СССР: вернуться в детство 6 (СИ)

— Ну вам виднее.
— Виднее. Садись давай, там к вам гости приехали.
— Что за гости?
— Увидишь, увидишь…
Когда мы выворачивали на Советскую, наша машина аккуратно встроилась между двумя, такими же «Волгами».
— Я так понимаю, охрана?
Деда Али молча кивнул.
— И что теперь — каждый раз такой цирк с конями?
Очередной кивок. Я постучал по дверному стеклу. Ага, бронированное. Нет, реально — цирк. Они бы ещё мишень на мне нарисовали, и подписали: «Вот он!» Дальше ехали в тишине. А что разговаривать? Надо — сами скажут.
Приехали в «Шаманку» — вдоль улицы целая куча чужих машин стоит. Так-та-а-ак. Вот они гости и есть. Чёт многовато для одного меня.
Кортеж остановился у наших ворот, причём наша машина встала прямо напротив калитки.
— Безопасность прежде всего! — саркастически прокомментировал я. — Не вижу людей в бронежилетах, рассыпающихся вокруг и припадающих на одно колено с пистолетами в вытянутых руках, в поисках опасности-то.
Театр абсурда, бляха муха. Игры в конспирацию в полный рост! Кстати, никакие гости на меня сходу не набросились, и я пошёл домой, переодеваться в гражданку. Всё! Никакой формы до сентября!
Олька, вопреки обыкновению, не шуршала на кухне, готовя субботние вкусняшки, а сидела в спальне, сердито дуясь в монитор.
— Привет, любимая!
— Ну, наконец-то!
— Это что за сборище происходит?
Олька отъехала на стуле от стола, проскребя ножками. Нет, надо ей табуретку фортепианную купить, круглую с колёсиками, однозначно! Весь пол уже в царапках.
— Да я вообще не пойму, что происходит! Приехали какие-то мужики. Таинственные, мать твою, как будто из анекдота про Штирлица. Не враз приехали — по очереди. У Петрова на окне только семнадцати утюгов носом на север не хватало! — Олька соскочила со стула и забегала по комнате. — Разряжены в гражданку так старательно, что напоминают подозрительных клоунов!
Я фыркнул. Она решила, что я не верю и возмущённо насела:
— Да ты бы видел, как они тут «незаметно перемещались»! Один красный костюм «адидас» чего стоит! В пятницу твой «дедушка» Петров их с дедом Али привёл знакомиться, а он затеял мясо жарить — тепло было, хорошо. Кто ж знал, что на запах шашлыка столько гостей набежит. Петров их давай водить, по одному да по двое. Через нашу калитку же… Давай мелькать, туда-сюда, туда-сюда. Переговорщики хреновы.
— Прям переговорщики?
— А кто? С нашим дедом беседовали, — Олька по-шпионски, сквозь тюлевую занавеску, выглянула в окно. — Опять вон в гостевой зоне сидят. Мужики, все за сорок, военная выправка, одеты по гражданке. Ночуют у Петрова. Не знаю уж, где он там десять человек раскладывает, на полу, наверное, сплошным повалом. К нам не просились, а я не стала набиваться, кто их ещё знает, что за мужики…
— А-а-а… Это, Оля, после учений.
— Да ты что?.. Ой! Блин, я с этими шпионскими игрищами про твои учения забыла совсем? Как прошло? Нормально выступили?
— Хватит прыгать, корми меня давай, в процессе расскажу.
— Ты садись, щас всё будет!
Тарелка щей и жареная картошка с салом! М-м-м… Всё-таки домашняя еда это вам не казарменная жратва.
Пока ел, рассказал про учения. Если кто-то вздумает мне предъявить за разглашение и секретность, то шли бы они сразу на хер, ещё от Ольки я не прятался. Одно наше с ней просто существование — это госсекрет, так что… недовольные могут заткнуться.
Чувство комфорта и тёплой домашней сытости грозило перерасти в сонливость — как говорится, кожа на животе натянулась, глаза закрылись.
— Уф-ф-ф… Спасибо, любимая. Сходить надо к этим чубрикам, пока меня не срубило. Выяснить хоть, чё хотят.
— Сразу предупреждаю: у меня настроений на душещипательные беседы сегодня нет. Гормон играет, могу психануть и послать их всех оптом.
— А я схожу. Кто-то должен взять на себя героическую миссию разговоры разговаривать.
