Последняя надежда (ЛП)

Это Фуке.
Ненавижу этого мужчину. Он пошлый, грязный, и думает, что я прибыла в Лиму, как его игрушка. По крайней мере, думал, пока не встретился с долгим взглядом моих разноцветных глаз. Тогда он изменился. Теперь я демон, суккуб3, желающий украсть его душу.
Что бы там ни было, чувак, я просто хочу вернуть подругу.
Хотя то, что я стала суккубом, не сделало его не мудаком. Он все еще пытался сжать мои сиськи и потрогать попу, говоря, что хоть я и суккуб, но маню его. А когда я даю понять, что не заинтересована в сжимании сисек, он бьет меня. Но я модель рук, какое мне дело до лица, верно?
Фуке дал мне указания моего первого задания и сумочку, которую велел никогда не выпускать из рук. Конечно же, Дюваль продает не сумочку. Там документы в папках разных цветов. Я должна отправиться с сумочкой на встречу с человеком в случайном месте в Лиме, который и назовет цвет. Я вытаскиваю папку нужного цвета и передаю ее. Затем жду, пока ее прочитают, и передадут мне обратно.
Потом я возвращаюсь в свой номер и жду дальнейших указаний.
Прошло уже два дня. У меня пять папок. Я встретила желтого и зеленого, у обоих были холодные мертвые глаза. Красный, черный и синий еще ждут встречи.
Мне сказали, что Роза умрет, если я не сделаю то, что говорит Фуке. И это не будет быстрая и красивая смерть.
Вот, это уже не блеф. Я должна это сделать. Должна ее спасти. Поэтому веду себя, как хороший маленький ослик, и никогда не скажу, что напугана, или чего хочу.
Опустив жалюзи, я отступаю назад в комнату. Уже по привычке я перехожу к лампам, провожу рукой по абажуру, затем пальцами по телефону и под ним. Я ищу жучки. Не те, что едят мебель (надеюсь), а те, что прослушивают.
В моей комнате небезопасно. Нет ни малейших сомнений, они слышат все, что я говорю. Мне нужно найти все жучки.
А еще мне нужно найти кого-то, кто мне поможет. Не представляю, как это возможно, учитывая, что я не могу никому доверять.
Я должна что-то сделать. Знаю, что умру, как только сумочка исчезнет, а информация будет продана. Ведь как только произойдет купля-продажа, я стану бесполезной.
У меня осталось три дня и три цвета на то, чтобы что-то придумать. На самом деле два, потому что сегодня примерно через час мне нужно пойти в кафе и встретиться с красным.
С неглубоким вздохом натягиваю рукав на свои новые синяки, поправляю волосы в зеркало, и я почти готова к выходу.
Почти.
Закрыв дверь в ванную, я смотрю на часы. Они не позволили мне иметь сотовый телефон, но чтобы иметь возможность узнавать время, они дали мне дешевые силиконовые розовые часы. У меня есть час, а кафе всего в пяти минутах ходьбы. У меня есть время. Так много времени. Все это время сводит мне с ума.
Я захожу в ванную комнату и пробегаю пальцами по раковине и под ней, проверяю трубы и даже краны. Под одним из кранов я нахожу крошечное устройство для прослушивания, разбиваю его и смываю в унитаз. Не найдя других, я вздыхаю и открываю сумочку.
У меня всегда немного шевелились волосы на голове при мысли о том, чтобы заглянуть в сумочку. Наверное, я боюсь, что найду что-то ужасное. Как ракетные ядерные коды или другое оружие. Черт, я не знаю. Думаю, от этих парней всего можно ожидать.
Фуке всегда приходит и проверяет содержимое сумки, хотя я думаю, он просто выпендривается. Не знаю, почему сегодня, когда он проверяет ее, я начинаю кое-что подозревать. Однако все выглядит, как обычно. Пять разноцветных папок с липкими стикерами и наклейками. Внутри так же несколько одиноких листов бумаги с информацией о местных событиях и бесполезными таблицами для моего прикрытия. Там есть iPad с вырубленным Wi-Fi, чтобы добавить правдоподобности моему образу бизнес-леди. А еще губные помады, ручки и гигиенические прокладки. У меня есть даже несколько ключей на цепочке, но что они открывают, я не знаю. Игнорируя весь этот хлам, думаю о том, сколько еще жучков в комнате. Я проверяю сумочку, вытаскиваю папки и кладу их на столешницу, газеты туда же. Сумка пустеет, и провожу пальцами по подкладке. Кажется, я становлюсь параноиком.
 
