Молчаливое признание (СИ)

Солнце нещадно палило и ужасно хотелось пить, а кругом город жил свой жизнью, не подозревая, что некоторое время назад я убегала от погони, а мадам Белина… что сделали с ней мерзавцы? И пусть мы с молодой женщиной невзлюбили друг друга с первого взгляда, все-таки мадам Меро мне помогла и я не желала ей
плохого.
Анна все вела и вела меня, мы прошли длинную улицу и повернули направо, потом перешли дорогу и снова повернули направо, не выдержав я окликнула ее и спросила.
«Куда мы идем?» Призрак выразительно закатила глаза и подлетев к дому указала на табличку, где было написано название улицы. Я прочитала, приблизившись.
— Улица Тампль, — и что? Все равно ничего не понимала, но название было знакомо. Вдруг вспомнился доктор Г отье и его слова, «…если останешься одна, то любым способом постарайся попасть в Париж. На улице Тампль стоит церковь, она украшена знаменами и крестами. Покажи священнику мой перстень и скажи, что от меня и что тебе необходимо встретиться с маркизом Жаком де Шарне.»
Я попятилась назад. «Ты в своем уме? Ведешь меня прямо в сети ордена!
Ну, уж нет, никому сдаваться я не собиралась. Анна от волнения замерцала еще сильнее, призрак в умоляющем жесте сложила руки перед собой. «Зачем мне туда идти?» Ангел-хранитель вдруг резко поднялся в небо и пока я разглядывала ее среди облаков, неожиданно появилась передо мной, напугав меня.
«Анна!» Призрак ткнула в меня пальцем и неслышно произнесла. «Ты!» Следующее слово я разгадала не так быстро. «Готова.»
«Нет, ни к чему я не готова. Нет, нет.» Закачала головой, стала отступать, пока спиной не уперлась в стену дома. Ангел-хранитель прищурилась, затем вскинула гордо голову и испарилась. Сначала я подумала, ну и Слава Богу, а потом осознала, что теперь осталась совершенно одна. Как потерявшийся ребенок, беспомощно озиралась по сторонам, абсолютно растерявшись. «Анна!» Мысленно позвала призрака, но тут раздался резкий гудок автомобиля, визг колес и звук удара. Женщины заголосили, мужчины возмущенно закричали. На дороге образовалась толпа, которая мешала экипажам и другим машинам ехать. Я, влекущая любопытством, пыталась рассмотреть, что же там произошло и сделала несколько шагов вперед, но на тротуаре уже толпились зеваки.
— Зрячего! Надо срочно зрячего! — послышался мужской бас. Меня толкнула тетка, пытающая пробраться к месту происшествия. Она оглянулась, раздраженно зыркнув маленькими глазками, а потом вдруг противным голосом воскликнула.
— Зрячая! Вот, зрячая! — схватив меня за руку, женщина повела прямо в гущу толпы. Прохожие расступались перед нами, и я слышала их шепот.
— Зрячая.
— Вот она зрячая.
И тут я увидела мужчину в темном костюме, он лежал на боку и тяжело дышал. Водитель автомобиля, молодой франт с магией создателя, схватившись руками за голову, сидел рядом. Кто-то толкнул меня вперед, ближе к раненому прохожему.
— Помогите ему, мадемуазель, — раздался слева женский голос. — Это священник…
Но для мага-зрячего неважно кому требуется помощь главное спасти. Я опустилась на колени, положив одну руку на сердце мужчины, а вторую на лоб. «Анна.» Призвала ангела-хранителя и она тут же появилась. Сила проникла внутрь, побежала тоненькой змейкой по венам, показывая результат столкновения тела с машиной. Сильный ушиб, перелом правой голени и сотрясение мозга. Пострадавший от удара головой о землю потерял сознание. Внутреннего кровотечения нет, а это самое важное.
— Его надо убрать с дороги, — тихо произнесла, — но осторожно у него сломана правая нога.
— Давайте я отвезу его, мадемуазель, только скажите куда, — засуетился молодой водитель.
— Ты уже натворил бед, — заметил басовитый мужчина с бородой.
— Я ехал очень медленно, месье, а он неожиданно выскочил перед машиной…
— Если бы вы ехали медленно, господин маг, — язвительно воскликнула тетка, что привела меня к раненому, — то успели бы затормозить.
В толпе опять заголосили и бородатый француз рявкнул.
— Угомонитесь, надо перенести отца Жака в церковь, а там мадемуазель-зрячая ему поможет.
 
