Адская ярость (ЛП)

Ярость кипела под моей кожей, и мой Жнец был готов прорваться, разорвав весь штат Невада, чтобы найти этих безжалостных засранцев и заставить их заплатить. Волтой и Солоник были не единственными, кто причинил вред Мими. Я найду остальных и обрушу ужас на их души.
Скоро. Я отомщу.
Даже Грим не сможет меня остановить. Я не пойду против своих братьев или своего клуба, но, если мне придется разбираться с дерьмом самостоятельно, я это сделаю, и Грим знает это.
— Напиши мне, если кто-нибудь появится в больнице без приглашения. Ты понял, о чем я?
— Я понял, Грим.
Я редко называл его по имени. Всегда президентом, потому что это был его титул, и я его чертовски уважал, но ему нужно было услышать, что я предан своим братьям и защищаю наш клуб.
— Постарайся успокоиться. Ты поправишься от долбаного огнестрельного ранения в грудь, ублюдок. Не нужно, чтобы твоя большая задница была повторно ранена.
Я не мог сдержать легкого смешка.
— Точно. Мими скоро проснется, и тогда мы вернемся.
Все, что он сделал, это хрюкнул, прежде чем я снова услышал голос Рейта.
— Сейчас возвращаюсь в Тонопу. Ганнибал скинет локацию с девушками. Собираюсь использовать один из его контактов, чтобы убедиться, что власти найдут тела, и клуб не будет замешан.
— Понял. Увидимся позже, Рейт.
— Береги себя, брат.
Вздохнув, я провел рукой по волосам, впервые заметив поблизости пост медсестры. Несколько женщин продолжали поглядывать в мою сторону, и не одна бросала оценивающий взгляд. Если бы я не был взбешен, отвлечен, раздражен и ранен, я мог бы отвести одну из них в свободную комнату и снять часть этого стресса. Мне действительно нужно, чтобы мой член отсосали.
Как бы то ни было, я не искал компании. В любом случае, в Перекрестке много клубных кроликов. Я сосредоточился на Мими, и она была моим приоритетом. С тех пор, как я встретил ее, я не был так заинтересован в преследовании хвоста. Что-то в ней привлекло моего Жнеца, и он свирепо вцепился в нее.
Моя голова поднялась, и я вернулся в комнату Мими, закрыв дверь с мягким щелчком. Не хотел пугать ее так как, не был уверен, как много она может видеть или слышать. Я где-то читал, что в коме смутно осознают, что говорят и делают вокруг них. Половина причины, по которой я не собирался трахаться с кем-либо из персонала в больнице или доставать свой член, чтобы одна из этих медсестер упала на колени и поклонялась. Была острая необходимость защитить Мими от любого вреда физически, умственно и эмоционально. За короткое время, прошедшее с момента нашей встречи, между нами возникла связь.
Я не был уверен, что я чувствовал к ней, но я знал, что у нас была связь, и мой Жнец быстро становился одержимым. Я почувствовал, как его ярость возобновляется, когда всплыло воспоминание о том, как я нашел ее, и мои кулаки сжались. Наоми чуть не умерла той ночью. Если бы я не открыл заднюю часть черного внедорожника Алексея Волтойя и не поймал ее, когда она выпала, она бы задохнулась и умерла от сочетания наркотиков в ее организме и судьбы, которая ожидала ее, когда он поехал в пустыню, чтобы помучить ее в последний раз. Ярость прокатилась по моей коже, и я посмотрел вниз на молодую женщину, которая слишком много знала о жестокости этого мира.
Она никогда больше не будет такой уязвимой.
«Когда тьма окружит меня, я буду светом.
Когда всплывут сомнения, я сохраню веру.
Когда меня охватывает ярость, я оттачиваю свои навыки.
Когда я жажду мести, пощады не будет.
Когда я окажусь в битве, я не буду бояться врага.
Когда я столкнусь со смертью, у меня не будет раскаяния.
Когда мой Жнец отправится в путь, я покорю все».
∼Патриот, ведущий "Королевских ублюдков"
 
Мими еще не знала этого, но я собираюсь убедиться, что эти ублюдки заплатят за то, что они сделали. Солоник и Волтой были только началом. Теперь, когда всплыл этот новый русский Сергей Резников, я серьезно отнесся к угрозе, зная, что он не единственный, кто жаждет крови.
Никто не будет преследовать мою девочку.
С того момента, как Рейт позвонил и предупредил меня о Резникове, я знал, что Мими все еще в опасности. Каждая минута, которую она оставалась в больнице, увеличивала вероятность того, что либо русские, либо Скорпионы появятся. Я должен был вытащить ее отсюда до того, как это случилось. Опустившись на стул рядом с ее кроватью, я поднял ее руку и нежно поцеловал в макушку.
