Грани игры. Исповедь

Ранним утром мне удалось уснуть на пару часов, пока не разбудил звонок от сотрудника. Голова болела и гудела, но всё же пришлось появиться в галерее хотя бы на несколько часов.
После обеда, распахнув дверь квартиры, я замерла в изумлении. В коридоре на кованых металлических стойках разной высоты расположились порядка тридцати горшков с орхидеями. Слабая улыбка тронула мои губы, и я наклонилась вдохнуть цветочный аромат. Рядом с одним из горшков лежал конверт из плотной дорогой бумаги с инициалами моего мужа. Я достала открытку: «Прости, давай поговорим».
  
Вернулась обратно в коридор, прихватила чемодан и поехала в отель, потому что была уверена – в ближайшие дни он приедет. Мне тяжело его видеть, одно нежное прикосновение и опасный взгляд, и я снова попаду в его плен.
Выбрала отель недалеко от галереи, закинула чемодан и пошла на работу. Молчаливая и рассеянная, я отчаянно старалась игнорировать душевные терзания, но как только появлялась свободная минута его имя вспыхивало в сознании, словно разряд молний.
Зная, что работа – единственное спасение, я зарылась в ней до полуночи. Оставшуюся половину провела в постели, прижавшись спиной к изголовью кровати, пила красное вино, вспоминая Игоря. Чтобы поспать хоть немного и не стать заложницей мыслей о нем, к утру приняла успокоительное. На работе появилась ближе к обеду.
В таком режиме прошли пять дней, пока в дверях кабинета не показался его силуэт. Покровский как всегда выглядел превосходно – идеально сидящая белая рубашка с подвернутыми рукавами, элегантные бежевые брюки. От синяков на лице не осталось и следа.
– Поговорим? – он захлопнул дверь и повернул ключ. Я пожалела, что забыла вытащить его из замочной скважины. Игорь двинулся к столу, а я безмолвно наблюдала за его действиями. Чувствовала, как разгоняется стук сердца и бежит по спине холодная дрожь.
– Я уже все сказала, – твердо ответила, стараясь не показывать волнения. Поднялась и скрестила руки на груди.
– Ты только и говоришь про развод, как будто других вариантов не существует. – Он говорил уверенно, у меня создалось ощущение, что это я изменила ему, а не наоборот. – Зачем ты хочешь разрушить отношения между нами? Зачем сбегаешь от любви? Ты же знаешь, что развод – это самое простое, что можно совершить? Разве ты не будешь жалеть о том, что сожжешь все мосты между нами? Ты же знаешь, я не отпущу тебя, не будь на это другой веской причины.
– Остановись! Пожалуйста, остановись! – я отрицательно качала головой, пока он обходил стол и с каждым словом приближался. Покровский не отреагировал на слова и продолжил.
– Нет, я понимаю, что вовремя не сказал тебе всей правды, – с искренним сожалением произнес он, – и я до глубины души жалею об этом, но я боялся тебя потерять и причинить боль. Мне хотелось оградить тебя от всех этих терзаний… Я не верю, что после той ночи могут быть последствия, я даже не помню ее!
– Пожалуйста, не надо… – он стоял напротив меня так близко… Я нежно дотронулась подушечками пальцев до его губ. Игорь замолчал и прикрыл глаза, будто запоминал прикосновения. Его ладонь скользнула по моей, и он с трепетом поцеловал ее тыльную сторону. Я вдыхала пьянящий аромат его парфюма и не двигаясь наблюдала за ним. Покровский любимым жестом подхватил прядь волос у моего лица и убрал за ухо.
– Я знаю, что нам нужно время. Давай откроем чистый лист, – бархатный низкий голос пронизывал мой слух, заставляя медленно таять как мороженое на солнце.
– У нас не осталось в альбоме чистых листов, – тихо вздохнула я, с сожалением глядя в его глаза.
Игорь наклонился ближе, едва задел своими губами мои и застыл в сантиметре о них.
– Тогда может мы заведем новый альбом? – прошептал он, обжигая горячим неровным дыханием. Моя грудь тяжело поднималась и опускалась, между бедер я почувствовала бешеную пульсацию. Он скользнул ладонью от моей шеи к макушке и крепко прижал к своим губам. Я полностью потеряла контроль. Разум не мог вырвать меня из крепких лап чувств. За пять дней я безумно соскучилась по нему.
