Фима и всё. Том 1 (СИ)
Арифметика плавно поднялась и прошла помещение насквозь, в сторону кухни. Коллег она нашла прямо рядом со стойкой выдачи заказов: они опустошали огромный пятилитровый кувшин с водой, в глазах их стояла слёзы.
— А вот и мои драконы, — пропела она. — Вы так дышите огнём, что даже отсюда чувствую. Такая жара, така-а-я жара, — она принялась обмахиваться ладошкой.
«Ну точно, драконы аристократы, всё как в книжках», — девушка улыбнулась своим мыслям.
— Что… Случилось…? — прохрипел Красибор, высовывая язык в надежде, что воздух его остудит.
— Понятия не имею, — соврала девушка, не моргнув и глазом. — Вы к острому не очень?
— Спаси-и-и-и-ите, — взмолился Роман и вылил себе на голову все остатки воды.
Красибор отчаянно завопил, глядя на это, а Арифметика всё же сжалилась.
— Съдравъ, — шепнула она.
И как только последний звук покинул её тело, мужчины замерли. Они пытались отдышаться и с недоверием трогали языки и горла.
— Ведьма, — яростно прошипел Красибор, глядя на девушку исподлобья.
— Агась, — Фима легкомысленно улыбнулась, крутанулась на месте и выбежала из кухни.
Повара, ошарашено наблюдавшие за всей сценой, на всякий случай перекрестились, когда мужчины, катаясь на скользком от пролитой воды полу, вышли обратно в обеденный зал.
— Так что ты хотел? — напомнила Фима, когда все они снова воссоединились за столиком.
Красибор выглядел хмурым, Роман — понурым и несчастным. Он полностью промок и даже не поднимал глаз.
— Ой, да вы шуток не понимаете что ли? — всплеснула руками Фима. — Я плохо умею хранить секреты, а тут целый секрет шефа!
— Мой костюм! — Роман приподнял руки и осмотрел себя. — Мой прекрасный костюм!
— А ещё простудится, — буркнул Красибор.
— Ой, умоляю, — Фима закатила глаза и шепнула: — нету въда.
По твидовой ткани проступили пятна: они ширились и росли, вытесняя влагу из хитросплетения нитей. Через несколько секунд костюм был сухой, а Роман — совершенно обескураженный.
— Богиня, — протянул он, глядя на девушку с неподдельным обожанием. Та не применула ответить ему игривой улыбкой.
— Ну так что, — она вновь посмотрела на Красибора, — попросишь ты меня уже снять порчу со своего отца или нет?
Мужчина смотрел на неё в упор. Губы — жёсткая линия, челюсти крепко сжаты. Руки он сжал в кулаки под столом, борясь с собой. Как вдруг в голове у него что-то щёлкнуло, и он расслабился. Тело обмякло, к мышцам побежала кровь. Красибор сполз на стуле и от души расхохотался. Он смеялся во весь голос, закинув голову и держись за живот.
Арифметика и Роман с одинаково дурацкими лицами следили за товарищем.
— Опять твои приколы? — строго спросил рыжий.
— Нет! — Фима помахала ладошкой. — Он может всё, того?
— Кого того?
— За кукушкой в тёплые края отправился, говорю, — прошипела Фима, перегнувшийся через столик.
— Это было нечто, — проговорил, наконец, Красибор, всё ещё хихикая и вытирая выступившие слёзы.
— Ты как? — боязливо спросила девушка. — Может, перец в мозг проник? Рома, давай скорую вызовем?
— Я в порядке, — заверил её Красибор, снова мягко прикоснувшись к руке девушки. — А мой отец — нет.
— Попроси, Красибор, — напомнила ему Фима. — Я ничего не смогу сделать без твоей просьбы.
Он всматривался в её лицо ещё несколько секунд. На тёмных ресницах поблёскивали солёные росинки, а радужка приняла оттенок мха, который ковром покрывает любимый Фимин лес. Девушка закусила губу в нервном ожидании.
— Сними порчу с моего отца, если она есть.
Мужчина сильнее сжал её ладонь. Ох уж эти его запрещённые приёмчики! Аура ведьмы вспыхнула ярче новогоднего фейерверка, хоть колдовское очарование Красибора на неё сейчас и не действовало.
— Хорошо, — только и ответила она, краснея до кончиков ушей. Но вскоре опомнилась: — Только при условии! Двух!
