Бунтарь (ЛП)

Я знаю, что мне следует остановиться. Я нашел то, что искал, и теперь мне следует положить телефон обратно в ящик стола, где ему самое место. Мои пальцы, однако, не дотрагиваются до кнопки блокировки, поскольку возвращаются назад и открывают ее текст с Леннон. Поток кажется бесконечным, поэтому я останавливаюсь, как только впервые вижу свое имя.
Леннон: Ты в порядке? Мне жаль, что я оставила тебя там, но мой отец убил бы меня, если бы я не вернулась к тому времени, когда он проснулся.
Тесса: Все в порядке, честно. Ни одна частичка меня не возражала против того, чтобы проснуться в постели Ашера.
Леннон: Как все прошло?
Тесса: Именно так, как я и ожидала. Его рот говорит, что мы не можем, но его глаза говорят что-то еще.
Леннон: Думаешь, ты его измотаешь?
Тесса: Ты со мной знакома?
Студент откашливается, и я мгновенно выключаю экран и кладу его на свой стол. Тоби стоит передо мной с растерянным видом.
— Я могу вам чем-нибудь помочь?
Его брови остаются нахмуренными. — Почему у вас телефон цвета розового золота?
Я хватаю устройство и бросаю его в ящик стола. — Почему ты такой чертовски любопытный? Итак, что тебе нужно?
К счастью, он вздыхает и меняет тему, переводя разговор на что-то более безопасное и контролируемое — на задание. Мне нужно быть более осторожным, но в ней есть что-то такое, что заставляет меня забыть, кто я такой и чего хочу. И, судя по этим сообщениям, она не намерена прекращать эту маленькую игру, в которую играет.
***
Игроки делятся на две команды, в майках и без. Келлан — капитан одной, в то время как Таннер — капитан другой. Это всегда хорошая идея — взять двух лучших игроков и выставить их друг против друга. Таким образом, ни одна команда не обязательно лучше другой. Это подтолкнет их работать усерднее и стремиться к победе.
— Я уже могу остановиться? — Стонет Оукли.
Я качаю головой. — Нет. Вы прервали мой урок не один раз, а дважды. Еще пять кругов, а потом спроси меня снова.
Он выглядит так, словно готов упасть в обморок, но я знаю, что он выдержит еще немного. Он бежит всего сорок пять минут. Еще пятнадцать его не убьют.
— Знаешь, — раздается голос у меня за спиной, — ты не можешь просто заставить всех, кто пристает ко мне, бегать круги, пока их не стошнит.
Я напеваю, когда Тесса садится на скамейку. — Кто сказал, что я делаю это именно поэтому? Может быть, меня просто волнует это вопиющее неуважение.
— Итак, если бы я сказала тебе, что иду на свидание с Келланом в эту пятницу вечером…
— Я бы сказал тебе, что ты лжешь. В пятницу вечером будет игра.
Она ухмыляется и на секунду опускает взгляд, затем снова поднимает его. — Тогда почему ты так сильно сжимаешь планшет, что он может сломаться?
Моя рука разжимается, и я мысленно проклинаю себя за то, что снова позволил ей увидеть, как она влияет на меня. Блядь. Что эта девушка делает со мной? Неужели я теряю ту единственную унцию самоконтроля, которая у меня еще осталась? Я делаю глубокий вдох, но не осмеливаюсь взглянуть на нее.
— Разве недостаточно того, что ты знаешь, насколько ты сводишь меня с ума, ты еще и используешь это против меня?
— А что, если я просто пытаюсь привлечь твое внимание? Что, если именно так ты сводишь меня с ума?
Я вздыхаю. — У тебя это есть, Тесса, но это ничего не значит. Ты прежде всего моя ученица. Если бы мы позволили чему-то случиться между нами и люди узнали, ты была бы той девушкой, у которой был роман с учителем. Ты действительно этого хочешь?
— Вряд ли это было бы худшим, как меня называли, — бормочет она.
— Что ты хочешь этим сказать?
Она отмахивается рукой от темы. — Ничего. Мне просто все равно, что люди думают обо мне. И тебе тоже не следует этого делать. Мы оба совершеннолетние.
— Ты все еще студентка. Моя ученица.
— Хорошо, тогда скажи мне вот что, — она проводит пальцами по волосам, — что, если бы я встретила тебя на первом курсе колледжа? Если бы я не была твоей ученицей. Если бы я была для тебя никем, кроме девушки, с которой ты познакомился в баре.
