Первый маркграф (СИ)

Гадать можно долго, но суть от этого не изменится — мы вляпались. Или нет? Больно хорошее настроение у принца.
Между тем, дистанция между охотниками и жертвой сократилась. Вражеские дирижабли оказались так близко, что невооруженным глазом можно разглядеть людей, копошащихся на стрелковой галерее. Опознавательные знаки островитяне сняли, даже названия и те были спешно закрыты намотанными на медные буквы тряпками. Но с формой воздушников заморачиваться не стали. Да и времени на это просто не было. Так что синие мундиры островитян сразу бросались в глаза, не позволяя ошибиться с опознанием противника.
  
А ведь они нас догоняют. Вернее, уже догнали, но почему-то не спешат открывать огонь. Молчат и наши пушки, хотя дистанция подходящая.
— Почему мы не атакуем? — поинтересовался я.
— А должны? — усмехнулся третий принц, внимательно вглядываясь в дирижабли островитян. — Пока что все это, — он обвел руками открывшуюся картину, — не более чем игра мускулами. Такие гляделки между нашими империями постоянно происходят, что на море, что в воздухе.
— Островитяне пригнали воздушный флот не в игры с нами играть, — напомнил я.
— Ты это знаешь, — кивнул принц, — я это знаю. Даже командир островитян наверняка все знает. Но формально они пока что не сделали ничего враждебного. Ведут себя невежливо, не представляются, но и только. Да и находимся мы в нейтральных водах… небе. Короче, ты понял, — отмахнулся он.
— А если они все же атакуют?
— Вот тогда мы покажем им, что не стоит недооценивать свиту третьего принца империи, — нахмурился Ронг Олн, деловито разминая руки, словно собирался лично участвовать в наказании зарвавшихся островитян.
Он — маг, он может.
Маг…
— А ведь есть еще одна причина! — внезапно понял я. — Они нас боятся!
— Что?
— Боятся! — подтвердил я уже более уверенно, поражаясь дерзости пришедшей в мою голову мысли. — Два малых круга магов… Они ждут сигнала от предателя, что маги выведены из строя или ослаблены.
Маги — это маги. Высокомерные, наглые, зачастую чванливые без меры, но они — сила, которую не стоит сбрасывать со счета. Особенно когда речь идет о поле боя. Пусть их роль с появлением артиллерии и паро-магических големов несколько уменьшилась, но она все еще велика.
Обычно на боевом дирижабле три-четыре мага. Причем не самых сильных. Против такого же дирижабля, с таким же числом магов на борту этого достаточно, чтобы работать с артефактной начинкой воздушных кораблей. И делать уязвимых с виду гигантов не такими уж и уязвимыми.
Дирижабль, особенно боевой, в этом плане ближе к паро-магическим големам. Имеет по всему «скелету» сложную систему рунных цепочек, и при условии магической подпитки от штатных магов, обладает неплохой защитой.
Даже транспорт «Буревестник», на котором я в Вольную марку прилетел, при атаке стаи виверн довольно долго держался. А тут краса и гордость империи — флагман воздушного флота. И лезть на него со стандартным экипажем, особенно учитывая тот факт, что на борту свита третьего принца… Это поступок не столько храбрый, сколько глупый. Конечно, островитяне не дураки, и взяли на борт усиление. Но прийти они могли только из одного места — маленького островка в Зеленом море, на котором расположена крупная военно-морская база. А ее резервы не безграничны. Даже если они выгребли всех магов с незадействованных в операции дирижаблей, вдобавок прихватив тех магов, что входят в экипаж броненосцев, то расклад все равно не в их пользу.
Нет, количественно, у островитян магов может даже больше, чем в свите принца. Но качественно…
В экипажи что воздушных, что морских кораблей входят по большей части адепты да подмастерья. Причем не самые талантливые, из тех, кому в магическом плане выше мастера не скакнуть при всем желании. Да и того мастера они получат только к старости, когда не о магии нужно думать, а о боге. В империи их много, есть из кого выбирать. Именно такие маги, что из древних родов, что выходцы из простолюдинов или коронной знати, чаще всего идут делать карьеру в армию, морской и воздушный флот. Все равно у фольхов им не светит подняться. А в армии и на флоте такой маг может сделать неплохую карьеру.
