Фима и всё. Том 1 (СИ)
Красибор наконец понял, к чему она клонила. Всего через полчаса он вернулся сюда же и оставил на столе друга маленького плюшевого мишку, глаз которого транслировал окружающую обстановку прямо на их с Фимой смартфоны. Для верности они купили открытку с пожеланием скоро выздоровления, чтобы никто из коллег Романа не удивился новому аксессуару.
Сделав это, молодые люди разошлись по своим делам. У обоих начинали гореть сроки исследований, и если Красибор был готов послать работу по-настоящему далеко и надолго, то Фима своей позицией дорожила, и Красибор решил её в этом поддержать. В конце концов, без неё он сейчас мало что мог бы сделать. Роман по видеосвязи уверил его, что отец в относительной норме, потому что за сегодняшнее утро они с тётушкой Негомилой и Александром хорошенько прошлись по саду и повыдёргивали ростки болиголова. А тётушка обещала непременно поговорить с ним о заклинаниях в гримуаре и шансах вернуть магические силы, но вечером — сейчас она была слишком занята ухаживаниями за больными, включая себя саму. Так что Красибор убрал гримуар в рюкзак и отправился завершать свои брошенные утром расчёты, заключив с самим собой сделку: сначала он сконцентрируется на исследовании и ближайшие два часа не будет ни на что отвлекаться, а в обмен на такое самопожертвование во имя науки до конца дня он засядет где-нибудь с гримуаром и погрузится в чтение.
«Возможно, что-то в этой книге подскажет, что вообще случилось с нашей семьёй», — думал он, вновь настраивая микроскоп и уставившись на монитор компьютера, на который выводилось изображение с предметного стекла.
Фима же ещё раз проверила свои таблицы, убедилась, что планшет заряжен, и собралась на встречу, которую переносила уже четырежды. Она затягивала шнурок на рюкзаке, когда в кабинет вернулась Ольга. Она была взволнована в хорошем смысле: яркий румянец на щеках и улыбка украшали её лучше любых аксессуаров или макияжа. Но и последние тоже своё дело, конечно, делали.
— Хорошие результаты? — спросила Фима, закидывая рюкзак на плечо.
— Что? Ах, да, неплохие, — Ольга кивнула и убрала прядь за ухо, прижимая при этом телефон к груди.
— Что ты там от меня прячешь? — нахмурилась Фима.
— Ничего, правда, — девушка развела руки в стороны, будто показывая, что открыта перед ней и ничего не скрывает за пазухой.
— А в телефоне?
— Просто хорошее сообщение пришло, — Ольга пожала плечами и легко вздохнула.
— Погоди-ка… Да ты влюбилась!
— Кто, я? — блондинка изумлённо ткнула себя пальцем в грудь. — Не говори ерунды.
— Но сообщение же от парня, я права?
Ольга медленно кивнула. Было заметно, что она чуть напряглась.
— Надеюсь, он стоит такой красотки, как ты, — Фима подмигнула ей и бодрым шагом пошла к дверям.
У самого выхода она остановилась и добавила через плечо:
— А ещё такой храброй и умной девушки.
Как бы не вставала у неё шерсть дыбом в обществе блондинки, отрицать её хороших черт она не могла да и не хотела. Особенно после того, что она сделала для их с Красибором и Романом спасения. Ольга удивлённо подняла брови и ответила словами благодарности.
— А ты куда? — спросила она, чуть опомнившись от неожиданных комплиментов.
— На Басаргинский маяк. Если всё сложится, поставим туда мой обновлённый РИТЭГ.
— О, там красиво, я видела с моря. Жаль, туда так просто не попадёшь.
— Может, и к лучшему, — улыбнулась Фима и вышла за порог.
После проверки на КПП войсковой части, на территории которой находился один из самых живописных маяков края, Фима последовала вверх по склону. Сначала ей нужно было поговорить со смотрителем, чей домик стоял там же, на вершине, прямо рядом с обрывом. Море ластилось к скалам, с шелестом облизывая острые грани валунов. Звук волн был слышен так отчётливо, что, если закрыть глаза, можно было с лёгкостью представить, что находишься в открытом море. В какой-то момент Фиме показалось, что земля мерно раскачивается под ногами, но она быстро стряхнула это наваждение.