Олька фыркнула:
— Ну и иди!
— И пойду! — получив напутственный шлепок полотенцем по хребту, я направился в гостевую зону.
 
Около костра сидели пять возрастных мужиков. И смотрели на подходящего пацана — меня, то есть — как на огромную проблему. Вот знаете, как в фильмах: подходит персонаж, и режиссёр всеми силами даёт вам понять, что это безобидное на вид существо — главный антигерой, или вообще монстра какая. И здесь так же.
Подошёл, плюхнулся на бревно:
— Здорово, мужики! Ну, жгите.
— Чего жечь? — сидящий справа мужик недоуменно посмотрел на костёр.
— Напалмом! Обожаю запах напалма по утрам. Это запах победы!*
*Цитата из фильма
Фрэнсиса Форда Копполы
«Апокалипсис сегодня»,
1979 года
Помолчали.
— Знаете, как сложно говорить, когда шутки и цитаты, пусть даже и неточные, понимает только один человек? Хотя «Апокалипсис сегодня» уже давно снят, кажись в семьдесят восьмом году. Или девятом? Классное кино, хотя мне «Взвод» Оливера Стоуна больше нравится…
Я поднял из-под ног щепку, покрутил в руках, бросил в костёр:
— Итак, предварительные выводы. Полное собрание сочинений у нашего костра посвящено феерически закончившимся учениям. Правильно?
Предполагаемые собеседники переглянулись. Они вообще говорить будут? Я продолжил.
— Самое забавное, что в моём дальнейшем участии смысла нет. Учащийся Петров всего лишь показал направление. Не может быть, чтоб во всей огромной родине не нашлось никого талантливее. Вон, в Иркутске есть авиазавод, они сушки делают. Неужели на их материальной базе нельзя сделать что-то подобное? Нет, лучше в разы! Ни в жизнь не поверю. И аккумуляторы, и моторы, и системы управления, чтоб не на коленке собранные, а нормальные. Серийные.
— Вот насчёт серийности мы и хотели бы поговорить, — разродился наконец один из дядек.
— Ну, так говорите! Кто ж вам мешает? Или непривычно с пацаном серьёзно общаться? Вон у деда Али и генерала Петрова уроки возьмите. Они уже привычные. Или у Сергеича, хотя он, скорее всего, откажется.
— Если ему прикажут…
Я перебил.
— Вот в этом то и вся ваша суть. «Прикажут…» Мне тоже прикажете? Или Ольге?
— Скорее всего, вы неправильно понимаете специфику…
Я вновь перебил.
— Мужики, знаете, что мы с Олькой вам даём? Самое главное?
Самый старый из сидящих у костра внимательно посмотрел на меня и кивнул:
— Мысли есть, но интересно послушать твоё видение.
— Ага. Значит так. Мы можем иногда — кстати, достаточно редко — давать вам правильное направление развития. Причём не стопроцентов правильное, а то, которое выстрелило в той реальности. А может, у нас там что-то не доделали? Ну, не знаю… Микроволновые излучатели?.. Психотронное оружие?..
— Бля**! — один из мужиков аж подскочил. — Да-п-п…
— Что, реально? Нет, реально есть такие разработки⁈ У нас про это фантастические книжки пишут… Писали… Не, ну реально?!! Вот же бля!!!
— Именно, что бля! Откуда информация⁈
— Так, я вообще не в курсе… Ещё раз говорю: у нас про это книжки пишут, научно-фантастические. И если то, что пишут, хоть на десять процентов, правда — завязывайте нахер! Потом объект на Украине включат и всё, критическое мышление всей страны в пиз…
— Не-не-не! — из-за спины раздался Олькин голос, она деловито вошла в круг кострового света и села рядом на лавочку. — Нельзя какие-то направления бросать. Наоборот, их надо развивать — все. Иначе обязательно найдутся уроды, которые в чём-то обгонят. Вот бактериологическое оружие возьмём. Наши подписали соглашение — и такие честные, ничего не стали разрабатывать. А наглосаксы и пиндосы тоже подписали. И по бумажкам у них всё было в порядке. А на деле — помнишь, Вов? И человеческие вирусы, и животных, и попытка организовать голод через болезни сельхоз-культур… Как наши тогда быстро прививку против вируса эболы сделали! Иначе выкосило бы пол-Африки. Или полмира… Во всяком случае, медицину противодействия надо развивать… Или как это правильно назвать?