От тебя любой ценой (СИ)

— Бернард, проводи няню в детскую.
— Он похож на тебя — шепнула жена.
— Есть такое.
— Можно подержать?
— Не сегодня, он спит уже, разбудим. Я поднимусь, положу его в кроватку.
— Хорошо — вздохнула она.
Я поднялся наверх. Няня уже расположилась. Вещи были разложены. Вместе уложили ребёнка. Няня осталась с ним, я собрался к себе. В коридоре наткнулся на жену.
— Ты что, караулишь меня тут?
— Что вы там так долго делали? — точно ревнует.
— Ребёнка переодевали.
Она глянула недоверчиво и пошла к себе. Из соседней комнаты выскочила ее новая помощница. Несуразной внешности девица. Додумалась же привезти северную девушку.
В течение месяца я наблюдал за тем, как Лика реагирует на ребёнка. Происходящее мне нравилось. Я внутренне видел, как формируются связи, сплетаются между собой. Это должно было произойти еще в утробе, не понятно, почему этого не случилось.
Один раз застал, когда она качала сына на руках. Увидев меня чуток перепугалась, замерла, ждала как отреагирую. Я ничего говорить не стал. Тактильно привязанность ещё быстрее сформируется.
В спальню к ней не ходил, видимо сейчас гордости во мне больше, чем безответной влюблённости.
Она тоже не приходила. Я конечно настраивался, в случае такого, выпроводить ее. Но не был уверен, что смогу.
Только после того, как она признаёт для себя меня мужем и начнёт испытывать хоть какие-то сильные положительные эмоции, я пойду на контакт. Хватит, натерпелся.
Но все вышло из под контроля… само как-то…
  
Глава 7
 
Амелика
За месяц игнора я многое осознала. Самое главное — что мне нужен мой ребёнок. Пока привязанности материнской нет, но я ощущала это интуитивно.
Марк общаться с собой запретил, и я не знала, как подойти к нему с этим вопросом. Виду его, только вроде хочу подойти, а он идёт мимо, как будто меня нет тут.
В тот день, когда он позвал меня с собой на приём, я обрадовалась самому факту, что он начал со мной разговаривать. Хотя понятно, что вынужденно. Но шанса терять не стала и спросила про ребёнка.
Я пыталась взглянуть на мою дальнейшую жизнь, есть два варианта: первый — полный игнор мужа, одиночество, отсутствие ребёнка в моей жизни, второй — более перспективный, свыкнутся с мыслью, что Марк мой муж и воспринимать его мужем, выкинуть из головы все что было до родов и полюбить своего ребёнка.
Но Марк — стена. На встречу не шёл, все мои попытки сближения и контакта игнорировал. У него два месяца не было жены в спальне, а все чего дождалась на провокацию с голыми ногами — это жадный взгляд. Никакого продолжения и поползновений в мою сторону. Силы духа, чтобы бессовестно завалиться к нему в спальню, не было.
А потом привёл эту мымру. Ирисса. Имя какое противное Крыса-Ирисса. Высокомерная зазнайка с бидонами вместо груди. Вот как на зло он!
А мне надо примерной девочкой выглядеть, чтобы к ребёнку дал доступ.
Не дай бог узнаю, что он с ней спит, поэтому по мне не приходит! Хотя что я сделаю? Да ничего я не сделаю. Связана по рукам и ногам.
Розе не здоровалось. Постельный режим. Гостей не принимали. А я так хотела с ней увидеться, посоветоваться.
На протяжении ещё месяца ничего не происходило между нами. Ладно хоть на Ириссу он взглядов не бросал.
Сынок ко мне привыкал, я к нему. Уже аккуратно брала его на ручки. Крутилась всегда рядом.
Марк сегодня пришёл на удивление рано. Позвал в кабинет.
— Привет, Марк — несмело зашла внутрь.
— Привет, Амелика, у меня для тебя новости — я насторожилась.
— Какие?
— Наш университет сейчас принимает на обучение девушек из семьи правления. Я когда-то тебе обещал. Ты ведь хотела — я уже, если честно, вообще про это забыла. Столько всего произошло. А он помнит.
— Да, а можно чуть-чуть отложить? — он вскинул брови — подождём пока Виктор подрастёт. Я сейчас хочу больше им заниматься.
 
