Услышь моё молчание (СИ)

− И как же она объяснила моё отсутствие? — холодно и равнодушно задал вопрос Герман, ведь Артур ждал этого.
− Ты на своих страницах в соцсетях вывесил объявление, что уезжаешь из страны. Тебе так всё напоминает о трагедии, что ты просто не можешь остаться на родине. Всех друзей ты заблокировал. Представляешь?
− Хм, − вдруг выдал Герман и улыбнулся слегка сумасшедшей улыбкой, а потом просто расхохотался. Артур глянул на него сначала с удивлением, видимо, на такую реакцию он не рассчитывал, а потом и с беспокойством. Через несколько минут непрерывного хохота он отвесил несколько сильных пощёчин, заставивших голову парня мотнуться из стороны в сторону.
− Вы кретины, Шерстобитов, − выговорил, наконец, Герман. — Те, кто меня хорошо знают, в эту чушь не поверят. Они всё равно будут искать.
− Да пусть рыскают, − подозрительно довольно ухмыльнулся Артур. — Мне не так давно попался симпатичный мальчик, на всё согласный, лишь бы хорошо платили. Волосики завили, покрасили, как надо приодели, всучили новый паспорт и отправили за границу. Теперь Герман Рейне путешествует, весело проводя время. Кто хотел, тот наверняка уже проверил сей факт. Парнишка хоть пожил красиво перед смертью.
− Псих, − тихо прошептал Герман.
− Твои документы лежат у меня в сейфе. А вот какой я псих тебе придётся узнать на собственной шкурке. Неужели ты думаешь, я спущу на тормозах твоё самоуправство? — прошептал прямо в лицо пленнику Артур и тут же свистнул своих «доберманов», которые словно дожидались команды за запертой дверью.
Вадик с Витьком подхватили парня под руки и потащили в подвал. В его старой «психушке» появилось нечто новенькое. Странное п-образное приспособление, чем-то напоминающее спортивный турник. Он был немного уже, но выше. Вдоль высоких штанг шли отверстия, а поперечная перекладина была обёрнута кожей. Герман, как только его подтащили к этой новой «игрушке», догадался, зачем она нужна. Артурчик решил разнообразить их досуг штучками из арсенала садо-мазо. «Этого только не хватало, − успел испугаться Герман, пока Вадик с Витьком закрепляли его на этом агрегате. Они завели его руки за перекладину и соединили спереди наручниками с небольшой цепочкой. Было чертовски неудобно и страшно. Герман, подняв глаза, заметил ещё одну странность. — Какого хрена они все здесь? Стас?» И это действительно было странно. Обычно Артур забавлялся с ним без свидетелей, но в этот раз в дверях столпились все охранники во главе с Удавом. Тот спокойно прислонился к дверному косяку и покуривал. Артур сбросил рубашку, расстегнул штаны и подошёл к своему строптивому пленнику.
− Сейчас ты сделаешь мне минет, малыш, − промурлыкал он, вытаскивая, совершенно не стесняясь присутствия охраны, свой нехилый член из штанов.
− Н-нет, − Герман упрямо замотал головой.
− Не хочешь? Хорошо! Тогда мои ребята поимеют твою упругую попку прямо здесь и сейчас, а я полюбуюсь. Наблюдать мне тоже по вкусу.
− Совсем спятил? Артур, я тебе не вокзальная шлюха, чтобы развлекать твоих охранников, — прошептал Герман, с испугом читая во взгляде своего личного мучителя ответ. Он действительно отдаст его своим людям. При словах хозяина Вадик презрительно перемигнулся с Игорьком, Витёк же жадно сглотнул слюну. Этот точно не откажется. Удав хищно осклабился, а Стас… Кажется, он испугался. Только не за себя. Похоже, парню дошло, в какое дерьмо он вляпался. Герман, может быть, и смог бы ему в тот момент посочувствовать, если бы его не захлестнул животный страх. Изнасилование толпой он не переживёт, просто сойдёт с ума. Это слишком даже не жестоко, просто чудовищно.
− Минет, Герман, − слащаво улыбнулся Артур, становясь прямо напротив. — Или…
− Д-да. Только пусть они выйдут. Пожалуйста, Артур, − выдавил из себя Герман. Его гордость не просто крошилась, она разваливалась на огромные куски. Оказывается, у него был предел. Предел того, через что он может пройти не сломавшись.
− Если бы ты не стал ломаться, мы провели бы время наедине, но теперь у нашей сладкой игры будут зрители. — Артур положил руку на затылок парня и резко, до боли в вывернутых руках, наклонил его вперёд, к своему паху. Герману пришлось встать на цыпочки и повиснуть на локтях, при этом цепочка от наручников неприятно впилась в кожу живота. — Открой ротик, малыш, папочка приготовил для тебя подарок.
Дальнейшее было словно в тумане, тягучем и липком как кисель. Противный вкус семени Артура на губах, боль в заднице от резких жестких проникновений и грязь на коже от презрительных, насмешливых, похотливых взглядов охраны. Единственное, чего хотел Герман — это чтобы всё закончилось. Всё. Абсолютно. Он устал. Словно защитная вуаль, закрывающая его от прикосновений Артура, его сознание накрыла апатия. Где-то на периферии он почувствовал, как перестало дёргаться тело Артура, как потекла по ногам горячая вязкая сперма. Голос Удава раздался как-то вдруг, вырвав на мгновение из спасительного омута бесчувствия.
− Артур, хватит развлекаться. Через полчаса у нас важный гость. Забыл?
− А-а! — раздосадовано протянул тот, похлопывая Германа по спине. Артур запустил свои пальцы в длинные тёмные волосы и приподнял его голову. — Как же не вовремя, правда, малыш? Мы только вошли во вкус. Стас, Вадик! Оттащите его на чердак, пусть там побудет.
Чьи-то руки до странности бережно подхватили Германа под мышки, пока кто-то другой расстёгивал наручники, и голос Стаса прозвучал шепотом в ухе: «Держись, парень». Он, с трудом натащив на грязное тело штаны и еле переставляя ноги, поплёлся на чердак. Сил не было, но… Как только закрылась дверь, Герман словно ожил. Он обвёл своё убежище каким-то до странности спокойным взглядом, вдруг остановившимся на одном из старых книжных шкафов, а потом опустил глаза вниз. Возле двери стоял колченогий табурет. Герман улыбнулся, довольно кивнул собственным мыслям, а затем подхватил табурет в руку и, что есть сил, швырнул в направлении шкафа. Стеклянные дверцы жалобно звякнули и разлетелись на осколки. Быстрый рывок на грани. Острый осколок в руке. Лишь секунда на размышление и стремительное движение по светлой тонкой коже запястья. Алый цвет перед глазами, шум сердца в ушах и грохот открывающейся двери.
− Ему нужен врач, − громкий крик Стаса, переходящий в шёпот: − Зачем?
− Устал, − прошептал Герман, глядя в тёплые встревоженные карие глаза, в которых больше не было презрения.
  
