Первый маркграф (СИ)

Несмотря на почтенный возраст, Суман Второй Олн выглядел довольно крепким стариком. Не знаю, что там с его разумом, больно странные кульбиты Его Величество порой совершает, но по внешнему виду и не скажешь, что человек передо мной сильно болен и ему недолго осталось.
Приговор целителей неотвратим и суров. И без их помощи император умер бы гораздо раньше.
Подробностей я не знаю. Что-то там связанное с полным разрушение магического ядра — случай очень редкий, но стопроцентный смертельный приговор для любого мага, какой бы личной силой, властью, влиянием и богатством тот не обладал.
  
— Ласс Вельк, хорошо, что вы приняли мое приглашение, — улыбнулся император добродушной улыбкой постаревшего, но все еще опасного хищника.
Можно подумать, я мог отказаться.
— Это честь для меня, Ваше Величество, — коротко поклонился я, чувствуя внезапную робость, если не перед человеком, то перед статусом.
— Рад наконец-то познакомиться с таким интересным молодым человеком. — Встав рядом, император изучил мое лицо цепким, придирчивым взглядом, словно пытался отыскать схожие черты. Или мне это только показалось. — Целители и доктора настойчиво советуют прогулки, составьте мне компанию, — он небрежно указал сухой ладонью на одну из дорожек.
— Это честь, — повторил я. Похоже, это словосочетание станет неофициальным девизом этого дня — повторить мне его придется неоднократно.
Некоторое время мы довольно медленно молча шли по выложенным белым камнем дорожкам. Не потому, что императору не хватало сил, а лишь потому, что владыка Эдана привык не спешить. Куда? И зачем?
Мы миновали несколько внушительных, больше похожих на небольшие полянки, цветочных клумб. Аккуратно подстриженную стену кустарника. Пока не оказались в большой, словно купол здания фольхстага, стеклянной оранжерее с экзотическими цветами и растениями, привезенными из южных колоний. Огромный фонтан в центре сооружения отдаленно напоминал пруд. В нем даже кувшинки были. Только росли противоестественно ровным кругом возле фигур дерущихся львов, изрыгающих воду.
Дойдя до белоснежного мраморного бортика, император присел на него. Взял стоявший на бортике и явно не случайно забытый серебряный колокольчик и небрежно тряхнул его, словно хотел удостовериться, что тот может звонить.
Слуга с серебряным подносом появился, словно из-под земли. Явно поджидал где-то рядом, а то и вовсе тихо сопровождал нас в тени укрытых зеленью боковых дорожек. Поставил свою ношу рядом с императором, он склонился в поклоне, ожидая дальнейших распоряжений владыки империи.
— Свободен, — знакомым жестом отмахнулся Суман Второй. Понятно, от кого Ронг Олн подхватил эту привычку.
Между тем со всех сторон фонтана к тени императора устремились рыбки, с ярким пятнистым окрасом. Сомневаюсь, что они узнали императора. Просто привыкли, что тень на воде приносит с собой еду. На принесенном слугой подносе находилась тарелка с разваренным зерном.
— Расскажите о себе, сквайр… И не стойте в на вытяжку, лучше помогите мне покормить этих прожорливых словно фольхи бестий, — улыбнувшись немудреной шутке, император указал на рыбок.
Взяв горсть разваренного зерна, я высыпал его в фонтан. Рыбы с жадностью накинулись на угощение, и тут же затеяли драку. Действительно, очень похоже на фольхов.
— Что Ваше Величество хочет знать?
— В первую очередь, я хочу узнать, что ты за человек. Но рассказывай с самого начала.
Смешно. Да он знает обо мне больше, чем я сам. Но раз самого начала, то мне не жалко. Да и скрывать нечего. Вторая жизнь? Да кто в нее поверит?
А ведь все это уже было! — внезапно понял я. Первая встреча с железным маркграфом Александром Ранком — то же пристальное изучение моего лица, те же вопросы. Неужели император и маркграф знают, кто был моим дорогим папенькой? Или хотя бы догадываются?
Да неважно, этот вопрос перестал интересовать меня еще в той жизни. Не беспокоит и в этой.