Общими усилиями раненого положили на заднее сиденье автомобиля вместе с водителем села тетка с противным голосом, а меня под руку взял бородач, да так крепко, словно боялся, что я убегу и толпа понесла нас вдоль улицы Тампль и вскоре увидела церковь. Небольшое серое здание в готическом стиле, с высокими шпилями на конце, которых были кресты и знамена с неизвестной мне символикой. Но больше всего напугала странная уродливая фигура с крыльями, женскими грудями и козлиной бородой. Она украшала фронтон церкви. Заметив мой испуганный взгляд, бородач прошептал мне на ухо.
— Это «идол крестоносцев», — и заговорщицки подмигнул, а я подумала, как не пыталась избежать с орденом встречи, сама пришла к ним. Подъехала машина, мужики подняли раненого священника и занесли внутрь. Меня завели следом, а когда тяжелая дверь с тихим скрипом затворилась, я вздрогнула, как будто мышеловка
захлопнулась.
В церкви пахло воском и ладаном. Тишину нарушали негромкие шаги прихожан и монахинь. Я хотела немного оглядеться, вспомнила, как барон Венуа рассказывал о месте, где ставили свечи за упокой крестоносцев, но мне не дали. Подбежала старая монахиня и с причитаниями стала показывать путь, куда мужчинам нести священника. Бородач торопливо вел меня за всеми. Едва мы вошли в скромно обставленную спальню и отца Жака положили на кровать, я вырвалась из цепких рук мужчины и сама подошла к больному, затем попросила помощи у монахини.
Спасибо этой женщине, она выдворила за дверь всех присутствующих и мы с ней аккуратно разрезали штанину священника.
— Необходимо принести что-то вроде доски, — пояснила я монахине, — чтобы ровно положить сломанную ногу.
Женщина с волнением кивнула и вздрогнула, когда отец Жан слегка застонал.
— И пошлите за доктором…
— Но вы… ведь зрячая, — с любопытством взглянула на меня монашка, удивленно приподняв брови отчего на ее лбу прибавилось продольных морщин.
Не могла же я ей сказать, что не слышу ангел-хранителя и могу неправильно срастить кости, поэтому пришлось почти врать милой старушке.
— Я несведуща в переломах и никогда ими не занималась. Но постараюсь облегчить боль отцу Жану, пока не придет доктор.
— Хорошо, — произнесла монахиня и шустренько выбежала из комнаты. Присев на край кровати, призвала Анну, чтобы она направила силу зрячей в нужном направлении, а сама рассматривала священника. Редкие темные волосы, длинноватый нос и тонкие губы. Веки мужчины задрожали, он тихо вздохнул и открыл карие глаза мага-чтеца. Несколько мгновений отец Жан разглядывал мое лицо, а потом прошептал.
— Княгиня,
мадам… Ка-тери-на…вот мы с вами и… встретились.
Он помнил меня? Он знал кто я! Быстро взглянула на Анну, но призрак не обращая на меня внимание, продолжала снимать боль священнику. А если… попытаться что-нибудь выяснить?
— Вы ждали меня, отец Жан? — с безразличным видом поинтересовалась, а у самой сердце забилось еще сильнее в ожидании ответа.
— Да и я рад, что Бенедикт… успел вас… спасти.
Кто такой Бенедикт? И от кого спасти? Вопросы чуть не слетели с языка, но я вовремя опомнилась. Мои мысли маг-чтец прочитать не сможет, так возможно получится немного притвориться.
— Как видите я спасла себя сама, — усмехнулась священнику, — а сейчас пытаюсь помочь вам.
— Я помню, что бежал через дорогу, а потом, — отец Жан устало прикрыл глаза, — удар, сильная боль и беспамятство. Скажите, кольцо… у вас?
И про кольцо месье Готье ему известно. Значит ли это, что священник был знаком с доктором? Скрывать украшение больше не было смысла. Отвернувшись, я полезла в сумочку, порылась в шкатулке и наконец достала тяжелый серебряный перстень. Он легко наделся на большой палец.
 
— Значит, Франсуа… мертв, — тихо произнес чтец, когда я продемонстрировала ему кольцо. — Что ж, мадам… от судьбы не уйдешь. Вы должны встретиться с маркизом де Шарне.