Старший дознаватель (СИ)

  
Глава 5
 
Глава пятая.
Октябрь 1993 года.
Судилище.
Локация — Москва.
В суд мы выехали заранее — меня, как истинного преступника, тянуло на место совершения преступления, поэтому я заложил круг по Садовому кольцу. Крымский мост функционировал, на движение было открыто только по половине моста, на левой стороне рабочие спешно ремонтировали поврежденные вчера металлические стяжки, асфальт темнел свежими заплатами.
Судя по утренним новостям, ночью, в срочном порядке, возобновились переговоры между противоборствующими ветвями власти, при посредничестве Патриарха. Верхушка Верховного Совета поняла, что Ельцин миндальничать с ними больше не намерен и готов применить тяжелое вооружение, умерила свои амбиции и перестала цепляться за свои автоматы, первоочередной сдачи которых требовала власть исполнительная. В Дом Советов. в третий или четвертый раз, точно уже не помню, возобновили подачу воды и электричества. В тоже время, общество, в самом широком смысле этого слова, было недовольно, что для разгона мирной демонстрации власти применили бронетехнику и пулеметы.
Внутренние войска и боевую технику начали выводить из города, взамен этого оппозиция, в компании с независимыми профсоюзами объявили мораторий на проведение демонстраций, митингов и шествий, во всяком случае, пока идут переговоры.
Начальник ГУВД Москвы, лучезарно улыбаясь, щедро раздавал интервью, что только благодаря мужеству и стойкости его подчиненных, не случилось трагедии, так как они метким пистолетным огнем отразили нападение и защитили сограждан. В общем, с моей точки зрения, свою солонку в этой жизни я подал, божественный замысел исполнил и никому больше ничего не должен.
Этот же день.
Локация — районный суд, Подмосковье.
— Таким образом, уважаемый суд, моя доверительница…- я показал рукой на, настороженно сидящую, подле меня Наташу: — после открытия наследства вступила в него, оплатила свою долю в коммунальных и прочих платежах, что подтверждается предоставленными в дело квитанциями об оплате. В связи с изложенным, доводы истцов о том, что ответчица наследство не приняла являются необоснованными. В части же того, что ответчица не разу не была в унаследованных объектах, то мы вынуждены признать этот факт.
Я понурился, выдержал драматическую паузу, после чего продолжил:
— Но ответчица физически не могла посетить, а тем более, проживать в наследуемом имуществе. Еще земля не успела осесть на могиле наследодательницы, третье лицо…
Я, невежливо ткнул пальцем в, злобно глядящего на меня Юрика: — Самовольно, без согласования с моей доверительницей, заселил в квартиру и садовый домик нанимателей, от которых, ежемесячно, получает неплохие денежные выплаты, незаконно обогащаясь и не платя с этих сумм налоги в бюджет РСФСР, чем приносить вред, защищаемым государством, публичным отношениям…
Орать начали одновременно все четверо — обе тетки, бабка и Юрик, взахлеб выкрикивая, что-то вроде: — А ты видел⁈ Накося-выкуси! А ты наши деньги не считай!
— Вчера я через канцелярию передал объяснения от граждан, проживающих на даче и в квартире, которые ежемесячно передают некоторые суммы денег молодому человеку по имени Юрий, чье описание удивительно совпадает с внешним видом сидящего в зале третьего лица.
— К сожалению суд не может приобщить к делу переданные вами документы, так как суду неизвестно, кто их давал и давал ли…
— Уважаемый суд, вы не можете не приобщить к делу эти документы, так как они являются приложением к письменному объяснению сидящей здесь ответчицы, а письменные объяснения вы в любом случае обязаны приобщить к делу. Если же вы все-таки пойдете на нарушение процессуального кодекса, прошу выдать мне письменное определение об отказе, чтобы я его немедленно обжаловал в вышестоящем суде…
Судье пришлось стучать молотком по столу минут пять, прежде чем наши оппоненты успокоились, и от их имени не выступила тетка Софа, как самая спокойная:
  
