Отпрыск рода Орловых. Том 5 (СИ)

— А что, нет?
— Нет. Даже после того, как мы влились в клан, неудачи продолжили меня преследовать, вот тогда Зотов и явил свою истинную суть. ПОГЛОЩЕНИЕ, — горько хмыкнул бородач, — Он предложил мне поглощение. Скорее не так, Мстислав поставил ультиматум: или мы входим в его род по-хорошему, или моим родным не жить. Заявил, что он всё равно своего добьется. На тот момент я и так потерял слишком много дорогих людей, остались мать и сёстры. Поэтому, рисковать ими не стал. Пришлось взять фамилию жены. Вот так исчез род Нагибиных.
— Хе-х, — хмыкнул молча, — Похоже роду Нагибиных пришлось не нагибать, а превозмогать, точнее, одному его представителю. Хреновое дело.
Святослава словно прорвало, он говорил и никак не мог остановиться.
— Все инвестиции и оставшиеся предприятия стали собственностью Зотовых. Я утешался только тем, что рядом находилась любимая жена, Её поддержка в то время значила очень многое. Можно было всё спустить на тормозах, но я упорно продолжал копать, стараясь выяснить, кто виноват в смерти родственников. Конечно, уже тогда у меня были подозрения, но их к делу не пришьёшь. Нужны были доказательства, и я их нашел: вышел на след наёмного убийцы, но совершил ошибку. Мстислав узнал о расследовании. Уже на следующий день я оказался в камере и был обвинён в убийстве отца и брата.
— Знакомая ситуация, — усмехнулся криво, проводя параллели между своей судьбой и судьбой Святослава.
— В смысле?
— Меня тоже обвинили в смерти отца и брата, а затем ещё и ублюдочного дядюшки. Правда последнего я действительно грохнул.
— Сочувствую.
— Не стоит. Это просто мелочи жизни.
— Ха-ха-ха, да я смотрю ты оптимист. Сидишь в пещере, где только что был атакован монстрами, добывая кристаллы маны для каких-то корпоративных ублюдков, и все еще считаешь, что жизнь прекрасна, — в голосе Зотова сквозила едкая горечь.
— Вообще-то — да. Где наша не пропадала? Выберемся.
— Мечтатель. Я тоже первые семь лет верил, что когда-то сумею попасть на свободу. Тринадцать побегов совершил, а потом — всё, понял — бесполезно.
Я не стал разубеждать бородача. Неизвестно, получится у меня его забрать с собой или нет, незачем давать ложную надежду. Может придется умереть, чтобы отсюда выбраться, но я всё равно рискну вытащить Зотова, как, впрочем, и Ваську.
Стоп! А где Василий?
Помнится, я уложил его спать с остальными заключёнными, а потом просто забыл.
Кинул взгляд на работающих зэков.
Ага, вот он, машет киркой: неумело, слабо, с придыханием, того и гляди, свалится от усталости, но продолжает упорно долбить горную породу.
Может и будет из парня какой толк в будущем.
Нахмурился. С всей этой кутерьмой только сейчас понял, что нас десять, но ведь из барака мы выходили девятеро. Не покойник же поднялся и поперся следом.
— Свят, а как так получилось, что у нашей группы опять полный состав? Я что-то пропустил тот момент, когда к нам присоединился еще один участник.
— Ты что-то путаешь, — хмыкнул бородач, — Нас всего лишь восемь.
— Ты понял, о чем речь. Покойники не с счёт.
— Да понял-понял. У входа в пещеру к нам парня перекинули. Так обычно случается, когда в одной из групп народа больше, чем полагается. Охрана быстро перераспределила.
— Который? — поинтересовался недовольно, так как лица соседей по бараку не особо запомнил.
— Эм-м, — Святослав покрутил головой, высматривая, — Да вот тот, с вывороченными кишками. Не повезло бедолаге. Погоди, а почему… — Зотов недоуменно уставился на труп, — Почему у него тело целое?
— А я тебе говорил: то ли галлюциноген, то ли ментальное воздействие — точно не знаю. Давай-ка во избежание ненужных вопросов избавимся от улик.
— Что ты хочешь? — спросил Святослав, но его уже не слушал.
Быстро подойдя к телу заключённого, наклонился и спихнул того в воду.
— Так-то лучше. На чём мы остановились? Ах да, тебя обвинили в убийстве. Как на это отреагировала Анастасия? И самое главное, как давно это произошло?