Глава 3
 
Иногда у мгновения свободы слишком высокая цена
 
Кто-то забрал из его рук бокал с так и не тронутым алкоголем, и Герман мгновенно открыл глаза. Туман воспоминаний растаял вместе с лицом Стаса и чердаком в доме Артура, а перед ним стоял высокий светло-русый молодой мужчина и с укоризной смотрел сверху вниз. Он покачал головой и за пару глотков опустошил бокал Германа.
− Что ты здесь делаешь? Я думал, что та симпатичная «рыбка» поймана тобой до утра? — криво усмехнувшись, задал Герман вопрос старому другу.
− Да вот некоторые особо шустрые не дали насладиться обществом девочки. Вышел я после первого раунда из апартаментов, и мне охранник передал, что мой друг уехал. Пришлось прощаться и тоже покидать такую гостеприимную Усадьбу. Тебе там не понравилось?
− Нет. Место весьма интересное, а главное, приличное во всех отношениях. Даже… местная фауна очень воспитана. Я знал, что это за место, знал, какие услуги там оказывают, но… Ты меня удивил. Судя по всему, твой знакомый Андрей Стаховский оригинал. Передай ему, что я встречусь с его протеже, тем более что её работы очень хороши. Качественно, интересно, со вкусом. Она талантливый фотограф и для нашего издательства подойдёт. Зачем ты приехал? Глеб, мне не нужна нянька.
− Угу, − проворчал Горянский, присаживаясь на диван рядом с Германом. — Ты собирался отрываться до утра, найти себе девочку, а потом рванул из клуба так, словно за тобой черти гнались. Что случилось-то?
− Ну, не черти, а просто встретил, так сказать, призрак из прошлого, − нехотя ответил Герман, подтягивая слегка замёрзшие ноги на диван и устраиваясь удобнее.