— Гражданин судья, ваше величество, он все врет, ничего мы не присваивали!
— Уважаемый суд, прошу оградить меня от оскорблений от противной стороны…
— Вы слышали, ваше…ство, он же сам обзывает нас противными!
— Уважаемый суд, прошу дать разъяснение, что обращение «противный» вполне юридическое и, не побоюсь этого слова, научное. А относительно, якобы, моего вранья и взятых неизвестно от кого объяснений, предлагаю, провести выездное заседание суда, сначала отправившись всем составом на такси в садовое общество, а потом в квартиру, чтобы суд мог убедится, что объяснения взяты от реальных людей, чьи данные указаны в «шапках» объяснений. Только, давайте сразу определимся, что если эти люди там живут, то поездку на таки оплачивают вот эти граждане, и либо сегодня, в рублях, либо потом, в сумме, эквивалентном курсу доллара на сегодняшний день…Нам же для всей компании трех «волг» хватит? Уверен, в триста долларов мы уложимся. Или, в конце концов, вызовите людей в суд на допрос. Там в каждом объяснении номера рабочих телефонов указаны. Граждане сказали, что если их суд вызовет, и повестку дадут, чтобы на работе предъявить, то они придут и показания дадут.
Естественно, в выездном судебном заседании нам отказали, а, напротив, объявили перерыв до завтрашнего утра.
— Ну что, поедем домой? — Наташа обхватила меня за шею и звонко поцеловала: — Я конечно половины не поняла, но мне очень понравилось, как тетки визжали. Я думала у тети Риты припадок будет.
— Извини, солнце, но домой сегодня мы попадем поздно.
— И что мы будем делать? — Наташа была рада, что очередная судебная тягомотина закончилась и была готова ехать куда угодно, лишь бы подальше от этих душных, казенных залов.
— Романтично целоваться в машине, под вечерними звездами…
— Ну, если ты хочешь именно в машине…- неуверенно начала моя Невеста.
— Солнышко, мы буде упиваться романтикой не просто так, а со смыслом. — я поднял палец к пололку салона автомобиля: — Я почему-то уверен, что сегодня Юрик, возможно не один, поедет к своим квартирантам, чтобы договорится с ними о их завтрашних показаниях. Уверен, что если он с ними договорится, то завтра их вызовут в суд, и там они расскажут, что в квартире и на даче не живут, или живут всего второй день, или еще какую лабуду.
— Так они же в бумагах расписались…- поразилась девушка.
— Милая, у нас процесс непосредственный и состязательный, то есть решающее значение будет иметь то, что эти люди скажут в судебном заседании… А на твои бумаги они скажут, что ты их не так поняла, или запугала, или запутала, а вот в суде они правду сказали.
— И что мы будем делать?
— Поедем, встанем напротив квартиры, как увидим Юрика, а я уверен, он приедет их уговаривать, там будем по обстановке решать, что делать.
— А если он на дачный участок поедет? — проявила упорство Наташа.
— И на дачный участок, и в квартиру он обязательно съездит. Только возле дач машину негде припарковать, этот паразит нас засечет сразу, а в кустах прятаться тоже нехорошо — у соседей собака, она нас засечет и разгавкается. Поэтому поедем к квартире, там два дома рядом стоят, и машин штук двадцать припаркованы, а вечером, может быть, еще больше.
Вечер того же дня.
Локация — Одинцово, МО.
Машин во дворе дома, где открылось Наташино наследство, вечером, с наступлением темноты, оказалось не двадцать, а еще больше, поэтому спрятать нашего «француза» среди других машин проблемы не составило. Подходящего к дому Юрика первого заметила Наташа. Дальний родственник, судя по походке, сильно устал, еле волок свои ноги.
— Пошли. — я вытянул с заднего сиденья свою спортивную сумку с «джентельменским» набором и тщательно запер двери «Реношки» — на противоположном конце дома, в темноте, весело балагурила большая компания молодежи — ее присутствие меня напрягало.