Наставник (ЛП)

— Обычно такого рода наказание проводится в присутствии других детей, но Кайя возражала против этого, поэтому вместо этого мы сделаем это здесь, и у тебя есть два варианта: я могу ударить тебя по ладоням или по заднице.
Все еще плача, Скай не сказала ни слова.
— Обычно мы никогда не шлепаем ребенка по заднице после десяти лет, но поскольку вы новичок в этом, это может быть более легким наказанием для тебя. Я могу сказать тебе по опыту, что любому человеку может быть непросто продолжать протягивать ладони, когда это причиняет боль.
— Может быть, тебе стоит выбрать этот вариант? — тихо сказала я. — Думаю, что я бы так и сделала.
Скай кивнула один раз и направилась к столу, где Арчер велел ей наклониться вперед.
Испуганные звуки, которые она издавала, заставили меня сильно прикусить губу, как будто моя собственная боль могла каким-то образом унять часть боли, которая вот-вот обрушится на нее.
— Ты хочешь это сделать? — Арчер спросил меня, и хотя я знала, что Скай, вероятно, выиграет от того, что я сделаю это вместо него, я просто не могла.
— Нет, — я покачала головой. — Я бы никогда не смогла ударить ребенка.
Выражение лица Арчера было жестким, когда он занял свою позицию и взмахнул рукой.
Шлеп! Звук его твердой ладони, столкнувшейся с ее штанами, был громким, а за ним последовал еще более громкий крик Скай.
Я с трудом сглотнула, чувствуя, как по телу разливается жар, а головокружение грозит довести меня до обморока.
Шлеп! Вой ребенка продолжался, и когда она повернула лицо и встретилась со мной взглядом, слезы лились водопадом, и она так сильно умоляла меня о помощи, что я не могла просто стоять и смотреть, как он издевается над ней.
— Остановись! — закричала я, но Арчер продолжал.
Шлеп. Шлеп. Шлеп.
Изо всех сил я потянула его за руку назад и закричала, чтобы он остановился.
— Отойди, — приказал он.
Встав между ним и Скай, я умоляла его.
— Не надо больше, пожалуйста, не надо.
Арчер оттолкнул меня с раздраженным видом.
— Мы сказали двадцать пять, а я ударил ее всего семь раз.
— Этого достаточно, разве ты не видишь?
— Твоя истерика только усугубляет ситуацию; просто позволь ей покончить с этим. — Арчер оттолкнул меня с дороги и снова поднял руку. Скай крепко зажмурилась и закричала во всю глотку.
В состоянии паники я перекрикивала ее громкие крики.
— Я сделаю это!
Голова Арчера повернулась ко мне.
— Что? Я думал, ты сказала, что не можешь ударить ребенка?
Все мое тело дрожало, а в горле было сухо, как в пустыне, но мне удалось собрать достаточно слов, чтобы объясниться.
— Я имела в виду, я приму ее наказание за нее.
Брови Арчера опустились, а губы поджались:
— Ты что, с ума сошла?
— Нет, — прошептала я дрожащим голосом. — Если тебе нужно кого-то ударить, ты можешь ударить меня.
— И чему именно, по-твоему, Скай научится от того, что я тебя ударю? — глубоко расстроенный, он ходил взад и вперед по маленькой комнате.
— Скай? — Я быстро подняла девочку из ее согнутого положения и вытерла ей глаза. — Все в порядке, милая, просто иди.
Несчастная девочка обняла меня и зарыдала, уткнувшись мне в грудь. Я обхватила ее руками и издавала успокаивающие звуки, подталкивая ее к двери.
— Беги к Шелли, хорошо?
Она не сказала ни слова, но я почувствовала, как ее голова уткнулась мне в грудь, и, еще несколько раз всхлипнув, она поспешила выйти из комнаты.
Когда я попыталась сама выйти за дверь, рука Арчера схватила меня за запястье и захлопнула дверь.
— Не так быстро, — пробормотал он. — Ты сказала, что примешь ее наказание, а теперь убегаешь?
— Я не убегаю, — сказала я голосом гораздо более храбрым, чем чувствовала. Но правда заключалась в том, что моим инстинктом было убраться от него как можно дальше.
Дернув меня за руку, Арчер притянул меня к себе, чтобы посмотреть прямо мне в глаза.
