Первый маркграф (СИ)

— Все так! — важно подтвердил я.
— Нет, ну а серьезно, что произошло?
— Не очень удачный заговор, — пожал плечами я и отстраненно добавил, внезапно решив поделиться мыслями, которые все не шли из моей головы: — Или очень удачная имитация оного.
Как-то слишком ловко заговорщики подкоп под фольхстаг проделали. Похоже, заранее готовились и довольно давно. Без крыши на самом верху тут не обошлось. Все же подорвать фольхстаг в столице — это не то же самое, что взорвать или стрельнуть третьесортного чиновника где-то в провинции.
  
Может Третьему Отделению все еще далеко до Корпуса Хранителей, но это же столица!
— Имитация? — совершенно искренне удивился Константин. — Да зачем это могло кому-то понадобиться?
— Мало ли, — вновь пожал я плечами.
Не лучшая идея упоминать Александра Ранка. Какими бы сложными не были их отношения, маркграф все же глава рода Константина и довольно близкий родственник. Но железный маркграф один из тех людей, которым марионеточный мятеж в столице мог бы быть очень выгоден. Третье Отделение плохо работает — вон какой заговор у себя под носом проглядели! Ату их! Восстановите Корпус Хранителей Престола и «черные» быстро загонят всех мятежников под землю! Если за «мастеровыми» стоят «черные», то в последнем утверждении можно не сомневаться.
Все же стоит похвалить себя за предусмотрительность. Хорошо, что я не побежал со своим предвидением к железному маркграфу. А ведь из фольхов он мне изначально казался наиболее влиятельным и вменяемым.
Ну не верю я, что «черные» ничего не знали о мятеже. «Мастеровые» давно должны были находиться в фокусе их внимания.
Фольхи играют в свои странные игры, что им до возможной войны? Вот и мои откровения они бы употребили себе на благо, искренне считая, что это равно благу империи.
— У тебя слишком богатая фантазия, — вынес вердикт Константин, не поверив моим словам. Ах эта наивная, пока что не испорченная интригами «взрослых», юность. — А то, что ты копье мятежных рыцарей разбил, вместе с магом и огромным отрядом мятежников — тоже враки? А то в газете писали всякое.
Интересно, кто это вновь лепит из меня героя? А главное, зачем этому явно нехорошему человеку, это понадобилось?
— Не копье, а полукопье, — внес корректировки я. — «Огромный» отряд — это человек пятьдесят «мастеровых» с дрянным оружием и одной древней пушкой. С магом вообще без меня справились и гораздо позже.
— Значит, правда, — вынес очередной ошибочный вердикт Константин, словно и не услышав моих пояснений.
— Что мы все обо мне, — криво улыбнулся я, резко меняя тему. — У вас тут новости ничуть не хуже. Кто бы мог подумать, что барон Константин Дорал-Ранк женится на виконтессе Дэе Готмал.
Константин напрягся. Ему явно не хотелось поднимать этот вопрос, но именно ради него он и пришел. Это понимаю я, это понимает он.
— И что ты обо всем этом думаешь? — тихо спросил он, растеряв напускную уверенность и пряча глаза.
— Какая разница, что думаю я, если женишься ты?
— Слушай, давай не играть! — В его зеленых глазах полыхнул огонек раздражения. — Я не слепой и отлично вижу, что Дэя тебе нравится.
— И вновь, какая разница, нравится ли она мне, если женишься ты.
— Зараза, если бы ты знал, как раздражает этот твой сухой тон и взгляд умудренного жизнью старика? Правильно Дэя гов… — он прервался на полуслове, затравлено посмотрел на меня и замолчал.
— Продолжай, — подобрался я, — и что же там говорит Дэя? Похоже, вы успели неплохо поладить? Ты ведь пришел не только от своего имени, но и от ее? Или я не прав?
— А ты бываешь не прав? — хмыкнул Константин, с силой проведя растопыренной пятерней по волосам. — Гарн, ты может и гений на турнире или войне, но в отношениях с девушками не понимаешь ровным счетом ничего. Ты считаешь, Дэя не заметила твоих томно-задумчивых взглядов и неловких попыток ухаживаний? Заметила! Она умная девочка. Более того, ожидала от тебя хоть каких-то действий. А сколько писем ты ей отправил за это время?
