Третье открытие силы
- Нет... - соврал я.
- Ну, значит, у тебя все еще впереди... Просто получается так, что в какой-то момент приходит нечто и поселяется в твоем мозгу, и начинает вести свою независимую жизнь, и развивается, и растет, и в конце концов делается таким огромным и плотным, что уже не умещается в сознании, и давит изнутри, и ты не можешь этого выносить и готов сделать все, что угодно, лишь бы избавить себя от присутствия этого чего-то... Иначе оно рано или поздно срывает твою крышу и тогда никто не даст гарантий того, что она когда-нибудь вернется на место... Дело может даже дойти до самоубийства. А избавиться от проблемы очень просто - выпустить наружу то, что поселилось в сознании. Взять и написать... Или нарисовать, или изваять, или... Короче, материализовать в объекте творчества... Мы - инкубаторы наших творений. Пока они внутри нас - мы их рабы, мы вынуждены питать их и лелеять. А когда они созданы, мы обретаем свободу от них, а они - свое собственное бытие, отдельное от нашего... Но в любом случае, если они представляют собой что-то настоящее, что-то обладающее истинной силой, они не зависят от нас ни до, ни после... Нужно быть очень сильным человеком, чтобы выдержать процесс творчества чего-то настоящего и не сгореть от перенапряжения за считанные годы... Обычные люди, как правило, не выдерживают...
Он немного помолчал, а потом вдруг совершенно неожиданно и очень резко сменил тему, и это почему-то мгновенно выбило меня из состояния психического равновесия.
- А вообще-то все обычные люди, - сказал он, - сильные, здоровые, слабые и прочие, в особенности - богатые - существуют лишь для того, чтобы обеспечить избранных всем необходимым: пищей, деньгами и возможностями для отработки тренировочных манипуляций с телами и сознаниями равных им и тех, кто не вошел в их число. В этом нет никакой несправедливости. Если люди сами не сумели превратить свою жизнь в эволюционно значимый ход, то лучшее, что они могут сделать - это обеспечить возможностью совершить его тех, кто на это способен. Ни на что более радикальное и целесообразное они в этом мире раскрутиться не сумеют. Особенно - богатые. Поверь мне...
- А тебе не кажется, что это - не только жестоко, но и цинично?! - буквально взвился я, одновременно с удивлением как бы со стороны за собой наблюдая.
- Зато, опять-таки, соответствует истине... Правда очень часто кажется отвратительной, особенно тому, кто ленив и потому сентиментален. Или туп и потому жалок... Хотя... Лично я не вижу в таком положении вещей никакой жестокости. Даже несправедливости не вижу... Наоборот... Шанс-то ведь есть у каждого. Абсолютно... А то, что только лишь единицы из сотен тысяч или даже миллионов решают им воспользоваться... Это их право. Священное и неприкосновенное право каждого выбирать самого себя. Подавляющее большинство человеческих существ предпочитает прозябать в иллюзиях, посвящая всю свою жизнь тому, чтобы следовать прихоти, похоти, страсти, в общем, всячески лелеять свои слабые места и ублажать чувство собственной значительности. Ведь отнюдь не является секретом или Бог знает каким откровением тот факт, что, чем меньше человек в действительности собой представляет, тем больше из себя корчит. И это - тоже его неотъемлемое священное право быть таким, каким он хочет быть... Просто потом в один прекрасный момент приходит смерть и ставит все на свои места.
- Но после смерти остается то, что в следующем воплощении...