Наши языки страстно сплетались. Подушечками пальцев одной руки я коснулась его шеи и ощутила сумасшедший пульс. Его ладонь опускалась ниже к лопаткам, пальцы уже тянули молнию вниз.. Часть платья слетела с плеча, его губы переместились на шею, а потом осыпали поцелуями мои оголенные ключицы. Сильные руки подхватили за талию и усадили на стол. Он вернулся к губам, сплетаясь в безудержном поцелуе. Мой разум предпринимал последние попытки остановить это безумие, но чувства накрывали словно безжалостный цунами.
Наше безрассудство и одержимость прервал стук в дверь.
– Я открою, – прошептала, возвращаясь в реальность.
– Не надо, – он не хотел меня отпускать и продолжал прокладывать дорожку из поцелуев от мочки уха и ниже.
– Отпусти и отдай мне ключи, – я попыталась надеть платье.
– Нет. Я не отпущу тебя.
– Я закричу, – закинула я руки за спину, пытаясь застегнуть замок. – Остановись, все! – повысила я голос, а стук стал громче. – Иду! – крикнула я.
Игорь сделал шаг назад, поправляя волосы, а я слезла со стола, выставила ладонь вперед, безмолвно ожидая, когда он отдаст мне ключ. Он вытащил его из кармана брюк, сел в мое кресло и ближе придвинулся к столу, прикрывая эрекцию.
Я открыла дверь и увидела спину Дмитрия в конце коридора.
– Добрый день! Прошу прощения, что заставила Вас ждать.
Он повернулся ко мне:
– Добрый день, Виктория! Я вам помешал? – его взгляд устремился на Игоря, а я была благодарна за то, что он вовремя остановил наше безумие.
– Нет, что Вы. Мой муж уже уходит, – посмотрела на Игоря и самодовольно улыбнулась. – Проходите.
– Виктория, спасибо, но мы договаривались пообедать, поэтому жду вас в холле на первом этаже.
– Извините. Я совершенно потерялась во времени. Скоро буду.
– Понимаю. Жду.
Он развернулся и широкими шагами направился к лестнице. Я закрыла дверь, подхватила телефон и сумку со стола.
– Что? Пообедать? – недовольно переспросил Покровский. – Какого черта ты собралась с ним встречаться? – при упоминании Дмитрия Игорь превращался в оголенный нерв.
– Рабочая встреча. Скоро аукцион, – зачем-то отчиталась перед ним. – Прошу тебя, подпиши документы на развод и больше не ищи встреч со мной.
– А я тебе еще раз повторяю, развода не будет. И какого черта ты, зная, что Милена беременна, не сказала мне ни слова?
– Какая разница – рано или поздно, это уже ничего не изменит.
– Мы могли бы утром все обсудить и решить.
– Это бессмысленно. Доверие между нами давно сломано, это суровая реальность.
– Починим.
– Мне пора, – решила я проигнорировать его слова. – Выходи.
– Развода не будет, – повторил он с приказной интонацией, поднялся и удалился из кабинета, а я закрыла дверь и последовала за ним.
***
За обедом я пыталась сфокусироваться на разговоре с Дмитрием, но все мои мысли отбрасывало на полчаса ранее, когда я попала в ловушку гипноза и чуть не занялась любовью с Игорем на рабочем столе. Надо держать себя в руках. Интересно, когда он поймет, что наши встречи и отношения закончены и прекратит преследовать меня?
– Вика, вы меня слышите? – Дмитрий помахал перед моим лицом ладонью.
– Да, простите, задумалась… – растерялась я и посмотрела на него.
– Надеюсь, о том произведении искусства, которое я хочу приобрести на аукционе, – он строго посмотрел на меня и приподнял уголок рта.
– Нет, я плохо себя чувствую, – нагло соврала, потому что хотелось вернуться в номер и собраться с мыслями.
  
– Может муж так действует на вас? Слышал, вы разводитесь, – Дмитрий цинично улыбнулся и откинулся на спинку кресла.
– Дмитрий, извините, но я не хочу обсуждать с вами Покровского. Мы можем перенести встречу на завтра?
– Конечно. Может вас проводить?
– Спасибо, не нужно.
– Вечером я напишу время и место.
– Хорошо.