Мир первый: Деймос (СИ)

— Эм… это моя комната? — поинтересовался я. не совсем понимаю, что происходит.
Она кивнула, не поднимая глаз.
— Ты тоже тут живешь?
Покачала головой. Значит, нет.
— Тебе есть куда идти?
Кивнула.
— Тогда иди к себе.
Замотала головой быстро-быстро. Шмыгнув носом, девушка легла на кровать, приглашая меня лечь рядом.
Теперь я понял, что значит «гостеприимство» некромантов. От осознания стало противно.
— Нет. — Сказал я куда жестче, чем следовало.
Девушка вздрогнула и вскочила. Она так и не посмотрела на меня. Подойдя ближе, я взял ее голову за подбородок и немного приподнял, чтобы рассмотреть лицо. Впалые щеки, сухие потрескавшиеся губы и полные ужаса глаза. Она даже не пыталась выдержать мой взгляд, глядя куда угодно, но не на меня.
— Как тебя зовут?
Качает головой. Никак? Или не хочет говорить…
— Ты не хочешь говорить со мной?
Снова «нет». Смущаясь, и дрожа от страха, она открыла рот и показала мне обрубок языка.
Я отпустил девушку, позволив ей снова спрятать лицо в волосах.
— Ты рабыня?
Кивнула. Уверенно. Один раз.
— Уходи. — Велел я.
Девушка опрометью бросилась к двери, но я окликнул ее:
— Стой. Ты голодна? Возьми, что хочешь.
Она замерла. Нерешительно приблизилась к столу. Осторожно взяла лепешку и спрятала в лохмотьях.
— Теперь можешь идти. Если некроманты спросят, то я скажу, что получил от тебя все, что хотел.
Девушка благодарно кивнула, а потом осторожно показала мне на кувшин на углу стола. Ткнула в него пальцем, потом указала на меня и покачала головой, сложив руки на груди.
— В воде что-то есть? Что-то плохое? — я вспомнил фокусы Мартина.
Девушка кивнула.
— Хорошо. Спасибо.
Она мельком взглянула на меня исподлобья и вышла из комнаты. Я встал и закрыл дверь, после чего подпер ее стулом. На всякий случай. Подойдя к столу, я осторожно понюхал кувшин. Едва уловимый неприятный запах. Как я и думал — пахнет, как вода Мартина. Значит, некроманты не доверяют мне полностью.
Что ж, их можно понять.
Но меня не пытались убить. Если бы хотели, то я уже стал бы частью трона местной королевы. Выходит, в кувшине не яд. Мартин с помощью этой дряни мог мучить или убить выпившего ее. Пока он не взялся за дело, я, как и другие паладины, пил просто вонючую воду и чувствовал себя неплохо.
Получается, некроманты хотят иметь козырь в рукаве. Ничего, обойдутся. Мысленно поблагодарив безымянную девушку, я утолил жажду из фляги, которую носил на поясе с тех пор, как мы с Грантом покинули место боя с паладинами.
После всего, что я сегодня увидел, есть не хотелось. Поэтому я скормил половину оставшейся лепешки щенку и лег на кровать. Только растянувшись и расслабившись, я понял, насколько устал.
* * *
Я стоял на пепелище храма в Антли и смотрел на свои окровавленные ладони. Вокруг замерли восставшие из мертвых жители. Они смотрели на меня с немым укором, а из их глаз лились кровавые слезы. Я пытался уйти, но всюду, куда бы я ни пошел, из кровавых луж вырастали погибшие по моей вине люди. Неожиданно они расступились, и я увидел Густава с разорванным горлом. Он неестественно широко улыбался и шел ко мне, ведя под руку кого-то накрытого черным саваном.
Они встали прямо напротив меня. Я потянул за саван. Мокрая липкая ткань скользнула вниз, и я увидел окровавленную рабыню некромантов. Ее глаза были черными… Она взмахнула рукой, и в мою грудь по рукоять вонзился Реквием.
* * *
Я вскрикнул и едва не свалился с кровати. Вскочил, стер со лба ледяной пот и уставился на свои руки. Крови не было. Я облегченно выдохнул — сон. Мне приснился кошмар.
Мои губы растянулись в горькой ухмылке — на Деймосе кошмары преследуют не только во сне, но и наяву. Ирония, беспощадная ты сука.