- Ну и что? - не дал он мне договорить. - После смерти от человека действительно остается то, что в следующем воплощении сформирует вокруг себя - или внутри себя, это зависит от того, с какой стороны посмотреть - другого человека... Но сам-то умерший в подавляющем большинстве случаев так об этом никогда и не узнает... Как личность, как самоосознающий индивид, для которого смерть необратимо разрушительна. Вся трагичность смерти - в том, что она нарушает непрерывность самоосознания. Она напрочь уничтожает самоосознание личности, равно как и все, что эту личность составляет. Для обычного человеческого существа смерть - окончательна, ее необратимость обжалованию не подлежит. И потому именно смерть может оказаться самым могучим стимулом к постоянной настойчивой тренировке, а также к тому, чтобы не заниматься в жизни ерундой - тем, без чего можно обойтись. Ведь никто не знает, где и когда он сделает свой последний шаг. Можно догадываться, строить планы, интуитивно что-то чувствовать и... в один прекрасный день обойти автобус не с той стороны... Или якобы случайно не вовремя оказаться не под тем балконом... Сэкономить время и энергию для того, чтобы успеть стать непрерывным самоосознанием до того, как произойдет непоправимое - вот единственная игра, которая здесь стоит свеч. Хотя, конечно, и это - всего лишь игра... Но - хотя бы так... Потому что в противном случае, человек умирает, и, когда после смерти его физического тела последовательно отмирают и необратимо рассеиваются в бесконечности Вселенной тонкие составляющие его энергетической структуры, он на доли мгновения воспринимает себя на все более и более тонких планах и с ужасом осознает, что необратимо разрушается то, что он мог бы сохранить и ради сохранения и развития чего, собственно, и была прожита им эта жизнь. Молнией в оставшихся в его распоряжении частях сознания проносится понимание: он в очередной раз прохлопал ушами свой шанс, и он, может быть, жалеет об этом, и чувствует, что хотел бы все изменить, но - увы... Поздно. Ставки сделаны, игра сыграна.
Мастер Чу замолчал.
- Каждый, кем бы он ни был, однажды в своей жизни сталкивается с тем, что для него может стать началом... - продолжил он после паузы. - Нужно просто не отвернуться, не пройти мимо, делая вид, что ничего не замечаешь... В силу бесконечной милости Единого все мы имеем равные шансы...
- Это я от тебя уже слышал, но от тебя же слышал я также и то, что люди - разные... Разве шансы двухвихревых и четырехвихревых существ - одинаковы? Ведь ты говорил, что творческий потенциал четырехвихревого человека неизмеримо выше творческого потенциала человека, составленного двумя вихрями...
- Но это не относится к потенциалу, скажем так, "относительного" развития. У четырехвихревых больше силы, но и спрос с них - выше. Каждое четырехвихревое человеческое существо несет ответственность не только за свое собственное развитие, но и за множество двухвихревых существ, присутствующих в его жизни. А с двухвихревого человека взятки гладки... Так что в итоге шансы у них одинаковы... Уверяю тебя, в Мире учитывается абсолютно все. "Кто везет - на того и грузят".
- И шансы пролететь мимо кассы тоже у всех, получается, равны...
- Безусловно. Абсолютная безжалостность - такое же неотъемлемое свойство Мира, как и Его бесконечная милость. И в отборе наиболее эффективно действующих точек концентрации упорядоченного самоосознания Он не идет ни на какие компромиссы. "Наша Вселенная - Вселенная хищников..." Твой любимый Кастанеда...
- Почему это - любимый?
- А что? Книги-то хорошие... Ладно, не важно... Я тысячу раз говорил тебе, что реальность, в которой мы живем - это реальность перманентной войны. И никто не может отсидеться в тылу, потому что такой вещи, как тыл, в этой войне нет. В ней каждый - сам за себя. Здесь ни к кому нельзя повернуться спиной. Я вижу - тебе не нравится все то, что я сейчас говорю. И это - нормальная реакция нормального человека... Нам так хотелось бы, чтобы дело обстояло иначе, чтобы хотя бы иногда можно было чуточку расслабиться, и потому мы придумываем красивые сказки. Но сказки так и остаются сказками. И, заметь, в любой сказке, каким бы красивым ни был ее хэппи-энд, речь идет о войне... Война - везде. Чем выше уровень функционирования, чем тоньше и многомернее план бытия, тем меньше осознанно действующих там существ, и тем жестче условия их конкуренции.
- Допустим, я принял твою точку зрения. А как же наши близкие, те, кого мы любим, и кто любит нас? К ним тоже нельзя поворачиваться спиной?
- Ни в коем случае, хотя именно те, кого мы любим, и те, кто любит нас - это самое главное, что есть в нашей жизни. Без них мы никогда не доберемся до самого верха...