— Приходила в тюрьму на свидание, плакала. Я клялся, что не виноват.
 
— Поверила?
Святослав пожал плечами.
— Не знаю.
— Ты рассказал ей, что во всем виноват Зотов?
— Нет. Несмотря на то, что Мстислав был той ещё скотиной, Настя любила брата.
— Зря. Стоило рассказать.
— Я просто пытался оградить её от всего плохого.
— Хреново пытался. Сам в каземат, а жену с этим ублюдком оставил и выживай как хочешь.
— Не тебе говорить, что правильно, а что нет. Я сделал все, что было в моих силах, — зло рыкнул бородач.
Угу, то-то Настасье пришлось из милой, скромной девушки превратиться в зубастую акулу, готовую сожрать всех, кто встанет на её пути.
— Сколько ты пробыл в тюрьме?
— В общей сложности тридцать пять лет. Мстислав подсуетился, чтобы я никогда не вышел. Эта тварь первые два года даже навещала меня за решёткой. Приходил и рассказывал, как прибрал к рукам все мои активы, как продал сестер старым ублюдкам, как мать скончалась от горя, — бородач сжал кулаки, нервно дернул головой и прикусил губу, в глазах его отчетливо читалась боль, — А потом, пришёл и заявил, что подготовил все документы, и что я уже неделю как официально мёртв. Несчастный случай. В тюрьме подобное часто случается. Мол, Настя уже оплакать успела. Представь, мне даже похороны устроили. Никогда не забуду, как эта мразь скалилась, рассказывая, как опускали закрытый гроб с якобы с моим телом в могилу. Всё бы отдал, чтоб удавить ублюдка.
Вот, значит, как…
Теперь понятно, отчего «бабуля» превратилась в манипулятивную стерву, действующую за спиной главы рода. Не удивлюсь, если она давно прознала, что Мстислав приложил руку к смерти ее мужа. Выжидала, набиралась сил, обзаводилась сторонниками и теперь готовилась сделать решающий удар, чтобы отомстить «дорогому» братцу, отобрав у него власть и силу. Думается мне, знай Зотова, что её муж жив, уже давно вытащила Святослава с каторги.
Не стал спрашивать, где он провёл предыдущие годы. Это уже не имело никакого значения.
— Кстати, Зотов ещё жив? — со злостью поинтересовался Святослав.
— Чего ему сделается? Жив-здоров и так же паскуден.
— Грр-р, — прорычал бородач, казалось, еще немного и он сорвется, начав крушить все вокруг, но Свят сумел взять себя в руки, — Расскажи о ней.
Пришлось коротко, но емко дать расклад Зотову. Святослав слушал и качал головой, иногда вставляя реплики или задавая дополнительные вопросы.
— Эх, Настя, Настя, — покачал он головой.
— Ничего, увидишь ещё свою Настю. Надеюсь, она не успеет наворотить дел и не вступит в открытое противостояние с братом, а то ведь кроме нее ещё и Машка пострадать может.
— Кто такая Маша?
— Внучка Анастасии.
— Оо-о! Я, выходит, теперь дедушка?
— Угу.
— А как дочка моя?
Тут я сказать ничего вразумительного не мог, потому как видел ее один единственный раз и очень непродолжительное время.
— Я так и не спросил, ты сам-то кем Зотовым приходишься? — поинтересовался заключённый.
— Да как сказать… Внуком Мстислава.
На этих словах Святослав ощерился. В глазах мелькнули искры ненависти. Он молча шагнул в мою сторону.
— Какую цель ты преследуешь? Что тебе от меня надо? Этот ублюдок никак не может успокоиться? Послал тебя чтобы…
— Спокойно, Свят. Никто меня не посылал. У меня с дедом натянутые отношения. Точнее, у меня с ним вообще никаких отношений нет. Он меня недавно встретил — даже не узнал. Последний раз видел в детстве. Нахрена ему внук-пустышка, если он даже от дочери, лишенной дара, отказался, вышвырнув за порог, как надоедлиую собаку.
— Э-ээ…
— Долго рассказывать.
— Так и мы никуда не торопимся.
Пришлось устроиться поудобнее и начать рассказ со знакомства с «бабулей».
— Ха-ха-ха, — рассмеялся Святослав к концу повествования, — Моя девочка жжёт.
— Кхм-м, — запнулся я, ибо «девочка» никак не подходила к статной, величавой и утонченной женщине, коей являлась Анастасия.