Маленький одноэтажный домик создавал ощущение, будто это была не войсковая часть, а обычное деревенское поселение. Живописное и гостеприимное. Стены, явно побелённые в этом году, приятно контрастировали с насыщенно-изумрудной крышей. По обе стороны от парадного входа раскинулся небольшой сад, ограждённый премилым низким заборчиком. Он был свежим и белоснежным, как и стены. Клумбы пока что пустовали — ещё было слишком рано для цветов. В обычном мире, не в ведовском. Однако, тёмную влажную почву уже прорезали первые побеги растений. Должно быть, скоро зацветут первоцветы: пролески, крокусы, и быть может, даже мускари с их яркими свечками цветов, больше похожих на ягоды. Справа от входа висела синяя табличка, похожая на адресные. Но на ней, вместо улицы и дома, гордо значилось: «Лучший двор 2023 г.» Фима улыбнулась, глядя на неё и на ухоженный участочек: люди, живущие тут, землю свою очень любили, в этом не было сомнений. К таким хочется приходить в гости. А когда она заметила тонкий дымок из трубы и почувствовала запах выпечки, место ей понравилось ещё больше. Она поспешила позвонить в маленький круглый звонок.
Дверь открыли почти сразу. Её встретила женщина лет пятидесяти, стройная и изящная, со светлым открытым лицом. Она перекинула длинную чёрную косу наперёд через правое плечо, и та спускалась почти до пояса. Голову украшал миниатюрный современный кокошник, сделанный из тёмно-бордовой кожи и украшенный бежевыми матовыми камнями. Женщина растянула пухлые губы в приветливой улыбке, а светлые глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами, удивлённо разглядывали Фиму.
— Добрый день, а вы?.. — спросила женщина, вытирая руки вафельным полотенцем.
Она была одета в длинное вельветовое платье такого тёмного зелёного оттенка, что оно казалось почти чёрным, и только под солнечными лучами приобретало изумрудный блеск.
— Здравствуйте, меня зовут Арифметика, я пришла на встречу с Зеленко Сергеем Владиславовичем. По поводу питания маяка.
— А-а-а, поняла, — просияла женщина. — Какая вы красавица! Я думала, приедет какой-нибудь скучный старый учёный.
— Вы даже не представляете, какой скучной я могу быть, — улыбнулась Фима.
— Не верю, — женщина коротко засмеялась и отступила на шаг, открывая проход. — Заходите, милая, Серёжа скоро вернётся.
Фима с готовностью переступила порог. Домик был совсем маленьким, всего на одну спальню и кухню с печью. Девушка удивлённо обвела помещение глазами:
— Вы готовите в печи? У вас же стоит плита.
— А так вкуснее, — отозвалась женщина и открыла высокую пластиковую бочку в углу. Зачерпнула из неё большой половник и часть воды вылила в электрический чайник, а часть — в ручной умывальник. — У нас тут полулюкс: какие-то удобства провели, а какие-то — по-старинке. Но вот пробовала я духовки ваши и индукционные панели, а ничего лучше печки пока не придумали. Тем паче, что и так и так топить, холодрыга иначе.
Пока чайник закипал, женщина хлопотала вокруг, накрывая на стол. Вскоре перед Фимой очутился старый сервиз с изображением зайчат в подснежниках. Было видно, что посуда видала лучшие годы, но это Фиму даже радовало, потому что означало, что сервизом пользуются.
— Вам помочь?
— Что ты, — отмахнулась женщина. — Я сама.
— А как вас зовут?
Женщина вдруг замерла на мгновение, будто растерявшись. Но совсем скоро вновь принялась доставать приборы и посуду:
— Мила Олеговна, — ответила она и выжидающе посмотрела на девушку.
— Какое красивое имя, — Фима улыбнулась и повторила для верности, — Мила Олеговна. Давайте я вам всё же помогу?
— Не стоит, дорогая моя, мне в радость гостей принимать. И называй меня просто Милой, хорошо?
Фима кивнула и, несмотря на заверения хозяйки дома, всё же встала и потянулась к плетёной вазочке с нарезанным домашним хлебом, которую Мила как раз закончила заполнять.
— Ох ты ж хозяйственная какая и упёртая, — ухмыльнулась Мила. — Ну, хорошо, твоя взяла. Поставь хлеб и и залей кипяток в заварник, пожалуйста. Сейчас и пироги подоспеют, ты как никогда вовремя пришла, милая моя.