 
Я отвлекаюсь от своих игроков и сосредоточиваю все свое внимание на ней. — Я бы сделал с тобой такое, что все, что произошло в твоем сне, выглядело бы как фильм с рейтингом G.
Широко раскрыв глаза, она судорожно сглатывает. — Да, это. Сделай это.
Посмеиваясь, я возвращаю свое внимание на законное место — не на нее. — Ты сказала, что если бы ты не была моей ученицей, то так оно и было бы.
— Гребаные мелкие детали, — стонет она. — Отлично. Можно мне просто взять свой телефон, чтобы я могла уйти?
— Так легко сдаешься?
Краем глаза я вижу сексуальную ухмылку на ее лице и знаю, что не стоит поворачивать голову. Если я это сделаю, я рискую сдаться, и я не думаю, что лучший способ быть сдержанным в этом вопросе — позволить всей футбольной команде увидеть то, что я хочу с ней сделать. Достаточно плохо, что она сама в курсе.
— Нет, Ашер, но здесь я мало что могу с этим поделать. А теперь телефон. — Она протягивает руку и ждет.
Я достаю устройство из кармана и протягиваю ей. — В следующий раз не используй это на моем уроке.
— Ты сексуальный, когда весь такой властный.
— Тесса…
Смех, который вырывается из нее, что-то делает со мной, когда она встает. — Я не из тех, кто не получает того, чего хочет. Запомни мои слова, Хоторн — я хочу тебя.
С этими словами она уходит, оставляя меня обдумывать ее слова. И, честно говоря, в них нет ничего удивительного. Эта девушка — сила, с которой нужно считаться, и если я не буду осторожен, она просто может заставить меня рискнуть всем этим.
11
ТЕССА
Я прихожу в себя на полу в какой-то отвратительно выглядящей комнате. Здесь нет окон, нет мебели — только твердый, холодный цемент. Моя голова убивает меня, когда я сажусь и пытаюсь вспомнить, как, черт возьми, я сюда попала. Затем все это возвращается ко мне. Мой дядя. Он искал Нокса и Делейни. Я должна добраться до своей сестры.
Изо всех сил пытаясь найти опору, мои глаза ищут дверь, прежде чем они останавливаются на одной в углу комнаты. Я бросаюсь к ней, только чтобы повернуть ручку и обнаружить, что она заперта. Что за черт? Я пытаюсь снова. Не повезло.
— Ты, блядь, издеваешься надо мной? — Я кричу, надеясь, что он меня слышит. — Ты серьезно запер меня здесь?
Мой кулак колотит в дверь, пока я не слышу щелчок замка. Дверь распахивается, и я отскакиваю как раз вовремя, чтобы не попасть под нее. Дядя Дом стоит там, выглядя как злодей. Нет и следа человека, который помог мне научиться ездить на велосипеде, или того, кто тайком угощает меня алкоголем на семейных ужинах. Нет, этот человек ушел, и эта мрачная версия — все, что осталось.
В быстрой попытке я собираюсь проскочить мимо него, но он встает у меня на пути и отталкивает меня назад, смеясь, когда я падаю на землю. Мой локоть саднит от свежей царапины, но я не позволю этому помешать мне выбраться отсюда. Я встаю и пытаюсь пробиться, но он как гребаная стена, твердый и непоколебимый.
— Что с тобой не так? Просто отпусти меня!
Он медленно качает головой. — Я не могу этого сделать. Ты — неотъемлемая часть моего плана.
— Какой план?
Глядя на того, кто находится в коридоре, он ухмыляется, и следующее, что я помню, это то, что в комнату входят четверо парней. У каждого из них бицепсы размером с мою голову, и если бы это не было такой ужасающей ситуацией, я бы, вероятно, ударила бы по крайней мере двоих из них. Тем не менее, все они выглядят так, как будто с легкостью могут сломать меня пополам. Я отступаю, пока не упираюсь в стену, и они загоняют меня в угол.
— Свяжи ее, — приказывает мой дядя. — Мне не нужно, чтобы она пыталась сбежать каждые пять минут.
Один пытается схватить меня, но я быстрее его. Я прислоняюсь к твердому шлакоблоку и использую всю силу, которая у меня есть, чтобы ударить его по яйцам. Он падает на землю, стонет и сжимает свои поврежденные вещи. Другой тянет меня в свои объятия, но мне удается ударить его локтем в грудную клетку.