Бесконечная дорога к солнцу (ЛП)

Когда Морган заговорил, его тон сделался тихим и опасным.
— Это интервью окончено. Уведите его отсюда.
Меня не пришлось просить дважды. Спотыкаясь, я вышел из комнаты. Мои легкие сперло, я не чувствовал своих пальцев. Я теребил блокнот и сломанный карандаш, пока ждал, когда охранник вернет мои вещи, конфискованные перед интервью.
На улице холодный воздух ничуть не помог справиться с паникой. Каждый шаг я делал словно во сне. Я поспешил к своей машине. Хантер не выключал двигатель, и я с расстояния трех метров слышал орущее радио.
Когда я плюхнулся на пассажирское место, Хантер испуганно дернулся.
— О, эй. Привет. Как все...? Черт подери. Ты выглядишь так, будто привидение увидел.
— Я облажался. Я знатно облажался.
Хантер взял меня за руки.
— Ты весь дрожишь, и пальцы у тебя ледяные, — он потер мои ладони своими. — Что случилось? О черт, ты же не сказал ему, что трахаешь его мужа, нет?
По моим щекам катились слезы, зубы стучали. Я мог лишь кивать.
— Чувак, — выдохнул Хантер.
— Не прямым текстом. Я не хотел. Что мне делать?
— Ничего. Абсолютно ничего. Он не может тебе навредить. Он сидит в тюрьме.
— Но Джейсон...
— Ты ничего не скажешь доктору Палмеру. Мне плевать, что тебе придется врать ему в лицо. Ты никак не можешь сказать ему об этом.
— Меня тошнит.
— Да уж, готов поспорить. Чем ты думал?
— Это была твоя идея.
— Я не говорил тебе травить безумного серийного убийцу, ведь нет? Когда я предложил интервью, я также не знал, что Джексон Палмер — это Джейсон Аткинсон. Потому что ты нам не сказал.
— Это не смешно, и я обещал, что никому не скажу.
Хантер положил руку на мою шею сзади.
— Все хорошо. Все будет нормально. Просто остынь. Что ты хочешь делать дальше?
— Поехали домой. У меня есть шесть часов, чтобы придумать что-то до встречи с Джейсоном. Мне надо убраться отсюда.
  
Глава 23
 
Джейсон
 
Я проснулся в лужице собственной слюны, свешиваясь с дивана под неудобным углом. Мой галстук, который я так и не снял, душил меня. Приоткрыв глаза, я застонал от яркого света, лившегося в окно. Моя голова раскалывалась, во рту был такой привкус, будто я лизал унитаз.
Стараясь поменьше шевелиться, я посмотрел по сторонам, складывая воедино события ночи. Пустая бутылка из-под бурбона Jim Beam лежала на полу, повалившись на бок. Телевизор работал с выключенным звуком и показывал какую-то передачу про антилоп гну.
Что-то жужжало, жужжало, жужжало, но я не мог осмыслить этот звук. Мой мозг разлетался на куски, и я практически не сомневался, что забыл какие-то детали последних суток. Мой желудок бунтовал от любого движения, так что я замер, приказывая себе сдержать рвоту, подступавшую к горлу.
Жужжание прекратилось. Через несколько секунд оно началось снова.
Затем, словно кто-то щелкнул переключателем в моем мозгу, все разом накатилось на меня. Натиск репортеров. Бесконечные вопросы. Толчея тел. Моя фальшивая личность оказалась раскрыта, оставив меня обнаженным и уязвимым, выставленным напоказ прямо в кампусе на всеобщее обозрение. Студенты шептались. Преподаватели тоже собрались. Люди показывали пальцами. Сверкали вспышки камер.
Я закрыл глаза, когда их защипало от слез.
Жужжание прекратилось.
За этим последовало несколько коротких минут тишины.
Затем снова — жу, жу, жу...
Я открыл глаза, поняв. Скайлар. Я не смог связаться со Скайларом. Он уехал из города. Он поехал куда-то с Хантером. Какие-то совместные планы.
Жужжание.
Мой телефон.
Я окинул взглядом журнальный столик, надеясь, что он в пределах досягаемости. Его там не оказалось. Я попытался подумать, куда дел его, прислушался, чтобы определить направление. Подвинувшись, я свесился с края дивана и увидел телефон, лежавший слишком далеко от меня.
Подавляя раскалывающую боль в голове и бунтующий желудок, я потянулся к нему, схватил кончиками пальцев и со стоном подтянул к себе.
Входящий вызов был от Леви, а не от Скайлара.
 