Спать больше не хотелось. Я понятия не имел, какое сейчас время суток — в подвале не было окон, а часов на Деймосе, я и вовсе нигде не видел. Но чувствовал я себя отдохнувшим. Значит, сколько-то, да поспал.
— Вот бы еще проснуться где-то… не здесь, — я опустился на стул.
 
Щенок подбежал ко мне и заискивающе вильнул хвостом. Я взял со стола остаток лепешки, но решил оставить ее для себя. Псу же отдал какое-то мясо. Надеюсь, не человеческое. Хотя, гарму-то, наверное, без разницы.
Глядя, как щенок с поразительной скоростью расправляется со своей порцией, я тоже утолил голод. Попил из фляги. Напоил собаку. На этом вода, качеству которой я хоть как-то доверял, закончилась.
В дверь постучали. Любопытно — в тишине подземелья я не слышал шагов.
— Кто там?
— Нам пора, — ответили мне.
Интересно…
Я встал и открыл дверь. Передо мной стоял некромант. Не старый и не молодой, с лицом-маской и черными глазами. Не говоря больше ни слова, он пошел по коридору и даже не обернулся, чтобы проверить, следую ли я за ним.
Молчаливый колдун привел меня к выходу из катакомб. Здесь нас ждал десяток его товарищей — все седые и бледные, в черных рясах.
За спиной послышались шаги, и к нам присоединился еще один некромант. Этот оказался выше меня на две головы и намного шире в плечах — настоящий гигант. Длинные белые волосы заплетены в тугую косу, на суровом и гротескном лице нет живого места от ритуальных шрамов и пирсинга. Его тело защищала костяная броня, за спиной висел меч, похожий на клык какого-то огромного чудовища.
— Я — Сарек, — представился он. — По воле госпожи я помогу тебе спасти… — он скрипнул зубами, — Катерину.
— Хорошо, — я кивнул, так и не назвав своего имени. — У тебя есть план?
— Госпожа сказала, что мы должны сделать. — Сарек прошел мимо. Некроманты расступились перед ним и склонили головы.
Значит, этот Сарек какая-то шишка. Может, он из Первого круга, о котором говорил Грант?
Рослый некромант приложил руку к стене. Камни разошлись и в открывшемся проеме заклубился туман. Не произнося ни слова и не оборачиваясь, Сарек вошел в него и пропал.
Оставшиеся колдуны уставились на меня. Я прошел мимо них и вторым зашел в портал.
* * *
Паладины разбили лагерь в заброшенной усадьбе на самом краю леса некромантов. Наверное, Хозяйка костей узнала, где они и направила сюда Сарека, так как он безошибочно привел наш отряд к цели.
Но некромант не спешил давать сигнал к атаке. Паладинов было значительно больше. Не знаю, что они здесь забыли, но это место, скорее всего, станет их могилой.
Или нет. Ведь некроманты могут воскрешать мертвецов.
Пока я скрывался за деревьями и разглядывал позиции паладинов, Сарек говорил со своими людьми, если их, конечно, еще можно было так называть. Несколько колдунов отошли в сторону, опустились на колени и приложили руки к земле. Они в унисон начали тихо шептать заклинание.
Я уже слышал нечто подобное. Так делал Скаш, когда создавал зомби. Но рядом с нами никого не появлялось.
Я нахмурился. Что задумал Сарек? Ответ стал известен довольно скоро.
Разбившие лагерь паладины засуетились. Они поднимались на ноги и вытаскивали оружие, но нигде не видели противников. Вскоре я понял причину их беспокойства — костлявые руки вырвались прямо из-под земли. Они хватали рыцарей и опрокидывали их в грязь, пытаясь удержать или даже задушить.
Тишина сменилась криками и лязгом оружия. Темноту разорвали золотые вспышки. Завязался бой. Сарек взял в руки свой жуткий меч и выжидающе посмотрел на меня. Я кивнул, и мы бросились вперед.
Паладины были слишком увлечены сражением с лезущими из-под земли скелетами и заметили нас слишком поздно. Несколько человек в золотой и серебряной броне упали замертво, сраженные костяными копьями.
Сарек первым ворвался в ряды паладинов, разрубая их на части. Его меч не могли остановить ни латы, ни щиты. Я видел, как несколько золотых лучей вонзились в неистового некроманта, но он даже не пошатнулся.
Я вступил в бой сразу за Сареком. Мое тело защищала черная броня, а в руках пел обновленный Реквием. Мы действовали, как единое целое: я не колебался, а проклятый меч разил одну цель за другой.