Лейтенант (СИ)

Мы увидели из окна, как к зданию мэрии подъехал чёрный седан. 
– Разведка Белозёрова вернулась, – сказал я. – Неплохо было бы спросить, что они разузнали. 
– Ага, скажут нам, – буркнул Алваро. – Они теперь сами по себе.
– Что значит, не скажут? – возмутился Добронравов. – Скажут, как миленькие. Я поговорю с этим Белозёровым.
Полковник поднялся с места, я – тоже, и мы отправились в мэрию.
Однако, вопреки нашему ожиданию, Белозёров не стал скрывать разведданные и всё выложил. Картина оказалась следующая. Самый многочисленный отряд дозорные обнаружили в Пуэстосе, в ста пятидесяти милях к югу отсюда, в горах близ побережья. Более мелкая группировка напала на городок Итоби – он находился в девяноста милях к северо-западу от нас. На севере, за Нортоном, тоже обнаружились разрушенные поселения, но, кто там орудовал, пока было непонятно. Разведчики сообщили, что жители Итоби держать оборону собственными силами, тогда, как в Пуэстосе обороняться больше некому. Белозёров посчитал целесообразным отправить своих людей в Пуэстос и разгромить группировку.
Ну а мы с полковником вернулись в штаб и стали думать, что делать. 
– Я не отправлю с ними броневик, – объявил Добронравов. – Иначе мы останемся беззащитны. Сегодня утром подошли пятнадцать человек с соседней плантации. Подождём, пока людей будет побольше. Уверен, что Белозёров сам справится.
– Может в Итоби скататься, помочь местным? – предложил я. – Судя по всем, отряд на город напал небольшой. Могу поехать со своими людьми и посмотреть, что там творится.
Добронравов засомневался, но я напомнил ему, что мы вчетвером взяли особняк и истребили крупный отряд неприятеля.
– Ладно, добро, – согласился полковник. – Езжайте. Глядишь, и отобьёте город. Только долго не задерживайтесь: одна нога тут, другая там. И не рискуйте понапрасну! Видишь: дело дрянь – никаких геройств. Понял? Сразу возвращаешься.
– Пожалуй, тоже поеду, – заявил Виноградов. – Полагаю, не помешает помощь ещё одного сильного. 
Добронравов дал согласие, и мы пошли готовиться к отправке.
  
Глава 8
 
Итоби был небольшим промышленным городком. Там находились стекольный и металлургический заводы, а так же крупная животноводческая ферма в окрестностях. А вот из шахт имелась только угольная, а потому непонятно, что индейцы там забыли.
Несколько часов мы колтыхали по просёлочным дорогам на трофейной полуторке с пулемётом. Прямого пути не было, так что приходилось петлять по полям и деревенькам. Один раз чуть не застряли на перевале, где колея так заросла, что паровой агрегат нашего грузовичка еле сдюжил на подъёме.
Машину вёл я, Виноградов сидел рядом в кабине. Макс, Кузя и Ахмет тряслись в кузове. Несколько часов мы с Виноградовым молчали, но потом всё же разговорились. Я поинтересовался, какие цели преследует Союз сильных.
– Хотите власть свою установить? – спросил я. – Царя свергнуть, а самим встать у руля? А кого, если не секрет, назначите новым правителем? У вас же, наверняка, всё уже продумано? А я должен знать, во что ввязываюсь.
– Пока не могу раскрыть всех деталей, – ответил Виноградов. – Пойми, я тоже всего не знаю. Я давно живу в Александрии и далёк от той деятельности, которая ведётся в Евразии. Могу лишь сказать, что да, мы желаем лишить власти семьи, которые сейчас держат её в своих руках. Это не только императорская фамилия, но и приближённые ко двору роды. Понимаешь, государством не правит один человека, даже если имеет соответствующий титул. Государством правит некая коалиция, которая владеет основными ресурсами и средствами производства. В настоящий момент – это боярские роды. И Барятинские, между прочим, играют не последнюю роль в делах государственных... Впрочем, кому я рассказываю. Так вот, наша цель – сменить правящую верхушку, потому что существующая аристократия ни за что на свете не позволит уравнять в правах всех подданных и не предоставит им гражданские права. Для вас, бояр, все те, кто не относятся к одной из знатных фамилий – есть люди низшего сорта, созданные лишь для того, чтобы прислуживать вам. Но такой взгляд порочен, однажды он должен уйти в прошлое. Какая разница, рождается ли человек в знатной семье или нет? Какая разница, наделён он способностями или нет? Здесь, в Александрии, все граждане имеют равные права. И это правильно. Но ты, полагаю, считаешь иначе?
 
