Трон секретов

Пульс зашкаливал.
Шум хлопающих крыльев стих.
– Подготовиться!
Гигантские твари ринулись на нас внезапно, словно кометы, падающие с небес.
Прижав к огромным чешуйчатым телам величественные крылья, они резко пикировали на землю один за другим, причем мы оказались застигнуты врасплох их количеством.
Вокруг массивных тел завывал ветер. От этого воя волоски на руках встали дыбом.
  
Самый большой из драконов с рыком и грохотом упал передо мной на землю. От удара образовался кратер, по краям которого поднялся метровый вал из снега вперемешку с замерзшей землей. Дракон промахнулся всего на несколько дюймов. Его чешуя переливалась и сияла, как бриллиант. Он щелкал челюстями с рядами клыков, смертоносных, словно кинжалы.
На груди у него поблескивал один-единственный неровный шрам.
Я оскалился в дикой ухмылке. Это был Сильванус – дракон, с которым мы выходили один на один на протяжении почти целого века, тот самый, которого я собственноручно вырастил из едва вылупившегося детеныша.
Однако эта связь на поле боя почти ничего не значила.
В схватке мы были приблизительно равны, и никто из нас не желал сдаваться.
У Сильвануса был норов злобного домашнего кота, как у моего брата Лени: он выходил на спарринг только в хорошем расположении духа, в ином случае беспокоить его было нельзя.
Я украдкой взглянул на охотников – почти все сражались с драконами один на один. Когда мои люди наносили удары, у всех на лицах были одинаковые волчьи ухмылки.
Я снова сосредоточился на своем сражении и поддался острым ощущениям, настроившись только на них.
– Ну что, потанцуем, старина? – усмехнулся я, пытаясь отыскать хоть малейшую возможность, чтобы нанести удар.
Побеждал тот, кто проливал первую кровь. Меня ждало тепло замка и две огромные бочки пряного эля. Хотелось отпраздновать победу этим же вечером, подальше от жуткого холода, который сжимал мои яйца в ледяном кулаке.
Сильванус изверг струю белого пламени прямо к моей левой ступне, вынудив отскочить. Этот ублюдок чуть не уничтожил мои любимые охотничьи сапоги.
Я указал кинжалом себе под ноги.
– Поаккуратнее с тонкой кожей, чешуйчатый ты варвар!
Острые зубы блеснули в угасающем свете – так Сильванус по-драконьи усмехнулся.
Он снова испустил поток ледяного огня, на этот раз целясь в другую ногу, и я негромко рассмеялся. Сам же пригласил его на танец, вот этот ублюдок и заставил меня поплясать.
– Отличный ход!
Тут моя ухмылка померкла. Страсть к охоте и стремление к победе взяли верх. Прищурившись, я двинулся вперед, чтобы привести в действие свой план. Я собирался сделать финт влево, а затем подловить его джебом справа и нанести удар снизу по морде. Дракон был массивным и потому не отличался ловкостью. Я намеревался использовать это преимущество до тех пор, пока не добился бы победы.
Однако Сильванус не стал атаковать. Стоя на месте, он издал предупреждающий низкий грудной рык. Все его внимание было приковано к чему-то за моим плечом. Учитывая, что мой рост около двух метров, смотрел он явно не на кого-то из охотников.
Дракон предупреждал меня о чем-то другом.
Я развернулся, едва успев избежать удара второго дракона. Будь я смертным, он оторвал бы мне голову.
Легкомыслие тут же испарилось без следа. В наших забавах смертельные удары были запрещены, даже несмотря на то, что убить меня невозможно. Однако здесь находились и другие охотники, которые могли умереть.
– Мне стоит напомнить о нашем пакте? – вскипел я, не сводя глаз с обоих драконов.
Хотя Сильванус и предупредил меня один раз, не верилось, что он поступит так снова. Драконы – стайные существа, совсем как волки, они подчиняются вожаку.
Сильванус склонил голову в знак признания договора. Другой дракон просто зарычал.
Когда-то ледяные драконы беспрепятственно разгуливали по Семи Кругам, охотясь на демонов и иных существ, то есть на кого хотели.
В один из самых мрачных периодов нашей истории семеро вожаков каждой стаи спланировали единое нападение. Они терроризировали всех, оставляя за собой по всему королевству кровавый след.
В отличие от большинства других существ ледяные драконы охотились не только ради того, чтобы поесть. Им нравилось убивать, и однажды они удовлетворили все свои самые темные желания в каждом Доме Греха. Количество погибших ошеломляло.
Итак, более ста лет назад я вел переговоры о первом мирном соглашении между драконами и моими братьями. Используя надлежащее заклинание, мы смогли пообщаться с врагами и пришли к компромиссу, который устроил всех.
Согласно договору, если я не приглашал их в свой круг на какое-то определенное мероприятие, они оставались в изоляции на крайнем севере, в суровом, практически диком крае за моими владениями.
Драконы разделили свои владения на семь областей, каждая из которых управлялась одним из вожаков. Личности этих вожаков они держали в тайне, не желая раскрывать секреты стаи, хотя я был твердо уверен, что ту, с которой мы общались чаще всего, возглавлял Сильванус.
Обсуждая своих главарей, драконы называли их просто альфами.
Мы согласились не вмешиваться в их политику при условии, что они не будут причинять друг другу серьезный ущерб.
В обмен на то, что они приняли этот пакт, я согласился каждый месяц устраивать охоту с отрядом, чтобы сражаться с драконами ради забавы. Так они должным образом поддерживали ясность ума. Братьям было позволено присоединяться к нам всякий раз, как они подавали прошение об этом в мой Дом Греха.
Но ни одному из нас не было разрешено убивать.
Новый дракон – Алоизий, судя по чуть более темному оттенку серебристо-голубого хвоста – приближался с угрожающим видом. Переливающиеся глаза сверкали, а когти вонзались в землю, взрыхляя снег. Во взгляде промелькнул чуть ли не безумный отблеск.
Я переключился на то, что меня окружало, и снова услышал знакомые звуки битвы. Другие драконы вели себя нормально, разве что немного дико. На охотников накатывали волны адреналина: от каждого удара у них сверкали глаза.
И все же меня не оставляло какое-то неприятное предчувствие.
– Стоять! – выкрикнул я. В моем голосе прозвучала магия Принца Ада, заставляющая повиноваться.
Брат прекратил сражаться и бросил на меня недоверчивый взгляд. Его кинжал замер всего в дюйме от глотки дракона, нацеленный прямо на того. Он едва не одержал победу, а я едва не вынудил его проиграть.
Но демон войны был не из тех, кто так легко уступает в схватке.
Казалось, Гнев готовился начать спор, однако в конце концов сжал губы в тонкую линию. Он явно собирался не согласиться с моим мнением, но решать было не ему: охотой здесь заправлял я.
И моя интуиция подсказывала, что пора отступать.
Я научился никогда не пренебрегать ею, поскольку знал, что за высокомерие она отыграется на мне вдвойне, и это точно не будет приятно.
После целого дня погони за драконами сквозь метель я был разочарован столь внезапным завершением игры не меньше, чем все остальные, но сейчас понимал, что обязан вытащить нас, прежде чем что-то пойдет не так.
– Охотники, драконы, – сказал я, кивнув и тем и другим, а затем дважды ударил себя в грудь кулаком в знак уважения и того, что охота действительно состоялась, – это была славная битва!
Я пристально посмотрел в глаза Сильванусу, дабы убедиться, что дракон понял: вскоре я вызову его обсудить то, что едва не произошло. Пакт обязывал его откликаться на мой королевский зов.
Узкие зрачки быстро расширились, а змееподобная голова еле заметно задрожала. Наконец он подал сигнал, что все понял.
  
У меня не было времени обдумать, что означала странная реакция Сильвануса, – тишину разорвал дикий вопль, от которого в жилах застыла кровь.
Я обернулся как раз в тот момент, когда ледяной дракон бросился на Гнева. Широко разинув пасть, он вцепился моему брату в глотку.
Гнев всегда был невероятно быстрым, однако, даже дотянувшись до пасти ящера, он опоздал, всего на пару мгновений. Тварь вонзила клыки в плоть и закатила глаза: жажда крови взяла верх.