— Не думай ни на секунду, что я буду сдерживаться. В отличие от Скай, ты не ребенок, — я с трудом сглотнула и несколько раз моргнула, прежде чем кивнуть.
— Я понимаю.
 
— Нет, ты не понимаешь. Ты думаешь, что мы просто дикари, которые хотят причинить боль детям, но мне надоело, что ты подрываешь мой авторитет. Вся цель физической дисциплины состоит в том, чтобы делать это на глазах у других, но ты мне не позволила. Чего ты не понимаешь, Кайя, так это того, что дело не в боли, а в унижении. Если ты действительно хочешь понести ее наказание, тебе придется смириться с унижением, сделав это публично.
Я вздернула подбородок, демонстрируя браваду, которой на самом деле не чувствовала.
— Нет, это будет сделано здесь, прямо сейчас, как мы и договаривались.
Между нами произошла молчаливая борьба за власть, прежде чем он кивнул.
— Хорошо, если ты действительно серьезно относишься к этому, тогда тебе лучше занять позицию, — сказал он, прищурив глаза и поджав губы.
Я никогда в жизни не была так унижена, как тогда, когда подошла к столу и наклонилась, положив локти на прохладную поверхность стола.
— Что ты делаешь? — пробормотал Арчер. — Ты действительно думала, что я буду так мягок с тобой? Ты взрослый человек, поэтому встань и протяни ладони. Я хочу видеть боль и унижение на твоем лице, чтобы я знал, что ты никогда больше не сделаешь ничего такого безумного, как это.
Я растерянно моргнула.
— Почему ты так груб со мной?
— Потому что ты выводишь меня из себя, когда постоянно саботируешь то, как я здесь все делаю. Тебе не следовало вмешиваться в дела Скай, и я, черт возьми, позабочусь о том, чтобы ты никогда больше этого не делала.
— Скай выбрала этот вид порки, и я сказала, что возьму на себя остальную часть ее наказания. — Мой голос немного дрожал, поэтому я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и произнесла следующую часть своим самым твердым голосом школьного учителя: — Ты можешь наказать меня, но мы сделаем это таким образом.
Арчер фыркнул позади меня.
— Это не было бы большим наказанием. С этой толстой тканью, прикрывающей твой зад, ты бы ничего не почувствовала.
Я нахмурилась, потому что мне уже приходила в голову мысль, что в своем вязаном платье я была гораздо более защищена, чем Скай в своих тонких брюках. Я просто надеялась, что он не заметит.
— Как я вижу, у тебя есть два варианта, — сказал Арчер как ни в чем не бывало. — Либо ты наденешь что-нибудь потоньше, либо задерешь это платье.
Я повернула голову и бросила на него злобный взгляд.
— Тебе бы это понравилось, не так ли?
— Эй, это не я настоял на том, чтобы отшлепать тебя по заднице. Я бы предпочел, чтобы ты встала, протянула свои ладони и посмотрела мне в глаза, чтобы я мог видеть твои слезы.
Никогда бы я не доставила ему такого удовольствия! Я просто хотела покончить с этим и боялась, что если уйду из этого офиса, то потеряю самообладание и не вернусь.
Закрыв глаза и сосредоточившись на воспоминании о несчастном лице Скай, я проглотила остатки своей гордости и задрала свое длинное платье, готовясь к удару его ладони о мои трусики.
Я попыталась сглотнуть, но во рту не было ни капли слюны — возможно, потому, что все жидкости моего организма превратились в холодный пот. Я чувствовала себя уязвимой и незащищенной, когда Арчер занял позицию прямо позади меня.
— Просто сделай это быстро, — пробормотала я, все еще крепко зажмурив глаза.
За исключением моего собственного сердца, громко стучащего в ушах, дыхание Арчера было единственным звуком в комнате, и оно быстро становилось все более прерывистым.
Я начала отсчет в уме, но ничего не происходило. Когда я дошла до двадцати секунд, я открыла глаза и повернула голову, чтобы вопросительно посмотреть на него.
— Ты почти поймала меня! — сказал он хриплым голосом. Его руки были сжаты в кулаки вдоль бедер, как будто у него чесались руки отшлепать меня, но он сдерживался.
— Поймала тебя? — Я не была уверена, что он имел в виду.