий и дико злой уроженец страны Восходящего Солнца,
поймал лицом мой кулак и опрокинулся навзничь!
— Тянуть руки к моим женщинам вредно для здоровья… — сообщил я, как только этот тип собрал мысли в кучу, снова вперил в меня ненавидящий взгляд и вскочил на ноги красивым прогибом.
— К твоим женщинам⁈ — гневно переспросил он, с хрустом сжал кулаки, вытер кровь, полившуюся из свернутого носа рукавом роскошного бордового пиджака, переключился на японский и начал выкатывать Наоки какие-то претензии.
Она взорвалась чуть ли не на втором предложении и не особо культурно послала этого Такэду, мать его, Шичиро лесом. Тут в их диалог вмешался я. На японском, благо, матрицу этого языка уже проверял и даже более-менее освоился с произношением:
— Общаться с моими женщинами в таком тоне тоже не рекомендуется. Поэтому советую развернуться и отправиться по адресу, по которому вас послала Наоки. И еще: после зуботычины любому уважающему себя мужчине положено либо возмутиться, либо утереться и забиться под веник. А вы, я смотрю, предпочитаете истерить!
— Наоки⁈ — взвыл он. — Просто Наоки?!!!
— Ага! — кивнула японочка и демонстративно вжалась в меня грудью: — Лют уже дважды заявил, что я являюсь его женщиной. У тебя что, проблемы не только с самолюбием, но и со слухом⁈
— Дуэль! До смерти!! Здесь и сейчас!!! — заорал он, брызгая слюной, а через миг окутался огненным щитом и «подогрел» кулаки жаром.
Я лениво посмотрел на часы и равнодушно уставился в глаза этого придурка:
— Дуэли до смерти среди учащихся лицея категорически запрещены, так что советую перечитать соответствующий кодекс, без знакомства с которым вас в наш лицей бы не перевели. Далее, здесь и сейчас дуэли тоже не будет: я как раз иду в дуэльный корпус поддерживать одноклассницу, то есть, занят. Но если вы согласитесь выйти на ту же арену после нее, то почему бы и не да? И последнее: потушите эти «огоньки», иначе заставят. Что вам однозначно не понравится.
Не знаю, послушался бы он меня или нет, не скользни к нему Огневик-телохранитель и не шепнув на ухо аналогичный совет, но «огоньки» погасли, а господин Такэда Шичиро, заставил себя успокоиться и процедил сквозь зубы формальное согласие подраться после того, как.
Наоки и Эиру, скинувшие «захваты» за миг до «зуботычины», взяли их с удвоенной силой, и я вальяжно тронулся с места, подошел к сенсорам вызова лифтов и подождал, пока девчонки ткнут в ближайший.
Пока спускались на первый этаж, «моя японочка» собиралась с мыслями. А чуть позже, на улице, выдала краткую, но весьма информативную справку по моему противнику:
— Огонь-Вода. Ученик четвертой ступени. Провел то ли двадцать три, то ли двадцать четыре официальные дуэли, из которых выиграл все, кроме одной. По слухам, обладает аномально развитым резервом и незаурядной реакцией, немного не дотягивающей до реакции Молниевика такого же уровня. Большой любитель драться в ближнем бою, причем стоя на своих же палящих углях и регулярно кидая на обоих полымя. Ну, а в безвыходных ситуациях применяет заклинания перегретый пар и кипение. Сдавшимся его я не видела ни разу…
Я начал, было, благодарить ее за важную информацию, но Наоки, как выяснилось, еще не закончила:
— … зато не раз видела бьющим в спину, в пах, после остановки поединка, подставляющим под атаку своего телохранителя и так далее. Поэтому считаю редкой мразью и в прошлом году поклялась Даром, что если прадед попробует выдать меня замуж за этого урода, то я совершу дзигай, то есть, уйду из жизни, чтобы избежать бесчестья.
— Какой милый мальчик! — хищно оскалившись, прокомментировала эту часть монолога Эиру,
с силой вонзила ногти в мое предплечье и уставилась в глаза: — Лют, ты ведь изувечишь его для нас, правда?
…Сообщения о наклевывающейся дуэли я отправил по целой «пачке» адресов, то есть, Мирославе Михайловне, «прабабке», Раисе Александровне, Тимофею Ильичу, Янке с матушкой, Косте со товарищи и, конечно же, Вале. Последнюю попросил особо не спешить и на всякий случай пообещал, что до ее приезда на арену не выйду. В результате все время, пока Наоки и Эиру помогали разминаться кореянке, отвечал на однотипные просьбы подождать. А потом в раздевалку Чжон влетели две очень злобные и очень деятельные фурии, плюхнулись по обе стороны от меня, мрачно покосились на «балласт», сидевший чуть поодаль, и еле слышно потребовали колоться до донышка.
Натиск одной младшей сестрички я бы еще, может, и пережил. Но в паре с матушкой она была неудержима. Поэтому упираться даже не пытался — шепотом пересказал все, что узнал от «своей женщины» о ее несостоявшемся женихе, и выслушал сразу два монолога — фантастически информативные рекомендации по ведению боя против любителей «попарить» противников и злобное требование превратить «паскуду» в мешок с дроблеными костями.
За первый поблагодарил, на второе ответил, что постараюсь, и, заметив, что Чжон развернулась к выходу на арену, встал с лавки и высказал мысль, крутившуюся на краю сознания:
— Мин Сим, я понимаю, что ты завалишь его на классе, но все равно желаю удачи от имени всей нашей компании!
Она церемонно поклонилась, слишком уж заморочено поблагодарила за пожелание и вывела из себя младшую фурию, жаждущую крови:
— Слышь, подруга, если действительно хочешь с нами подружиться, то забей на все церемонии. Ведь ни поклоны, ни суффиксы реального уважения не добавляют!
Тут чемпионка Сеула вопросительно уставилась на меня. Предлагать ей дружбу я пока не планировал, тем более в присутствии Бланкаса с Ратором, но «сестренку», конечно же, поддержал: