Песня любви для Ворона

— Да… — прошептал он, касаясь губами тугого гладкого живота. — Да! Повторяй мое имя так, словно ты знаешь единственное важное для тебя слово.
Дженна ощущала магическую силу рук, которые медленно, сантиметр за сантиметром, двигались по ногам — от изящных тонких лодыжек к округлым ягодицам. Горячее прикосновение языка оставляло заметную влажную линию, соединяющую коленку и темный треугольник, венчающий белизну бедер.
Она гладила волосы и плечи Рейвена, вздыхая и постанывая, чувствуя, как возбуждение охватывает каждую ее клеточку.
— Рейвен… — шептала Дженна, наслаждаясь горячими дурманящими ласками. — Рейвен…
— Да, — отвечал тот. — Повторяй, повторяй. Пока я буду тебя любить. Когда ты так произносишь мое имя, я хочу всего. С тобой. Здесь. Сейчас. И всегда.
— Рейвен, Рейвен, Рейвен…
Имя звучало словно молитва. А его руки и язык продолжали исследовать ее тело. И когда Дженна уже не могла дальше терпеть возбуждающую любовную пытку, он поднял ее на руки и отнес в маленькую спальню. Очень бережно, как хрупкое бесценное сокровище, опустил на мягкое покрывало. Выпрямившись, Рейвен с обожанием, преклоняясь перед красотой, смотрел на обнаженное тело, которое призывно раскинулось перед ним.
— Рейвен? — Дженна вопросительно посмотрела на него, томясь в ожидании.
Не отрывая взгляда от желанной женщины, он начал быстро раздеваться.
— Я стану любить тебя до тех пор, пока ты в безумии страсти не забудешь обо всем на свете. Ты будешь видеть только меня, знать только мое имя, жаждать только меня. А когда я войду в тебя, то увижу серебристый туман блаженства, застилающий твои глаза, услышу знакомые стоны, сквозь которые зазвучит «Рейвен». А потом осушу слезы счастья и начну сначала.
Возбужденная плоть наполнилась таким же вожделением, как и горящие черные глаза. Он склонился над Дженна, жадно покрывая ее поцелуями.
Мир словно перестал существовать. Только мужчина и женщина парили в танце любви вне времени и пространства. Дженна видела, знала, любила только Рейвена, его жаркие губы, сильные нежные руки, дрожащее от желания тело.
Тишину нарушал только голос Дженны, повторяющий с мольбой заветное имя в страстной песне любви для Ворона.
  
Глава 9
 
В последнее утро лета Дженна проснулась и, потянувшись, потерлась щекой о мускулистую мужскую грудь. В ответ раздался сонный нечленораздельный звук, выражавший удовольствие. Рейвен улыбнулся, не открывая глаз. Он, не желая просыпаться, обнял любимую покрепче и снова погрузился в вязкую пучину сна.
Приподнявшись на локте, Дженна залюбовалась им. Будь ее воля, она не заснула бы и ночью, после возвращения с довольно продолжительной прогулки. Но глаза закрылись сами собой — сказалась усталость. А девушке так не хотелось тратить на отдых драгоценные мгновения из последних, возможно, часов, что им подарила судьба.
Сегодня, да, именно сегодня она обязательно поведает Рейвену о том, насколько серьезны ее чувства. Может, на этот раз он не уклонится от разговора под вежливым предлогом и поверит признаниям? А если окажется, что в его сердце нет места для Дженны, она немедленно распрощается с Рейвеном. Ведь с каждым часом она привыкает к тому, что рядом находится любимый мужчина, без которого жизнь не имеет смысла. Даже сейчас Дженна не была уверена, что ей хватит сил, чтобы отказаться от блаженства и покинуть райский сад.
Рейвен тоже любит меня, пусть немного, но любит, утешала себя Дженна, прижимаясь к нему. А иначе не был бы столь нежным и страстным и не наслаждался бы искренне близостью со мной.
Рейвен и не скрывал, что ему нравится ее общество, хотя Дженна неоднократно напоминала о том, что Энджел с Майлзом приехали сюда совсем не для того, чтобы общаться с ней, совершенно незнакомой женщиной. Наверняка им необходимо обсудить с Рейвеном важные проблемы, но он не желал ничего слушать. После возвращения на берег он постоянно находился с Дженной.
Она засыпала, чувствуя на губах вкус поцелуев, ощущая тепло объятий, а когда открывала глаза, слышала его дыхание и стук сердца. Сидя у Рейвена на коленях, шептала милую чепуху о русалках и слышала в ответ громкий раскатистый хохот, сливающийся с ее серебристым звонким смехом.
 
Сжимая в руке большую жесткую ладонь, Дженна гуляла по берегу моря, наблюдая, как рыбаки вытаскивают из сетей огромных лососей. Или любовалась роскошными лиственницами, которые вспыхивали на солнце золотыми факелами, — их зажигала приближающаяся осень. Спиной прислонившись к Рейвену, как к надежной каменной стене, Дженна, находясь в крепком кольце рук, следила за чайками, которые в предчувствии шторма кружились над волнами и, громко причитая, взывали к безжалостному небу, затянутому грозными черными тучами.
Рейвен всегда и везде сопровождал Дженну. Рай продолжался. Но ее взгляд постоянно натыкался на одиночество и печаль, затаившиеся в огромных черных глазах. И тогда она пыталась рассказать Рейвену о своей любви, о том, как он ей нужен, что она не может жить без него. Но каждый раз Рейвен закрывал ее рот своими губами. Дженна слышала пьянящий чувственный шепот, от которого сладко кружилась голова и по телу приятным теплом разливалось возбуждение. А когда Рейвен, соединяясь с ней, становился ее частью, Дженна была не в состоянии ни думать, ни говорить, она лишь чувствовала и наслаждалась.
Мысль о том, что скоро ей придется уехать и, возможно, навсегда расстаться с Рейвеном, его горячими объятиями и ласками, таилась в подсознании, преследовала и пугала Дженну. Тяжело вздохнув, она закрыла глаза. Не следует грустить, убеждал внутренний голос. Пусть сегодняшний день станет самым замечательным из тех, что мы провели вместе. Без слез и сожаления. Только смех и шутки. Мы встретим уходящее лето легко и весело, насладимся друг другом в последний раз, навсегда простимся с райским садом, который приютил и сблизил нас. А потом я все-таки поведаю Рейвену о своей любви и узнаю наконец, как он ко мне относится. Ведь только от него зависит моя судьба, решила она.
Дженна поцеловала смуглую кожу, туго стянувшую мощные мускулы широкой груди. Затем потерлась щекой о короткие волоски, вьющиеся темными колечками, и нашла губами розово-коричневый диск соска. Ей нравилось ощущать свою власть над мужским телом. Дженна могла дарить любые ласки, воплощать самые смелые эротические фантазии, медленно пробуждая Рейвена от сна. Она по себе знала, как приятно просыпаться от возбуждения, когда чувственные видения плавно переходят в реальность, которая оказывается приятней самых сладостных грез. Дженна открывала глаза и видела возлюбленного, пылающего от страсти, готового подарить блаженство.
Но сегодня наступила ее очередь. Медленно, смакуя каждое мгновение, она наслаждалась каждым прикосновением к любимому. Возможно, нынешним утром ей предстоит в последний раз ласками извлечь Рейвена из пучины сна, чтобы мгновенно погрузить его в бездну страсти.
Дженна откинула простыни и залюбовалась великолепным обнаженным телом, еще пребывающим в мире иллюзий. Встав на колени, она принялась гладить Рейвена, повторяя нежными движениями рук выпуклые изгибы мускулов. Он не открывал глаз, но шевельнулся, подставляя тело ласкам. Дженна улыбнулась. Интересно, что ему снится? Языком она проворно касалась кожи, словно кошка, слизывающая сливки. А пальчики продолжали проворно бегать по груди, животу, бедрам.
Почувствовав, что Рейвен начинает просыпаться, Дженна более усердно стала вызывать в нем желание. Ее губы, оставляя влажные следы от поцелуев, медленно продвигались от подбородка к шее, от шеи к груди. Кончик языка, скользнувший в углубление пупка, дразнил и щекотал чувствительную кожу. А потом Дженна опустилась еще ниже — к черному треугольнику волос, где таилась нежная, но обладающая необыкновенной энергией мужская плоть. Дотронувшись кончиками пальцев, она ощутила, как та оживает, твердеет, наливаясь силой. И возбуждение, нараставшее в Рейвене, передалось и ей. Дженна вошла в азарт, ей хотелось, чтобы его тело сотрясалось от страсти, чтобы он задыхался от удовольствия и нестерпимого желания близости, как это бывало с ней самой, когда руки Рейвена терзали ее сладкими пытками.