Салем кот Поттера (СИ)

— Квиррелл, ты не говорил, что у тебя есть уродливый сиамский близнец, — не удержал язык за зубами Салем. — Тебя случаем не Куато зовут? — разглядывал он «нарост» на голове собеседника. — Ты же не будешь просить меня открыть свой разум?
— Я Тёмный Лорд Воландеморт, — собеседник зло сощурил горящие красными угольками глаза.
— О, это ты, Воландеморт! — радостно воскликнул Салем. — Я слышал, ты сейчас не в лучшей форме. Ну, знаешь, как говорится: «Не всё коту масленица, иногда и пост приходит». Хотя, судя по твоему виду, у тебя пост уже давно наступил.
  
Воландеморт, явно не оценив шутку, прошипел:
— Квиринус… убей его… или я сделаю это сам…
— Эй-эй! Постой! — испуганно попятился Салем. — Это была шутка. Ирония, сарказм! Слышал о таком? Давай поговорим как цивилизованные волшебники. Как неудавшийся император человечества и провалившийся тёмный лорд.
— Постой, Квиррелл, — остановил подчинённого Воландеморт. — Дай нам ещё поговорить. Я предлагаю тебе присоединиться ко мне. Кстати, кто ты на самом деле? Как тебя зовут? И почему ты кот?
— Рад, что ты спросил, — гордо приосанился кот, прекратив пятиться. — Я Салем Сэберхэген, величайший волшебник своего времени! А котом я стал в наказание за попытку завоевать мир. Знаешь ли, весьма утомительно тягаться с Советом магов, в котором заседают волшебника не слабее тебя, а твои помощники кретины. Их почти всех тоже в наказание превратили в животных. Одна лишь Хильда Спеллман отделалась домашним арестом из-за связей в Совете.
— Совет магов? — удивлённо протянул Воландеморт. — Никогда не слышал о таком. Видимо, это было ещё до создания международной конференции магов и министерств магии. Мы с тобой очень похожи. Я тоже потерпел поражение, а мои помощники были в большинстве кретинами. А теперь я вынужден скитаться в виде духа. Присоединяйся ко мне, Салем Сэберхэген, и мы вместе завоюем мир!
— Звучит заманчиво, но ты даже власть в Великобритании не смог захватить, — Салему претило становиться шестёркой неудачника, но на этот раз ему удалось удержать язык в узде. — Давай сначала временно объединимся и добудем философский камень. Поделим его по-братски. А там посмотрим насчёт дальнейшего сотрудничества.
— Так ты тут всё же ради камня! — обрадовано растянул губы в мерзкой ухмылке Воландеморт. — Как и я. А та договоренность с Дамблдором фальшь? Я прав?
— Ну почему же? — хитро прищурился Салем. — Я же свою работу могу выполнить разными способами. Не помню, о чём конкретно мы с ним договорились, но вроде бы там было что-то насчёт избавления от тебя. Если мы с тобой договоримся и ты покинешь замок, фактически я от тебя избавлюсь. И с моей стороны условия сделки будут выполнены.
— Хитро, как и полагается тёмному лорду, — омерзительно заухмылялся Воландеморт. — И всё же, чего ты хочешь за заклинание бессмертия?
— Если у тебя найдётся способ вернуть мне человеческий облик, то я готов обменяться на чары бессмертия, — не стал стесняться Салем.
Ради становления человеком он готов был заключить сделку хоть с самим Сатаной. И даже то, что Воландеморт убийца родителей Гарри Поттера, с которым он близок, неспособно было его остановить, если тёмный лорд даст ему желаемое.
— Такие способы есть, — после небольших раздумий продолжил Воландеморт. — Я знаю как минимум три подходящих варианта. Я готовился использовать их для своего возрождения. Но они и для тебя должны подойти. Если поможешь мне достать философский камень и научишь своему заклинанию, я поделюсь с тобой методами возрождения.
— Я в деле! — Салем подозревал, что Воландеморт хочет его кинуть, но соблазн оказался слишком велик.
— В таком случае следуй за мной… — пошёл вперёд на спуск Воландеморт, вернее, Квиррелл.
Лицо на затылке следило за котом, который шёл за колдуном.
Глядя на эту физиономию, Салем стал догадываться, какой один из методов возрождения. Для этого требовалось в виде духа вселиться в тело волшебника. Только этот маг должен был добровольно его впустить в себя.