— Похвально. Начнёшь учиться, когда сочтешь нужным. Можешь идти — кивнул он на дверь, а я уходить не хотела. В кои то веки разговариваем. Ещё и наедине, без вечной Ириссы.
— Как там Роза? Крит что-то говорит?
— Ей лучше, скоро позовут нас в гости. Ты будешь ей рассказывать, что у нас не гладко?
— Я хотела… а нельзя? Просто мне совсем не с кем поделиться своими переживаниями… она моя подруга.
— Можешь сказать. Просто Крит не знает. И нужна ли им сейчас информация отёкших проблемах, дополнительный негатив — а он прав, я не подумала — я твой муж, почему ты своими переживаниями не можешь поделиться со мной? — я удивилась.
— В смысле? Ты меня избегаешь. Мы почти не разговариваем.
— Мы сейчас разговариваем. Можешь сказать.
— Я переживаю из-за того, что ты не приходишь ко мне… не зовёшь меня к себе… — говорить было неудобно.
— Тебе можно подумать это надо — хмыкнул он. Не забывай, я прекрасно тебя вижу. И даже прямо сейчас у тебя нет эмоций, отражающих, что ты полна желания заняться любовью.
— Во-первых, это способ сблизиться с тобой. И я прекрасно знаю, как быстро в твоей власти появляются эти эмоции прямо в процессе. Во-вторых, … — пауза затянулась, его левая бровь поползла вверх — с кем ты предаёшься любви, Марк, если не со мной? — я сделала серьёзное лицо. Ещё ногой бы топнула. Сама накосячила, ещё и права качаю.
— Ты хочешь сблизиться со мной? Зачем?
— Ради ребёнка. И ради… нас? Разводиться нам нельзя. Жить надо дальше, не всю же жизнь друг друга игнорировать. Но пока ты не ответил на мой вопрос, никакого сближения не будет! — выдала я.
— Никакого сближения и так не будет. Я не верю в твои благие намерения. Оставь меня. Мне надо поработать.
Я ушла расстроенная. Ну вот что мне делать? Хочется мира в семье. И ещё хочется Ириссу эту сбагрить. У меня и у самой все получится. И ребёнка я люблю. Как будто он не видит. Зашла к себе. Марши поливала цветы.
— Госпожа, на вас лица нет. Опять с мужем не ладится? Простите, если лезу не в своё дело.
— Марши, ну вот что мне сделать? Как мне полюбить собственного мужа? — ныла я.
— Если бы мне знать. Возможно, если бы я знала секрет и смогла полюбить своего, то и жили бы лучше.
— Такого как твой, точно любить не надо. Он не заслуживает. А такого как мой легко любить, его все любят, кроме меня.
— Я думала хоть у вас браки по любви — вздохнула девушка.
— Он любил меня. Думал, и я полюблю. Когда отношение хорошее, присутствует нежность и ласка, так чаще всего и случается. Это я какая-то не правильная.
— А вы думайте о нем чаще. Представляйте себя с ним счастливой. В объятьях его, как целует вас, как вы его. В постельных делах — удивляет меня служанка — говорят, если чего-то очень хочешь и часто это представляешь, вселенная притягивает это к тебе.
— А ты чего хочешь, Марши?
— Я хотела покоя. И много мечтала об этом. Вселенная мне послала вас. Вы спасли меня.
В ту ночь я долго не могла уснуть. Следовала совету Марши и представляла Марка. Сначала это были вполне невинные картины, где я он и наш сын, мы гуляем в саду, мы играем в детской. Потом мы вдвоём гуляем по нашим местным цветочным полям, целуемся под луной. А у нас ведь не было ни одного глубокого поцелуя. Такая мысль промелькнула на краю сознания, когда из мыслей эти картинки плавно перетекли в сновидение.
Более жаркое и откровенное. Его руки властно ласкали меня, губы жарко целовали. Почему-то я ощущала запах алкоголя… во сне вообще бывают запахи?
А потом я поняла, что это уже и не сон больше. Резко открыла глаза. Между нами не было расстояния. Наши языки переплетались. Нас разделяло только кружево моего белья и его трусы. От растерянности я прервала поцелуй.
— Марк? — прошептала я.
— Кого-то другого ждала?