— Чем мы можем тебе помочь? — мягко спросил Красибор, выпуская девичью ладошку.
Фима случайно вздохнула, показав своё разочарование тем, что он прервал их контакт, но подобралась и выпалила:
— Я живу в общежитие на Светланской, и там происходит какая-то чертовщина. Поиск и снятие порчи — дело энергоёмкое, и маны у меня впритык. Значит, чтобы помочь твоему отцу, нужно решить проблемы у меня дома с минимальными волшебными затратами.
— Короче, нужно выполнить квест, — встрял Роман.
— Да, — девушка свела брови у переносицы, раздумывая, — хоть я и понятия не имею, что такое квест.
— Это когда ты решаешь загадки и головоломки, — подсказал Красибор.
— Короче! — девушка всплеснула руками, уже перегруженная странными словечками. — Во-первых, нужно занести ко мне в комнату много канистр с водой, сколько влезет. А во-вторых, помочь мне пройти этот, как вы говорите, квест.
— А там страшно будет? — Роман нервно сглотнул. — А то я до жутиков не это, не любитель.
— Можешь на меня расчитывать, — Красибор моргнул, как бы подтверждая свои слова.
— На нас уж, на нас, — неуверенно покачал головой его друг. — Вот говорила же мне чуйка утром: притворись, Ромка, больным и смотри весь день «Великолепный век» да перепёлок ешь. — Он сокрушённо потёр лицо. — Так нет же, я за предчувствием потащился.
— Ещё надо выяснить, кто тебе подклады суёт, — напомнила ему Фима.
— О, мамма мия! — запричитал Роман, вознёсся руки к вращающемуся на потолке вентилятору.
Он продолжал причитать, но слушали его разве что посетители за соседними столиками. Его же спутники смотрели только друг на друга, занятый каждый своими вопросами. И если бы они догадались задать эти вопросы друг другу, то даже сейчас, в первый день их знакомства, получили бы множество ответов, пусть и далеко не все их бы обрадовали.
Но девушка с силами и мужчина без них предпочли остаться в неведении. Ещё хотя бы какое-то время, и их можно было понять.
Глава 8
Глава 8
Мыши плакали, но продолжали есть кактус, а двое научных сотрудников НИИ ядерной физики кряхтели, но продолжали тащить двадцатилитровые баклажки с водой на двенадцатый этаж.
— Я правда не знала, что лифт сломался! — Фима с виноватым видом обхватила себя руками.
Она стояла на десять ступенек выше и изо всех сил делала вид, что ей жалко карабкающихся на Эверест мужчин.
— Сколько там ещё? — прохрипел рыжий затылок.
Роман взвалил на плечи сразу две канистры и сложился пополам под их весом ещё между вторым и третьим этажами.
— Подходим к девятому, — отозвался Красибор.
Он тоже запыхался, но выглядел намного бодрее соратника. Ему хватило дальновидности, чтобы взять меньше веса, но сходить дважды. Фима невольно задержала взгляд на его руках, представляя, как выглядят мышцы под тканью толстовки.
— Жарковато, — обронил брюнет и незамедлительно исполнил тайное желание Фимы.
Красибор снял толстовку (она была просто чёрной, скучной: ни тебе символов физтеха, ни похабных картинок или надписей с двояким смыслом), и под ней обнаружилась такая же скучная футболка, только белая. Зато рельеф мышц под ней был совсем не скучный. Фима пялилась на мужчину, раскрыв рот. И лишь в момент, когда подлая капля слюны уже готова была сорваться с её губы, девушка пришла в себя. На глазах фигура качка, будто выскочившая из горячих календарей с пожарными, сдулась и превратилась в… ну… обычную фигуру. При определённом ракурсе достаточно привлекательную для разворота октября или апреля. «Не зря он каждое утро в зал ходит», — заметила Арифметика и тряханула головой, окончательно стряхивая наваждение. Красибор тем временем уже прошагал выше и чуть не наслал на бедолагу вторую порцию чар. Тем лучше для него, потому что, обнаружив девушку, вцепившуюся зубами ему в мягкое место, он, откровенно говоря, не смог бы ничего сделать. И ему пришлось бы так и подниматься: с двадцатью литрами воды на плече и очарованной ведьмочкой на булке.
К счастью для последней, девушка отмахнулась от чар Красибора и поспешила по ступенькам. Она быстро преодолела оставшееся расстояние и встретила мужчин уже у входной двери.