При мысли о том, что мужик Квиррелл, впустил в своё тело другого мужика, Салема перекосило от брезгливости.
— Не люблю таких… — тихо пробормотал он.
— Что ты сказал? — переспросил Воландеморт.
— Переселение души в тело другого волшебника, — на нормальной громкости произнёс Салем. — Это же один из твоих вариантов возрождения?
— Допустим… — расплывчато ответил Воландеморт.
— Но что-то пошло не так, — продолжил Сэберхэген. — И ты оказался на затылке и ослаблен. Поэтому тебе нужен философский камень.
— Ничего иного от древнего тёмного лорда не ожидалось, — ухмыльнулся Воландеморт. — Ты раскусил меня. Но тебе наверняка неизвестны специфические заклинания тёмной магии, которые позволяют вселяться в тело другого волшебника, возрождаться и тому подобное. Поэтому без моей помощи тебе не обойтись.
Салем подозревал, что собеседник его обманывал и пытался ввести в заблуждение. Сам же он где-то узнал об этих заклинаниях. По крайней мере, Воландеморт не выглядел как волшебник, который придумывал новые заклинания. Скорее, он напоминал гопника, который отжимал чары у других. Впрочем, не исключено, что по молодости этот маг и мог придумать что-то новенькое.
Дальше Салем стал сторонним наблюдателем. Он следовал за Квирреллом на некотором отдалении.
Вскоре они достигли конца прохода и увидели перед собой ярко освещённый зал, потолок изгибался высоко над головой. Зал был полон маленьких сверкающих птичек, которые порхали повсюду, переворачиваясь в воздухе. На противоположной стороне помещения имелась массивная деревянная дверь.
У Салема зачесались лапы поймать этих птичек, но те кружили слишком высоко. А стоящая возле двери летающая метла его пугала. После одного полёта на этом адском агрегате он больше летать на мётлах не хотел никогда в жизни.
— Это ключи, — хмыкнул Воландеморт, рассмотрев, что летают не птички.
В следующее мгновение Квиррелл направил волшебную палочку на двери.
— Бомбарда максима! — выпустил он взрывное заклинание.
Взрыв прозвучал, но дверям было на это плевать. Они лишь слегка шелохнулись.
Тогда Квиринус попробовал использовать на дверях чары открытия замков, но ни одни из них не сработали.
После этого он применил к дверному полотну проклятье гниения, но и оно не помогло.
Попытка сжечь преграду тоже провалилась.
Тогда маг попытался призвать или притянуть к себе магией ключи, но те были защищены от подобного.
— Снитч! — скорчил рожу Воландеморт, будто снова понюхал у кота под хвостом. — Все эти ключи зачарованы теми же чарами, что и снитч в квиддиче. Поэтому чарами на них воздействовать невозможно. Используй метлу, Квиррелл.
Салем с любопытством наблюдал за тем, как Квиррелл неуклюже летал на метле и пытался поймать хоть один ключ. Когда же у него это получилось, то ключ не подошёл.
В итоге колдун психанул, и трансфигурировал воздух в плотную ткань, которой накрыл все ключи. После этого он волшебством притянул к полу полотно и словно рыбёшку из сети принялся по одному доставать и пробовать ключи. В итоге один из них подошёл. Как назло, он был самым последним.
Наконец, дверь открылась.
— А⁈ — Салем распахнул глаза на скрип петель. — Уже?
— Ты спал? — недовольно смотрел на него Воландеморт.
— Вы так интересно ловили ключи… — Салем широко зевнул. — На самом деле нет. Вот я и уснул. О! Тут огромные живые шахматы. И мне кажется, они нас не пропустят дальше.
— Бомбарда максима! — Квиррелл взорвал первую белую ладью.
В тот же миг все шахматные фигуры ощетинились оружием и начали угрожающе надвигаться на колдуна. Но тот осознал, что взрывные чары на них действуют, и принялся забрасывать шахматы бомбардами. Казалось, он делал это с превеликим удовольствием, вымещая накопившуюся в прошлом зале злость.
  
В результате его буйства все шахматы оказались уничтожены. Но к тому моменту, как последние из них взорвались, первые начали восстанавливаться.