– Отчего же? Я считаю точно так же. Для меня нет разницы между боярином и простолюдином, – ответил я. Теперь стало окончательно понятно, почему Союз сильных жаждет, чтобы я возглавил род Барятинских. Виноградов сказал, что Барятинские имеют влияние при дворе. Вон куда они своих хотят пропихнуть. В общем, ясно всё. В правительство лезут.
– Ты – прогрессивный молодой человек, не зашоренный устаревшими догмами, – польстил мне Виноградов. – Впрочем, я понял это ещё во время первой нашей встречи. В тебе я не заметил обычной для боярина надменности. Вот и цели у нас, оказывается, похожи.
«Эх, я бы не сказал, что похожи», – подумал я, но возражать не стал. Сам сейчас в сомнениях находился, к какой цели идти. Вроде бы у этого Союза намерения благие. Вот только пёс их знает, что там и как на самом деле.
– Значит, вы, типа, за всё хорошее против всего плохого? – скептически произнёс я. – Альтруизм, значит? Что-то не верится. Неужели нет никакого личного интереса? 
– Первоочередной наш интерес: жить в мире с таким общественным устройством, при котором не надо не придётся находиться в вечном изгнании, а тебе постоянно не напоминают о том, что ты – низшее существо. Естественно, в будущем, возможно, далёком, члены Союза займут места в новом правительстве. Но, как я уже сказал, всех деталей открыть не могу, да и сам не знаю. Знаю лишь то, что подготовка ведётся уже не одно поколение. Союз сильных сформировался в конце позапрошлого века, его основали несколько влиятельных людей с прогрессивными взглядами. На заре существования Александрии и других самостоятельных государств на территории обеих Америк мы поддерживали повстанцев, борющихся с засильем колонизаторов. Ну а теперь грядёт время перемен и на Родине.
– Вон оно как? Да у вас, я смотрю мировой заговор. Могущественная организация.
– К сожалению, всё намного скромнее, чем хотелось бы. Просто в наших рядах состоят несколько крупных промышленников. Естественно, мы стремимся помогать всем, кто движется в направлении наших идеалов. 
– Хорошо шифруетесь. Так давно строите заговоры, и никто о них не прознал.
– Всякое бывало. В истории Союза есть и чёрные страницы. Были те, кто отдал жизнь ради общего дела. Естественно, императорская власть не афиширует подобные процессы.
Некоторое время мы ехали молча. Дорога шла через поле. С обеих сторон её окружал кустарник. Только что мы миновали очередной шахтёрский городок. Индейцы пока до него не добрались, но местные активно готовились дать отпор. Уже вся округа знала о нависшей угрозе, и народ самоорганизовывался, как мог.
– Подумай на досуге вот о чём, – вновь завёл разговор Виноградов. – Когда вернёшься в Россию, тебе понадобятся верные люди – те, кто разделит твои взгляды и прикроет спину, те, кому сможешь доверять. В данных обстоятельствах это крайне важно. Со своими родственниками тебе придётся держать ухо востро – сам понимаешь, надеюсь. 
– Само собой. Но что ты предлагаешь? Вы уже решили, кто будет в моём окружении? – спросил я с усмешкой.
– Окончательное слово, так или иначе, останется за тобой, – Виноградов то ли не понял моей издёвки, то ли не виду не показал. – Скажи, одна из девушек из твоей свиты... Екатерина, кажется, да? Одна, как я понимаю, была дружинницей Птахиных, а потом переметнулась? Почему она следует за тобой?
– У неё идея служить самому великому роду, который только может появиться на этой планете, – не без сарказма ответил я. – А вторая – моя возлюбленная.
– Понятно. Что ж, неплохо... А эти ребята, что с нами едут? Насколько вероятно, что они захотят и дальше служить тебе?