А ему я тоже звонил прошлой ночью? Я сказал ему, что случилось?
Все было как в тумане.
В университете мой мозг отключился. Режим самосохранения. Я смутно помню, как Реджи увел меня и привез домой. Он говорил. Он сам сел за руль, говорил что-то про честность, дружбу и ложь. Так много, много лжи.
Меня накрыло паникой, и я сел слишком быстро, широко раскрыв глаза и окинув взглядом гостиную. Реджи не было видно. Его обуви не было у двери, нигде не валялась одежда. И я тоже был полностью одет. Слава Богу, бл*ть.
Мое сердце гулко застучало от облегчения. Я сжал переносицу и лег обратно. Я пришел домой и сделал что? Напился. От души наклюкался, если судить по моему самочувствию.
Телефон снова начал вибрировать.
Я почмокал губами, пытаясь смочить слюной пересохший рот и готовясь ответить.
— Алло? — мой голос звучал так, будто горло скребли теркой для сыра.
— Какого черта происходит? Я названиваю тебе больше часа.
Тон Леви казался лихорадочным.
— Я так понимаю, ты видел новости?
Пауза.
— Что? Новости? О чем ты говоришь?
Резкая боль пронзила мой висок, и я застонал, зажмурив глаза.
— А ты-то о чем говоришь?
— Я говорю о маленьком фокусе, который твой бойфренд провернул в тюрьме.
— Что? — я резко сел, игнорируя свои проблемы с головой и желудком. — В тюрьме? Скайлар? Я не... Что?
— Да. Час назад я получил угрожающий звонок от Фрэнсиса. Он сказал, что Скайлар организовал встречу с Морганом, заявив, что это для какого-то студенческого проекта. Он позвонил предупредить, что если ты опять такое вытворишь, то дело примет неприятный оборот. Ты знал об этом? Это ты его туда послал?
— Ты с ума сошел, бл*ть? Само собой, я не знал.
Я вцепился в подлокотник дивана, рывком поднялся и пошел на кухню, пошатываясь. Скайлар уехал из города с Хантером. В тюрьму, бл*ть? Какого хера?
Мой желудок совершил кульбит, и я свернул в туалет, прибавив шагу. Я успел как раз вовремя, бросил телефон, упал на колени и выблевал галлон алкоголя в унитаз.
Мой лоб покрылся потом, глаза щипало от слез, пока я содрогался в рвотных позывах. Когда в желудке ничего не осталось, я рухнул на пол, вытер тыльной стороной руки рот и нашарил телефон. Леви все еще говорил, матеря меня.
Я замычал, поднеся телефон ко рту, и закрыл глаза, прислонившись затылком к холодной кафельной стене.
— Прекрати орать на меня, черт возьми. У меня голова раскалывается, бл*ть, и я не могу это слушать. Что происходит?
— Ты пил. Бл*ть, у тебя такое похмелье, что на следующее утро ты едва не выблевал собственные кишки. Джейсон, какого черта?
— И что, бл*ть? Да, я пил, и хорошо, что у меня нет бл*тского пистолета, иначе вчера я бы наверняка вышиб себе мозги. Хватит с меня, бл*ть.
— Так, воу, подожди. Отмотай назад. Так ты не знал, что Скайлар поехал в тюрьму?
— Нет! Я же тебе сказал. Думаешь, я бы ему позволил? Ты с ума сошел?
— Тогда почему, черт возьми, ты мучаешься от похмелья и готов вышибить себе мозги? Погоди, ты что-то сказал про новости. Что происходит в новостях? — я услышал, как Леви чем-то гремит. Раздался стук, затем на фоне донеслись громкие звуки. Телевизор. Новостной канал. Несколько минут Леви ничего не говорил, а у меня не было сил объяснять. Это неважно. Правда находилась перед ним. Я слышал репортаж.
Вскоре Леви прошептал:
— Ох, бл*ть.
— Видишь? Хватит с меня. Они знают. Все знают. Я потеряю работу. Мне опять придется переехать.
— Джейсон...
— Нет. Это везде.
— Как это случилось?
Я покачал головой, и мой подбородок дрожал, а на глаза навернулись новые слезы.
— Я не знаю. Леви. Леви, я не могу...
— Я сейчас приеду.
— Ты не обязан...
— Черта с два я не обязан. Сделай мне одолжение. Не пей больше, свяжись со своим чокнутым бойфрендом и дай ему знать, что он в глубоком, глубоком дерьме.