Да половина адмиралов и генералов такие вот вечные «адепты»! Еще процентов тридцать — одаренные недомаги, вроде меня. И только двадцать процентов старших офицеров приходится на совершенно лишенных магии простаков. Да и из тех половина, это выходцы из родов фольхов, которым «повезло» родиться без дара.
А у принца в свите сплошные мастера да магистры, плюс несколько мэтров магии. Те же маркизы Пор Асгер и Андер Инадр потенциальные архимагистры, а то и архимаги. Хотя и станут ими скорее всего в глубокой старости. Иначе они бы не считались наследниками своих домов. У старых родов фольхов с этим делом строго. Личная сила и потенциал ценятся как бы не больше кровных уз.
Тем более маги островитян разбросаны по разным воздушным кораблям, а у нас они все собраны в единый кулак, способный вышибить не только пару зубов, но и отправить противника в глубокий нокаут.
Вот если бы план повара-предателя сработал и ему бы удалось не только подать сигнал, но и попотчевать свиту принца особым завтраком, чтоб с «горшка» не слезали. Вот тогда бы играть с нами в гляделки островитяне не стали.
— Пожалуй, ты прав, — согласился принц, вновь потирая руки. — Теперь мне даже жаль, что они не нападают.
Он что, все еще скучает? Ищет приключений, на свою пятую точку? И это после всего, что с ним произошло в Вольной марке? Мне вот этих приключений выше крыши. Согласен поскучать год, другой, третий. Вплоть до старости. Да кто же даст⁈
Хотя, в этот раз я полностью на стороне принца. Островитяне как-то слишком обнаглели. Самое время дать им укорот, чтобы уползли на свои острова зализывать раны и какое-то время в империю не совались. По крайней мере, не делали это столь нарочито и нагло.
— Сейчас нападут… С разрешения Вашего Высочества, — многозначительно протянул я, покосившись наверх, намекая на ночные приключения.
— Хочешь пустить сигнальную ракету? Думаешь, они на это клюнут? — догадался третий принц, смерив очередным задумчивым взглядом сопровождающую нас эскадру. На его губах появилась злая, кровожадная усмешка, больше похожая на оскал разозленного волка. — А давай! Всегда полезно напомнить островитянам, что мы не голожопые туземцы и давно уже не их колония. А то в последнее время они слишком обнаглели… Наверх не поднимайся, возьми ракеты на мостике. Эй, кто тут есть из офицеров⁈ Проводи ласса Велька. Будут спрашивать, скажите, что я разрешил.
— Следуйте за мной, ласс, — отозвался на призыв один из офицеров-воздушников, сопровождавших принца.
Покинув стрелковую галерею, мы поднялись по узкой винтовой лестнице. Корабельный мостик «Вершителя Судеб» находился в носу гондолы, на верхней, примыкающей к оболочке палубе.
Охранник, дежуривший на входе во вторую святая святых дирижабля после паровика, внимательно посмотрел на моего сопровождающего.
— Приказ принца, — коротко пояснил офицер. В кают-компании воздушников представляли, но имени конкретно этого лейтенанта я не запомнил.
Понятливо кивнув, охранник освободил проход, пропустив меня и лейтенанта-воздушника на мостик.
С интересом оглядываюсь. Прежде бывать на мостике воздушного корабля мне не доводилось. Да и на дирижабле я лечу второй раз в жизни.
Что у нас тут?
Штурвал, уменьшенная копия корабельного. Машинный телеграф с начищенной до блеска латунной рукояткой. Массивный компас на кардановом подвесе, штурманский стол с картой, а вернее не стол, а вертикально поставленная доска с системой линеек, как на столе чертежника. На доске зажатая в специальных тисках карта. Но какая-то непривычная, много совершенно непонятных мне стрелочек и значков.
  
— Чем могу помочь, ласс Вельк? — поинтересовался капитан Лигнар, явно недовольный тем фактом, что вынужден в такой момент заниматься какими-то непонятными делами третьего принца.