Однако я нахожу другое подслушивающее устройство. Небольшого размера. Тонкое. Просто маленький твердый кружочек в углу подкладки, который доказывает, что нигде не безопасно. Сколько бы я не находила жучков, всех не найду. Черт. Оставляю этот в сумке, так они не будут знать, что я знаю про него.
Сейчас ощущаю себя в ловушке еще сильнее, чем когда-либо.
Мне нужно выйти. Неважно, что у меня есть час до встречи со следующим контактом. Но в ванной комнате становится невыносимо душно, и мне просто нужно выйти. Схватив сумку, проверяю свой кошелек. Там немного денег, ведь я встречаюсь с людьми в кафе, ресторанах и других общественных местах.
Я пойду одна. Но это неважно, ведь они слышат все, что говорю, верно? Безрадостный смешок вырывается у меня из горла от сдавленных рыданий. Хочу выбросить сумку и свалить из этого места.
Но я так не могу... и просто выхожу из гостиничного номера.
 
 
Пять минут спустя, я иду вниз по оживленной улице Мирафлорес и отчаянно пытаюсь найти теплое дружелюбное место. Район милый, но полон людей. Я колеблюсь, но вспоминаю испанский язык, позабытый со средней школы, и могу ориентироваться в этом районе. Неплохо разбираюсь в таких вещах, как еда, деньги, и где туалет.
Я прохожу мимо кафе, где слишком много народу, чтобы успокоиться, поэтому останавливаюсь рядом с торговцем под ярко-синим зонтиком и его фруктами и закусками. Может быть... может быть, я просто погуляю вместо еды. Но Фуке и Дюваль – дерьмовые похитители, они все время забывают меня кормить, и чаще всего я голодаю.
Хотя не слишком зависима от еды, но есть-то надо.
Я созерцаю горячий чурро4 и достаю кошелек, когда рядом со мной останавливается мужчина.
Есть поговорка, что продавцы обуви, судят всех по обуви. Наверное, я обращаю внимание на руки всех остальных, потому что я модель рук. У этого мужчины хорошие руки. У него в руках бумажный стаканчик с кофе, который он сжимает длинными крепкими пальцами. Хорошие костяшки пальцев. Ногти аккуратно подрезаны. Мужчины, с которыми я встречалась, обычно обладали короткими, зубчатыми и обгрызенными ногтями. Это признак тревожности. Этот человек ни о чем не тревожится.
Он безопасный.
Он смотрит на меня, ослепительно улыбаясь, и говорит на идеальном английском без акцента.
– Посоветовать что-то?
Американец! Я почти бросаюсь на него не только из-за его улыбки, а потому что он великолепен. Шикарные густые темные волосы, бронзовая кожа, усмешка, которая заставила бы стянуть трусики всех девушек в радиусе сто метров. И он стоит рядом со мной? В худший момент в моей жизни? Не понимаю, становится ли от этого хуже или лучше.
– Просто выбираю, что хочу на обед, – отвечаю я, затаив дыхание.
Не знаю из-за страха или притяжения, мой голос становится хриплым и мягким, но мне все равно.
Крепко сжимаю сумку Луи Витон под мышкой, когда он наклоняется.
– Я знаю отличное местечко за углом, – говорит он. – Составишь мне компанию?
 
Глава 3
Рафаэль
 
Она в ужасе.
Улыбка, которую девушка так отчаянно пытается выдавить, дрожит в уголках губ. Мне становится тяжело от того, что я так одержим ею. Не потому, что она напугана, а потому, что она стоит так близко, и я могу прикоснуться к ней. Если бы я был ее любовником, то обнял бы ее за талию, притянул бы так близко, чтобы залезть под рубашку и засунуть пальцы поглубже. Но это только фантазия, автомобили вокруг продолжают двигаться, пешеходы обходят нас, словно айсберг в океане. Жизнь продолжается непрерывно.
 
Только для меня мир останавливается.
Я не должен быть здесь. Я испорчу наше дело, но не могу позволить мудаку Фуке поднимать на нее руку.
– Компанию? – повторяет она неопределенным тоном. – Не знаю. Мне не стоит.