Но единокровные братья: император и маркграф, действительно странным образом похожи. Не во внешности, нет. В образе мыслей и действиях.
— Родился в Хоронге или где-то в его окрестностях. Родителей никогда не знал, младенцем был подброшен к храму. Воспитывался в приюте при храме. После выявления одаренности был переведен в приют для детей с даром. Закончил гимназию Харонга для одаренных, стал пажом Академии Доблести Тирбоза. Благодаря награде Вашего Величества сумел получить полевой патент рыцаря. В данный момент командую собственным отрядом наемников «Черный Феникс».
— Забыл указать свой чемпионский титул в турнире академий, про награду, — император стрельнул глазами на украшающий мою грудь орден «За безупречную службу империи». — Участие в спасении принца и прочие заслуги перед императорским родом и империей… Запомните, сквайр, иная скромность хуже бахвальства, — пожурил меня владыка Эдана. — И это мы еще не вспоминаем про ваши обширные, но зачастую весьма сомнительные связи среди фольхов. Знакомство с принцами империи. Для своего юного возраста, вы достигли очень многого.
— Мой император хочет заставить говорить меня банальности? — пожал я плечами. — Молодость — недостаток, который проходит очень быстро.
— Верно, — согласился Суман Второй, проведя ладонью по редким седым волосам. — И слишком поздно мы понимаем, насколько быстро и бестолково он пролетел… Слышал, ты привез прошение от представителей Вольной марки? — как бы невзначай поинтересовался он.
И про это доложили. Думаю, «Вершитель» еще до Серого Берега долететь не успел, а император все знал.
— Так точно, — я с поклоном протянул ему кожаный тубус.
Взяв его, император покрутил тубус с прошением в руках, но открывать не стал.
— Не слишком ли многого хотят лучшие люди города? — поинтересовался он, хитро сверкнув глазами.
Знает, разумеется, знает.
— Это решать только Вашему Величеству, — вывернулся я. Судя по довольной, благосклонной улыбке, попал точно в цель.
— Возможно… все возможно. Но что это даст империи?
А этот вопрос я ждал, и заранее к нему подготовился, порядком посидев над картами.
— Спокойствие в Вольной марке даст новый толчок к освоению и закреплению в Пепельных землях. Империи давно пора выйти за пределы Сухой реки.
— Сухая река — естественная и надежная защита от тварей пустошей.
— От тварей пустошей Вольную марку в первую очередь защищают пушки фортов и световые копья оруженосцев и рыцарей, — позволил себе не согласиться я. Отчасти император прав, но это не самая большая часть. — К тому же, что нам мешает создать аналог Сухой реки? — добавил я. — Стена от залива Вулканов до Сухой реки, или хотя бы вал с цепочкой фортов, обезопасит от большинства тварей внушительный кусок побережья, немногим уступающий площадью Вольной марке.
Говорить, что это дело далекого будущего, не стану. В преддверии смены власти в империи, такими масштабными проектами никто не будет заниматься. А в одиночку Вольной марке, пусть и объединенной, это не потянуть. Там вообще в первую очередь нужно с инфраструктурой что-то делать. Проложить железку через Одинокие вершины, связав Вольную марку с империей. Или хотя бы развить внутреннюю железнодорожную сеть, связав четыре города-крепости. Да просто связать железнодорожной линией Серый Берег и Степного Стража уже толчок в развитии. Насколько проще жизнь станет! Море Мунмар не капризное, полное мелей Пресное море, с его похожим на смесь болота и зыбучих песков восточным побережьем. Серый Берег вполне себе приличный порт, способный обеспечить снабжение Вольной марки и развитие торговли.
  
Хотя, какая к демонам инфраструктура, для начала придется давить недовольных и принуждать нежелающих. Наемники захотят все отнять и поделить, фольхи — сохранить и приумножить, император — стравить всех и наблюдать со стороны за этой грызней, периодически выступая в качестве миротворца.
Да и я что-то сильно далеко в будущее стал глядеть, словно маркграфство у меня уже в кармане. А это не факт. Ох, не факт!