— Мне было как-то не до писем, — резко обронил я, понимая правоту его слов. — Да и Вольная марка была практически отрезана от империи.
Так себе оправдание. Писем я не писал по нескольким причинам. Во-первых, не очень-то и умею. А во-вторых, и это главное, мне сложно воспринимать эту Дэю той Дэей — сколько сходства столько же и различий. Да и та Дэя… любил ли я ее? Любила ли она меня? Или это была просто попытка выкроить себе хоть немного тепла в хаосе умирающей империи?
— То-то и оно, старик, — кивнул Константин, а я непроизвольно вздрогнул, услышав свое старое прозвище из будущего. — У тебя никогда не бывает времени. Да и «практически» не то же самое, что «отрезана». Мы ведь, знаешь ли, немного волновались за одного придурка. Мог бы и черкнуть пару строчек, что жив, здоров. Не Дэе, так хотя бы мне, Ланилле, Амите или Сагару. А все, что мы от тебя за это время получили, это деньги и сухой отчет о состоянии отряда. Так что, когда ее отец и мой дед договорились, она не особо возражала против этого брака. К тому же, все к этому и шло — нам давно советовали друг к другу присмотреться.
— Если все решено, то к чему этот разговор?
— Боги, какой же ты умный, но тупой, — прикрыл глаза Константин. — Я все же твой друг. Одно твое слово и все можно переиграть. Извинишься перед Дэей…
— За что? — возмутился я. То, что я совершенно не умею писать письма, не отменяет того факта, что альвы фактически заблокировали Степного Стража.
— А за все, — просветил меня Константин. — За то, что было, а особенно за то, чего не было. За то, что будет, тоже извинись — не помешает. Это я тебе говорю как наследник сокровенных знаний, доставшихся от первого железного маркграфа. Он, как ты понимаешь, знал толк в женщинах. А там, глядишь, мы будем праздновать твою свадьбу.
Я задумался, прикидывая варианты. И внезапно нашел ответ. Потому что все варианты, которые вертелись в моей голове, были не столько о Дэе, сколько о возможных выгодах от этого брака.
И эта внезапная мысль принесла в душу спокойствие.
— Что мы все обо мне, да обо мне? Скажи, ты сам-то хочешь жениться на Дэе? — поинтересовался я.
Константин не стал брать паузу, а тут же кивнул, глядя мне прямо в глаза.
— В отличие от других кандидаток, ее я хотя бы довольно давно знаю. Любви между нами нет, но взаимное уважение и симпатия присутствует. Поверь, в нашем положении это уже не мало! — быстро пояснил он, но что-то в его словах меня насторожило. Неужели Дэя ему чуть более чем просто нравится? Я уже ничему не удивлюсь! — К тому же мы ровесники — еще один огромный плюс. Для Дэи так уж точно, — добавил Константин, подтверждая мои подозрения. — Ее ведь могли и за старика какого сорокалетнего сосватать. Вон барон Игомат-Савитр вдовцом недавно стал.
— Браки по расчету самые крепкие, если расчет правильный?
— Что-то вроде того, — согласился Константин.
— Тогда кто я такой, чтобы стоять на пути вашего счастья?
Признание далось не без труда. Не скажу, что сердце разрывалось на части или что-то в этом роде. Но я как-то привык, полагаясь на знания будущего, считать Дэю своей. И это самое будущее преподнесло очередной болезненный урок, смачно ударив под дых.
Но может это только к лучшему? Все меняется. Не зря же говорят, что нельзя войти в одну реку дважды.
— Уверен? — спросил Константин, но особой уверенности в его вопросе я не расслышал. Скорее, скрытое облегчение. Да и в глазах мелькнуло что-то вроде признательности.
Какой же он все-таки еще мальчишка! Благородный, но мальчишка.
— Уверен, — подтвердил я, заставив себя беззаботно улыбнуться. — Так что не бойся, на сорокалетней «старухе» тебе жениться не придется.
  
— Пф-ф, у мальчиков в этом плане всегда было преимущество, — заметно расслабился Константин. — Хотя… всякое бывает, — уже не так уверенно добавил он. — Вон, одна из теток Дэи все еще не замужем. А ей скоро тридцать. Кстати, ты же теперь маркграф! — он плотоядно посмотрел на меня.