— Я здесь, солнышко. Я отомщу за тебя. Клянусь тебе. Ты будешь в безопасности, несмотря ни на что. — Тяжело сглотнув, я наклонился вперед и убрал прядь длинных волос с ее лица. — Я буду охотиться за каждым из этих русских сукиных сынов, пока никого из них не останется.
Ее рука сжала мою, и ее глаза затрепетали. Клянусь, я видел, как она моргнула. Взволнованный, я чуть не выпрыгнул из штанов.
— Мими?
В течение двух секунд я был самым счастливым человеком на земле… пока машина рядом со мной не сработала с серией звуковых сигналов и сигналов тревоги, когда сердце Мими решило перестать биться.
Плоская линия.
С ревом я быстро встал, крича медсестрам, врачам и всем, кто был поблизости, чтобы они прибежали. Ее жизнь не могла закончиться. Не так.
Нет, не мое солнышко.
Кто угодно, только не это.
Я наконец-то нашел ее, заботился о ее ранах и о ее безопасности не для того, чтобы смотреть, как она, блядь, умирает.
Комната наполнилась медсестрами, когда меня потянул к двери громоздкий чувак в форме службы безопасности. На табличке с именем написано Кайл. Я уже хотел надрать ему задницу за то, что он посмел дотронуться до моей руки.
— Нужно подождать здесь. Позвольте персоналу делать свою работу.
Взбешенный, я отмахнулся от него.
— Да. Я понимаю, но я не собираюсь далеко уходить. Слишком рискованно.
Кайл имел наглость закатить на меня глаза.
— Я присмотрю за комнатой. — Он указал на ближайший коридор в сторону зоны ожидания. — Как только ее состояние стабилизируется, один из врачей придет, чтобы поговорить с вами.
Эта чушь может сработать с большинством людей, но не с Королевским ублюдком.
Я скрестил руки на груди и стоял на своем.
— Не уйду. Достань свое оружие, если думаешь, что у тебя есть все, что нужно, чтобы заставить меня, но ты должен знать, что я морской пехотинец, и я служил в нескольких турах за границей. Имел дело с множеством властолюбивых придурков, у которых хватило высокомерия пытаться мной командовать. Ни один из них не справился. Я не покину этот зал, и я буду тем, кто позаботится о том, чтобы Наоми была в безопасности.
Кайл открыл рот, чтобы возразить, когда я услышал, как одна из медсестер крикнула ему, чтобы он оставил меня в покое. Персонал понимал, что я не собираюсь создавать проблем, пока мне разрешают оставаться. В первую ночь она только раз попыталась выгнать меня и быстро поняла, что я упрямый мудак. С тех пор меня не беспокоили.
— Беги и защищай торговые автоматы или что-то в этом роде.
Тяжело вздохнув, Кайл развернулся на каблуках и потопал прочь, пока я прислонился к посту медсестры, чертовски встревоженный, наблюдая за дверью в палату Мими. Суматоха и шум снизились до приемлемой громкости, когда блондинка-медсестра высунула голову из комнаты и улыбнулась.
— Она стабильна. Я дам тебе знать, когда ты сможешь зайти снова.
Кивнув в знак благодарности, я вздохнул с облегчением, и мои плечи расслабились. Мои пальцы дернулись, и чертовски захотелось сигареты, и моя задница чуть не выбежала на улицу покурить. Если бы Рейт и Экс притащили сюда свои задницы, возможно, я мог бы отлить и перекусить. Еда в больнице была чертовски отвратительной. Мне нужен был бургер, пиво и моя собственная чертова кровать.
Странное чувство пощекотало мне затылок, и я повернул голову в поисках источника моего беспокойства. Гости с наклейками, приклеенными к рубашкам, медсестры в медицинской форме, врачи в белых халатах и несколько детей толпились поблизости. Ничто не казалось необычным, пока я не заметил тень, скрывающуюся в конце зала, стоящую рядом с искусственным деревом в дальнем правом углу. Освещение работало неправильно, что было странно, но я ничего не думал об этом, пока незнакомец, который задержался, не вышел, кивнув головой в мою сторону со зловещей, загадочной улыбкой. Что-то в нем было не так. Мой Жнец немедленно попытался вырваться на свободу, поднявшись на поверхность моей кожи, когда незнакомец развернулся на каблуках и направился к лестнице, пробираясь сквозь толпу, выходящую из ближайшего лифта.